Шоу одинокого скелета - Кирилл Кащеев

– Может, достаточно про скелет? – раздраженно потребовала Кисонька. – Может, кто-нибудь соблаговолит вспомнить – похититель увезет документы, и тогда наш папа пропал! И ваша мама, между прочим, тоже!

– Вообще-то непонятно, почему он до сих пор не уехал, – задумчиво сказал Сева.

– Наверно, мой чертеж его с толку сбил, – самодовольно заявил Вадька. – Он теперь не знает, все стырил или еще что-то осталось.

– Так пошли, пока не разобрался!

И ребята рванули было с места, как вдруг Катька громко гаркнула:

– Стой! А Бомбина?

Недоуменные взгляды скрестились на пне, на котором все так же обиженно и монументально восседала Бомбина.

– Девчонка, что ли, с вами? – удивился Петька. – А я думал – из другого дома, просто гуляет тут.

– Я тут не гуляю, я тут в заложниках, – сквозь зубы процедила Бомбина. Вдруг она подскочила на своем пне, да так, что изрядный кусок мокрого подгнившего дерева отвалился и плюхнулся в собирающуюся лужу. – Мальчик! Девочка! Вы ведь не из этой шайки, помогите! Пожалуйста, бегите вон в тот крайний дом, там сейчас милиционер, не очень приятный дядя, но все-таки милиционер, скажите ему, здесь наша мафия и итальянская мафия, итальянец за мной ухаживал, но я не поддалась, тогда он с дружками меня похитил, они держат меня в лесу, под дождем, гусями грозятся, но я все равно не сдамся, я с мафией дел не имею, и пусть милиционер поторопится, потому что пень холодный…

– Ну так встань с пня, если боишься, что зад отвалится! – заорал Сева.

Бомбина на мгновение прекратила тарахтеть, а потом доверительно сказала Светке:

– Видишь, как он ко мне пристает? Но я буду холодна! – И она гордо задрала нос.

– Она что у вас – совсем того? – Петька покрутил пальцем у виска.

– Похоже, что совсем, – согласилась Мурка.

– Она у нас даже какая-то чересчур сумасшедшая, не думала, что такие бывают, – добавила Кисонька.

– Го-ород, – презрительно протянул Петька. – Машины, заводы, эта самая, как ее – экология плохая. Вот мозги и едут. Так мы идем или нет?

– Мы-то идем, а вот ее с собой тащить – стремно. Она нам любое дело изгадит, – задумчиво процедил Вадька.

– Так пусть домой, к Пилипенко, возвращается, – пожала плечами Светка.

– Нет! – вскричала Катька и даже топнула ногой.

– Почему нет? – удивленно переспросил Вадька.

– Потому что противная она, не хочу, чтоб по ее было, – выпалила Катька.

– Не аргумент, – решительно отмел ее слова Вадька, но тут вмешалась Кисонька:

– Ее нельзя отпускать, – твердо заявила она. – Через пять минут Пилипенко будет знать, и куда мы пошли, и что собираемся делать.

– Давайте мы ее тут оставим! – предложила Катька. – А Евлампий Харлампиевич будет ее охранять! Харли! Сторожить! – скомандовала Катька, и переваливающийся гусь подошел к Бомбине и замер у ее ног почти по стойке смирно: лапа к лапе, крылья строго сложены, шея настороженно вытянута, клюв наготове.

– Я ж говорю – экология, – прокомментировал Петька. – Все в вашем городе психованные. Очумели, гуся за сторожа оставлять?

– А вот посмотрим, – гордо улыбнулась Катька, ласково погладила гуся по голове и скомандовала: – Пошли!

Компания помчалась в сторону поселка.

– Быстрее давайте, – на бегу крикнула Светка, – а то жилец в лес умотает и до вечера не появится!

– А мама твоя нас не погонит? – на всякий случай спросил Вадька.

– Матери нету, она на работу ушла.

– А говорите – работы нет, – поддел Вадька.

– У нее не работа, у нее бизнес, – важно заявила Светка. – Она семечки на платформе продает.

– Ну и как идет? – мгновенно заинтересовался Сева.

Похоже, что бизнес у Светкиной мамы шел неплохо, во всяком случае, дом, возле которого они остановились, выглядел хоть и не таким роскошным, как виллы соседнего «Бродвея», но крепким и ухоженным.

– А что ж, – сказала Светка, с гордостью поглядывая на свой дом, – у нас не как у соседей. Папка не пьет совсем, весь день на работе, и мамка с семечками. И я ж не сижу: корова, поросята, куры. Жить можно. Заходите, молоком вас напою. Вы ж точно голодные.

– И голодные, как звери, и спать хотим, – согласился Вадька, вслед за ней входя в дом. – Только сперва дело.

– Ага, – кивнула Светка и вдруг остановилась, словно налетела на стенку. Петька и сыщики столпились у нее за спиной.

– Ты чего?

– Ужас, – почти всхлипнула Светка и показала на пустое место под вешалкой.

– Какой ужас? Нет там ничего!

– Ага, нету, – снова согласилась Светка. – Тут жильцовы сапоги стоят, когда он дома. А сейчас нету. Проворонили, – она готова была разреветься.

Вадька присел на корточки и, сам не зная зачем, принялся рассматривать пол под вешалкой. Пол был самый обычный.

– М-да… Опоздали, – глубокомысленно процедил Вадька и снизу вверх поглядел на столпившихся вокруг ребят. – Ушел.

Он поднялся, тщательно отряхнул колени, руки. Ребята смотрели на него выжидательно, словно рассчитывали, что все проделанные им процедуры помогут разгадать тайну похищенных документов.

Вадька почесал в затылке, надеясь расшевелить непослушные мозги. Видно, почесывания им и не хватало, потому что мозги тут же соблаговолили выдать идею:

– Давайте хоть комнату его посмотрим.

– Так нельзя, – с досадой возразила Светка.

– Конечно, в чужие комнаты заглядывать нельзя, неприлично, – осторожно согласилась Кисонька, – но у нас же исключительный случай!

– Неприлично – фигня, а вот замок… Он свой замок навесил и, как уходит, всегда комнату запирает. Мама обижается, а терпит – все ж таки живые деньги мужик платит.

– Замок, говоришь? – переспросил Вадька и улыбнулся хищной улыбкой. – А ну показывай, какой там замок.

Замок был самый обычный, новенький, навесной, какие в каждом хозяйственном продаются. Любимая Вадькина отмычка легко скользнула внутрь, замок щелкнул и открылся.

– Вы, городские, все так замки потрошите, или ты и правда из мафии? – неодобрительно спросил Петька.

Вадька неопределенно дернул плечом, вытащил замок из скоб и тихонько толкнул дверь. Чуть скрипнув, та приоткрылась.