Рандеву с водяным - Дарья Калинина

– Я неважно себя в тот день чувствовала, – призналась девушка. – Вот он и довез. Но честное слово, лучше бы он не старался так заботиться о своих дочках.

– Почему?

– Ну как почему? Ни в кино не сходить, ни в кафе спокойно посидеть, ни с мальчишками поболтать, – принялась перечислять Таня. – Как тут посидишь в кафе, если вокруг все время Каринин папа крутится? Он, конечно, ничего нам не запрещал. Разрешал своим дочерям и в кафе пойти, и в кино, но сам все время был где-то поблизости. Ждал. А это нервировало всех. И все удовольствие шло насмарку.

– И давно он начал так себя вести? – спросила я.

– Ну, мы не считали, – переглянулись девушки. – Но примерно за месяц до того, как исчезли Карина и ее сестра.

– А раньше?

– Раньше было вполне нормально, – сказала Таня. – Раньше он тоже встречал своих дочерей после занятий. Но не каждый день. Так, изредка. Когда у него время свободное бывало.

– А потом стал появляться каждый день? – спросила я.

– Да, – кивнули девушки.

– И знаете что, – вдруг сказала Ира, – мне кажется, что эти странности дяди Миши связаны с появлением одного незнакомца.

– Да? – насторожились мы с Маришей, уже чуя, что сейчас услышим нечто, что позволит нам ухватить кончик веревочки из того клубка, в который запуталась вся эта история. – И что за незнакомец?

– Очень неприятный, – сказала Ира. – Такой высокий, страшно худой, с бритым черепом и огромными черными глазами.

– Да, такого не заметить невозможно, – кивнула Таня. – Он как увидел Карину с Варей, так прямо весь побледнел, вздрогнул и пошел за нами следом.

– Мы дошли до метро, а он все еще шел за нами, – перебила подругу Ира. – Вот тогда Карина и позвонила своему папе и попросила, чтобы он их встретил.

– И с этого дня он начал их встречать каждый день?

– Нет, – задумалась Таня. – Не сразу. Следующие дни были выходные. А уже где-то с середины следующей недели Михаил Иванович стал появляться в университете каждый день.

– А тот незнакомец, который преследовал вас до метро и напугал Карину? Куда делся он?

– Мы его больше не видели, – покачали головами подруги. – Но, может быть, никого он и не преследовал. А просто ему по пути с нами было…

– А как он был одет?

– На нем был длинный плащ, – принялась вспоминать Татьяна. – Такой грязно-зеленый. В тот день накрапывал дождь. А плащ развевался на этом человеке словно на вешалке. На голове у него ничего не было.

– Ничего? – удивилась я. – Так под дождем с непокрытой головой и шел?

– Неудивительно, что он лысый, – буркнула Мариша.

– А какие-нибудь еще особые приметы? – спросила я. – Возраст?

– Возраст? – задумались подруги. – На вид ему было лет сорок пять. Но, может быть, и больше. Трудно сказать.

– А из особых примет, – начала говорить Ира, – пожалуй, вот что, ботинки у него были изумительно чистые.

– Ну и что? – удивились мы с Маришей.

– В тот день шел дождик и на улице была грязь. А у этого человека ботинки сверкали, как черное зеркало. На них не было ни пятнышка.

– Без зонтика и в чистой обуви, – пробормотала Мариша. – Интересно.

– А он не пытался к вам приставать? – спросила я у девушек. – Или хотя бы просто заговорить с вами?

– Нет, – дружно заверили они нас. – Ничего такого.

– Девушки, – строго обратилась к подружкам Мариша, – мы оставим вам свои контактные телефоны. И надеюсь, не нужно вам говорить, что вы можете звонить по ним в любое время, как только вспомните что-нибудь новое, что могло бы пролить свет на исчезновение вашей подруги и ее сестры.

И, всучив подругам свою визитку, Мариша поднялась, собираясь уходить.

– Постойте, – остановила ее Таня. – Не знаю, важно это или нет, но за неделю до своего исчезновения Карина сказала странную вещь.

– Какую? – насторожились мы.

– Она сказала, что вот было бы славно отдохнуть сейчас на солнышке где-нибудь в теплых краях. И при этом Карина так мечтательно улыбалась, словно ей-то точно это южное солнышко светит в самом ближайшем будущем.

– Да, я тоже помню этот разговор, – подхватила Ира. – И Карина тогда еще сказала, что если бы плюс к отдыху можно было бы еще и подзаработать немного денег, то и мечтать о лучшем не приходится.

– Мы почему первое время особенно и не волновались из-за того, что Карина и Варя перестали появляться в университете. Думали, что их папочка повез отдохнуть куда-нибудь к морю. Даже обиделись, что сестры нам ничего не сказали. Потом уже, недели через две, мы позвонили Светлане Игоревне, застали ее всю в слезах и узнали, что сестры исчезли вместе с Михаилом Ивановичем. И даже не намекнули своей матери, куда они отправились.

Закончив беседовать с девушками, мы вышли из кафе и тут же столкнулись с Лешей, который поджидал нас, маясь в коридоре.

– Ну что? – бросился он к нам. – Узнали от них что-нибудь про Карину?

– Что-нибудь мы, безусловно, узнали, – ответила Мариша. – А вот где твоя Карина и ее сестра находятся сейчас, подруги не знают. Ты вот что, иди на свои лекции, а мы поедем по делам. А ты, если что, позвони нам вот по этим телефонам.

Она и Леше сунула свою визитку, и мы отчалили из университета.

– Ну, теперь к дому Цветиковых? – спросила я.

– Да, – кивнула Мариша. – Не забыть бы спросить у домработницы, не видела ли и она этого странного лысого незнакомца в плаще, который так напугал девушек.

К нашей радости, Катерина Николаевна была уже дома. Выглядела она плохо. Гораздо хуже, чем в наш прошлый визит. Сразу же провела нас на кухню, где заваривала себе травяной чай. И нам тоже налила по чашечке.

– Я только что от следователя, – сказала нам женщина, садясь за стол с чашкой успокоительного отвара. – Ноги не держат. Вы представляете, Свету обвиняют в убийстве этой смрадной твари Алены. И пальто Светино на экспертизу забрали. И другие ее вещи, которые она чаще всего носила. И квартиру у нас вчера всю обыскали. И все интересовались, имеется ли у нас клофелин.

– И что? – машинально спросила я. – Имеется?

– Да, как назло, имеется! – всплеснула руками Катерина Николаевна. – Мне врач от давления прописал. Так милиция как увидела упаковку, так сразу и прицепилась, сколько я таблеток уже приняла, да сколько? А я откуда помню? Что я, считала, что ли, эти таблетки? Знала бы, что из-за этих таблеток такой шум поднимется, ни за что бы принимать их не стала.

– А алиби? – осторожно спросила я.

– Господи, нет у Светы алиби! – расплакалась Катерина Николаевна. – Я в тот день по магазинам ходила, у нас все продукты кончились. А кто еще может подтвердить? Я попыталась было соврать, что мы со Светой весь день дома были, так там один мент так на меня зыркнул и говорит: «Вы нам не врите, у нас свидетели имеются, которые видели, как ваша подруга проходила в дом убитой женщины. И по времени это совпадало с моментом убийства».