Девушка с белым лицом - Владимир Колычев

Солнце смеялось над жасминовым кустом, пронзая своими лучами его листву с пышными звездочками цветов, волшебный запах которых не позволял мне проснуться. Не мог этот пышноцвет защитить меня от солнца: яркие лучи щекотали ресницы, заставляя открыть глаза.

Но почему я лежу под кустом, на траве? Где Рита? Эти вопросы окончательно разбудили меня. Природа жила своей жизнью, по щеке полз муравей, перед глазами висел паучок, где-то над головой пели птицы.

Я выбрался из-под куста, огляделся. Знакомая полянка, на траве - следы от колес. Но где же машина? Почему Рита уехала без меня?

Часы - на руке, документы и деньги - в кармане. Нетрудно будет выбраться к людям, для этого достаточно идти по следам «Паджеро». Хотелось пить. Ни ручья поблизости, ни родника, но, если не стоять на месте, а идти вперед - вода обязательно отыщется.

Воду я так и не нашел, зато вышел на дорогу с плохим, но все-таки асфальтовым покрытием. Вскоре появился старенький «пазик» с пыльным салоном. Автобус вез деревенских в Переславль-Залесский. Людей в салоне хватало, но свободное место все же нашлось.

Потная женщина в соломенной шляпке с дурацкой розочкой брезгливо глянула на меня, но корзину, сверху накрытую тряпицей, убрала. Видавшее виды шерстяное платье, кондовые туфли, видимо, доставшиеся ей по наследству от бабушки - клуша клушей, а нос воротит. Неужели я так ужасно выгляжу? Куртка мятая, поло несвежее, джинсы грязные, но деревенских этим не удивишь.

Может, лицо у меня распухшее, как у алкаша или наркомана? Если так, то неудивительно. Сначала «Горбыль», сделал мне укол, потом Рита спрыснула спреем, возможно, не один раз. Не зря же я проспал вчера весь день…

Мне приходилось бывать в Переславле, но еще чаще я проскакивал мимо, не заезжая. До Ростова километров шестьдесят-семьдесят, до Москвы в два раза больше.

Меня тянуло в Москву, но в Ростове родители, нужно их успокоить. Да и машина там, без нее я - как без рук.

Я шлепнул себя ладонью по лбу, как будто убивал сидящего на лбу комара. Женщина в шляпке, косо взглянув на меня, еще крепче вцепилась в свою корзину, но я лишь усмехнулся в ответ на ее глупые подозрения.

И еще раз осудил себя за черствость и равнодушие к близким. У Риты наверняка был мобильник, я мог бы позвонить родителям, успокоить их, но мне и в голову не пришла такая мысль. Вчера я был под властью очарования и мог думать только о Рите.

Но никакой Риты нет, есть только Лена Тихомирова, жестоко убитая подонками. Она и рассказывала мне вчера историю своей короткой жизни, а потом мы лежали в обнимку в машине и так провели вместе всю ночь. Лена - не живая, но мне все равно. Если это не колдовские чары, то мое место в психушке.

Но сумасшедшим я чувствовал себя вчера, а сегодня у меня похмелье. Очарование, казалось, ослабло, и я уже мог трезво смотреть на вещи. И даже логически мыслить.

Вчера я услышал историю, которая вписывалась в мое представление о давнем жестоком преступлении на Медвежьих озерах, но вместе с тем лишала надежд на реалистичное объяснение происходящего.

Рита - живая, не мертвая, я должен был в это верить. Но у Лены не было ни сестры-близняшки, ни дочери, откуда тогда двойник?…

Или все-таки была дочь, удивительно похожая на мать? Но тогда Рита придумала вчерашнюю историю или просто приукрасила реальность, а может быть, всего лишь упустила некоторые детали. Я должен был найти изъян в этой истории, отделить правду от вымысла. И начать надо было с Вики Тихомировой.

Я расскажу ей историю, которую услышал от Риты, а она пусть меня переубеждает. Закрепляя свое решение, я приложил кулак к спинке сиденья, женщина в шляпке глянула на меня пугливо, с осуждением, но мне-то какое дело до ее фобий? У самого в голове хаос, и я должен справиться с ним.