Цветочное алиби - Дарья Калинина

– Но как же она так неосторожно! – воскликнула Мариша. – Сама сунулась к убийце, хотя знала, кто он такой!

– Все вы женщины одинаковы. Даже самые умные из вас ленятся пошевелить мозгами. А полагаются на одни чувства.

Но Мариша не обратила внимания на слова Гарика. Ее как раз посетила другая мысль.

– Слушай, а как же так? Ведь у господина Серова есть алиби!

– Небось покупал цветы в этот момент? – хмыкнул парень. – Да? Угадал?

– Не совсем.

– Где ошибся?

– Не цветы он покупал, а вазу. Дорогую китайскую вазу.

– Цветы, вазу, набор пряностей, шезлонг. Неважно! Лишь бы вещь была достаточно запоминающейся. И продавщица смогла бы подтвердить, да, был такой-то господин в такой-то час в нашем магазине. Серов всегда так действует. Уж я-то знаю! Спросят его следователи насчет алиби на время смерти его жены, и пожалуйста! И свидетели, готовые подтвердить, тоже имеются.

– Но как же так? – изумилась Мариша. – Как ему удается быть одновременно в двух местах? И в магазине, чтобы зарабатывать себе алиби? И на месте убийства?

– А ты подумай!

Мариша честно подумала. Но ничего подходящего, кроме раздвоения личности, не придумалось. Да и раздвоение личности у нее касалось больше психоэмоциональной сферы. О том, чтобы кому-то удалось разделиться на две самостоятельно существующие половинки, Марише что-то слышать не доводилось. Разве что в фантастических фильмах про инопланетян, пришельцев и сумасшедших ученых.

– Нет, не понимаю.

– А между тем все предельно просто. Наш господин Серов нашел себе двойника.

– Двойника?

– Ну да, человека, который при минимальной маскировке становится предельно похожим на самого Серова. И в назначенный день является в магазин, где сам Серов уже достаточно примелькался. К самим хорошо знающим его продавщицам, ясное дело, он не суется. Ходит поодаль, но так, чтобы они его видели. И разумеется, продавщицы потом с честным видом клянутся следователю, что Серов в момент убийства очередной его супруги находился у них в магазине или даже совершал покупку.

– А ты уверен?

– В чем?

– В том, что сейчас мне наплел!

– Наша работа тем и отличается, что мы никогда и ничего не утверждаем голословно! – оскорбился Гарик. – Разумеется, у меня есть доказательства. Есть показания продавщиц. Кстати говоря, со многими из них свежеиспеченный вдовец встречался после похорон очередной супруги.

Это окончательно изумило Маришу.

– Зачем?

– Чтобы закрепить эффект. Наивные девушки думали, что он столько времени проводил в их магазине исключительно ради их прекрасных глаз. И клялись, и божились следователю, что у мерзавца есть алиби, что он честнейший в мире человек и что безумно обожал безвременно погибшую супругу.

– А ты уверен, что Серова действительно не было в магазине, когда гибли его жены? Может быть, он все-таки там был?

– Нет, не было. На эту мысль меня натолкнула одна деталь. Показания уборщицы, в которых она удивлялась, что их постоянный покупатель вроде бы стал ниже ростом.

– И что?

– Я опросил продавщиц – свидетельниц в пользу господина Серова. И все они признались, что им так тоже показалось. Только они следователю о своих подозрениях не сказали, потому что не хотели навлекать неприятности на голову своего ухажера.

– Какой мерзавец! – невольно поразилась Мариша. – Так вот кто убийца!

– Угу.

– Как ловко он играл на чувствах своих женщин. Но теперь все! Теперь он должен поплатиться за все свои поступки! Гарик, мы идем в милицию!

– Ой, – скривился парень. – Не люблю я этого! Затаскают потом. А у меня других дел полно! Поважней.

– Нет ничего важней, чем торжество справедливости.

– Слушай, а может быть, я отдам тебе все документы, раз уж Рине они теперь все равно без надобности, а ты отнесешь их следователю? А?

В глазах Гарика стояла настоящая мольба. Парню смертельно не хотелось тащиться к следователю. Но Мариша была неумолима.

– Мы должны пойти вместе. Иначе что я скажу? Откуда у меня эти бумаги?

– Ну, сошлешься на меня, если уж иначе никак нельзя.

– Нет! Идем вместе! Иначе не получится!

В конце концов, Марише удалось выволочь Гарика из «Фемиды» и вместе с документами, подтверждающими вину господина Серова как минимум по трем эпизодам, доставить парня к следователю. Однако следователь к бумагам Гарика отнесся несколько скептически.

– Ну и что? – произнес он. – Ну, подозрительно, понимаю, слов нет. Но это еще не прямые доказательства вины мужа нашей потерпевшей. Из этих бумаг отнюдь не явствует, что он готовил ее убийство или убийства прежних своих жен.

– Но ведь так не бывает, чтобы три раза подряд человек был женат, и каждый раз его жены гибли бы от несчастного случая в течение одного года супружества.

– Подозрительно, слов нет, – пробормотал следователь. – Но… но бездоказательно. Вот если бы удалось найти человека, который изображал господина Серова, делая за него покупки в магазинах, пока сам Серов расправлялся со своими женами, тогда дело другое. Тогда я бы первым голосовал за то, чтобы задержать нашего вдовца по обвинению в убийстве.

Мариша покачала головой.

– Думаю, что найти этого человека не составит такой уж проблемы. Да, Гарик?

– А чего сразу я? – завелся молодой человек. – Чуть что, так сразу Гарик! Не знаю я, кто этот тип! Рина мне таких заданий не ставила!

– Наверняка кто-то из окружения Серова. Приятель или даже друг.

– Доверить такое дело приятелю? Чтобы тот его выдал?

– А что такого Серов у него просил? Он ведь не киллера нанимал, чтобы убивать своих жен. Он их самолично убивал. А его приятель всего лишь совершал покупку в магазине. Что тут криминального?

– Но все равно этот приятель должен был знать, что у Серова жены мрут как мухи. И заметить странную закономерность. Что мрут они как раз в тот момент, когда он выполняет за Серова его роль, мелькая в магазине.

– Возможно, этот человек в чем-то зависит от Серова, – задумчиво произнесла Мариша. – Но так или иначе его надо найти. Он – ключ к разгадке всех преступлений.