Принудительное влечение - Юлия Климова

Договорить она не успела – соседняя дверь распахнулась, и на лестничную площадку вышла Таисия Аркадьевна. Она тепло улыбнулась Ирочке и покачала головой, глядя на Ольгу.

– Добрый вечер, – кивнула она, поправляя съехавшую с плеча шаль, – что же вы Егора Васильевича не предупредили об отъезде, уж он так волновался.

Зайцев покраснел и нервно кашлянул, Ольга, всегда робевшая перед соседкой, виновато улыбнулась и развела руками – мол, простите, виноваты, больше не повторится. Ирочка с удивлением взирала на деда и, кажется, начинала понимать, с чего это в нем вдруг произошли такие перемены.

– Прошу ко мне, – улыбнулась Таисия Аркадьевна. – Пирог с джемом готов, не заставляйте его ждать.

– Спасибо, – растерянно выпалила Ольга. – Если позволите, мы с Ирочкой присоединимся к вам минут через десять. Нам нужно цветы полить и скоренько пыль протереть.

– Конечно, конечно, – кивнула Таисия Аркадьевна, кутаясь в шаль, – проходите, Егор Васильевич, вы поможете мне накрыть на стол.

Как только Ольга оказалась в своей квартире, она, сделав несколько глубоких вдохов, пробормотала: «Что делается, что делается» – и накинулась на Ирочку с вопросами:

– Ты почему ничего про деда не рассказала, я думала, ты одна-одинешенька и только я твоя единственная родственница.

– Я боялась.

– Чего?

– Что ты отправишь меня к нему обратно…

– У-у-у, – издала Ольга протяжный звук, – но ты хотя бы предупредила, что он приедет.

– Так я же не знала об этом, – виновато пожала плечами Ирочка. – Я хотела ему позвонить, сказать, что устроилась и все в порядке, но… боялась. Он мои чувства к Андрею не одобряет…

– Да ни один нормальный человек их не одобрит! – выпалила Ольга и тут же осеклась: – Ну, то есть… это нестандартная ситуация, как мне кажется.

– Я люблю его, – с вызовом сказала Ирочка. Пусть, пусть весь мир ее не понимает, пусть крутят пальцем у виска… Но она-то знает, чувствует – этот трепет в душе настоящий!

– Молодец, – вдруг горячо закивала Ольга. – Стой на своем и наплюй на всех! Не каждый день любовь с неба падает. – Она заходила по комнате. – Ты права, ты во всем права, а мы просто дураки! Привыкли к своим клетушкам, к однообразному укладу жизни и боимся всего нового, всего, на что сами никак не решимся. Не слушай нас, делай что хочешь!

– Ты это серьезно? – спросила Ирочка и тут же, не дожидаясь ответа, тихо заплакала. Только плечи вздрагивали да нос шмыгал. Просто устала бороться за свое счастье в одиночестве и верить, что все обязательно получится, устала от насмешек.

– Серьезно, – твердо ответила Ольга.

Капелька еще горячего джема стекла по воздушному, дырчатому тесту на блюдце. Ольга заерзала на стуле, предвкушая удовольствие. Взяла маленькую ложечку и отломила бархатный кусочек пирога. Сегодняшний день можно назвать удачным: она навела мосты с двумя подозреваемыми, забрала из квартиры журнал и платье (и надо заметить, осталась жива), познакомилась с еще одним дальним родственником – Ирочкиным дедом. И вот теперь, попивая ароматный чай с лимоном, готовится вкусить божественный пирог с джемом. Ух, красота!

– Я бы хотел познакомиться с твоим будущим мужем, – раздался голос Егора Васильевича, и Ольга не сразу поняла, что обращаются именно к ней. Какой там еще муж? Ах да… Опять она вплела Уварова в свои интриги. Ну и что теперь делать? – Если вы и дальше планируете проживать у него, я хочу быть уверен, что Ирочке там хорошо и речь идет о достойном человеке.

– Ирочка может жить и у меня, – радушно предложила Таисия Аркадьевна.

– Спасибо большое, – улыбнулась Ирочка, – но я привыкла с Ольгой, мы уже сдружились.

В голове стрелами полетели мысли – что же делать, что же делать, вдруг все планы рухнут. Возможно, уже завтра Андрей позвонит, и появится шанс с ним увидеться… Если она будет под боком у деда, то ничего не получится…

У Ольги в голове вообще творился бардак. Бросить Ирочку она не могла и не могла не учитывать пожелание Егора Васильевича. Очень он настойчив и, пока не познакомится с Уваровым, не успокоится… Сколько же вранья она уже нагородила, и как из этого выпутаться? Переживет ли Уваров еще один безумный вечер? Ольга представила, как появляется на пороге его квартиры в обществе Зайцева и как четко и внятно сообщает: «Дорогой, мы пришли. Егор Васильевич, познакомьтесь, это мой будущий муж»… Ну и плевать, ну и пусть, ничего с Уваровым не случится – не сахарный, не растает!

Да, они поедут к нему и да, будут выручать Ирочку. И пусть только попробует сорвать спектакль, она тогда… она тогда… действительно выйдет за него замуж, и уж о спокойной жизни ему придется забыть раз и навсегда! Ольга кивнула своим мыслям – и чего, собственно, мучиться: он же сам голый, прикрываясь мочалкой, при двух свидетелях (бывшей любовнице и Ирочке) признал себя ее мужем. Короче, сам напросился.

– Мы с Ирочкой сестры. Столько лет не знали друг друга и вот встретились, – сказала Ольга, сделав глоток чая. – Нам бы хотелось побыть некоторое время вдвоем. Я еще Ирочке не всю Москву показала, не по всем любимым местам провела.

– Хорошо, – согласился Егор Васильевич. Неделю назад на вокзале он обещал себе, что, как только найдет внучку, тут же схватит ее в охапку и отправит домой, но сейчас в его планы вмешалась Любовь. Он посмотрел на Таисию Аркадьевну и вздохнул. – Хорошо, – повторил он, – но я хочу познакомиться с твоим будущим мужем.

– Без проблем, – согласилась Ольга. – Сейчас допьем чай и поедем к нам.

Ирочка внутренне сжалась – реакцию Уварова предугадать было невозможно.

Сергей вернулся домой в прекрасном расположении духа. Одна из его пациенток, вот уже три месяца ожидающая конца света, наконец-то расслабилась и поверила, что до Нового года катастрофы не случится (на больший срок уговорить не удалось). В дальнейшем, конечно, предстоит еще много работы, но сдвиг в нужную сторону уже есть.

Сунув ноги в коричневые кожаные тапочки, Сергей поспешил к холодильнику. Живот урчал, требуя немедленного ужина. Съесть все, чем утром был набит холодильник, девушки просто физически не могли, так что свиные ребрышки, замаринованные в специях и лимонном соке, сельдь, пакет замороженного картофеля фри и многое другое должно было утолить голод с минуты на минуту.

Увидев перевернутую табуретку, лишенную одной ножки, Уваров притормозил. Тяжело вздохнул и отодвинул ее ногой к стене.

– Дурдом, – произнес он, открывая дверцу холодильника. Нет, сейчас он не будет ни о чем думать, не будет расстраиваться. Сначала ужин, потом стулья.

Ребрышки прожарились великолепно. Кухня наполнилась умопомрачительным ароматом специй. Душа почти пела. «Почти», потому что проклятая табуретка все же нервировала и толкала к раздумьям.

Опять что-то затеяли. Где их носит?

Нашли они новое жилье? Вряд ли.

Поймал следователь убийцу? Нет, конечно.