Брат за брата - Владимир Колычев

– Трупы... В машине трупы... Три трупа... Наши ребята...

Полунин тяжко вздохнул и медленно опустился в кресло.

Вот так, снова обыграл его Данила. Еще троих на тот свет отправил. Вслед за Яшей.

Но ничего, он у него еще попляшет. Сегодня же будет поставлен в известность Босс. Он только пальцем щелкнет – и от Данилы одно мокрое пятно останется.

Зазвонил телефон. Полунин снял трубку.

– Привет, – услышал он голос Данилы. – Уже понял, что не с того света звоню?

– Ничего, ты у меня еще там побываешь...

– Все там будем. И я тоже. Но только после тебя... Кстати, ты нарушил наш договор...

– А ты что, всерьез его воспринял?

– Нет, конечно. Поэтому в твоем джипе три мертвых пассажира. Тебе уже сообщили...

– Сообщили... А скоро мне сообщат, что ты коньки отбросил, говнюк...

– А что, у твоих людей есть связь с тем светом?..

– А при чем здесь это?

– Да при том. Потому как ты уже почти там... Зря ты наш договор нарушил... Хотя не знаю, сможешь ли ты отправиться на небеса прямо сейчас... А ну-ка, глянь, на месте ли мой сюрприз?..

– Какой сюрприз? – разволновался Полунин.

– Да тот, который я у тебя с прошлого раза оставил... Он под тумбой стола. А ну-ка, глянь...

Нагибаться и совать голову под стол он не стал. Потому как понял, про какой сюрприз говорит Данила-мастер. Мастер-подрывник. Не догадался Полунин сделать тщательный обыск в кабинете, не заглянули его люди под стол, не вытащили взрывное устройство. И сейчас оно рванет...

Но у него еще есть шанс унести ноги. До двери шагов десять, не больше. Бронированная дверь открыта. Добраться до нее и исчезнуть. И вся недолга.

Только не смог Полунин даже из-за стола выйти. Страх парализовал ноги, тело налилось свинцовой тяжестью.

– Слишком громко ты молчишь, дядя... – донеслось из трубки.

Полунин понял: это последние слова, которые он слышит в этой жизни.

* * *

Данила нажал на кнопку самодельного пульта дистанционного управления. Короткий мощный радиосигнал с легкостью прошел через пуленепробиваемое окно, коснулся антенны подрывного устройства.

Мощный взрыв вынес бронированные стекла вместе с рамой, стремительные клубы пламени выплеснулись наружу. Вестью о чрезвычайном происшествии пронесся по округе мощный громовой раскат.

С Полуниным было покончено. И все потому, что он идиот вдвойне. Нарушил договор, это раз. И не обыскал свой кабинет после визита Данилы, это два. Теперь он покойник. И его можно не бояться.

Машина стояла на стоянке с включенным мотором. И едва прогремел взрыв, Данила плавно тронул ее с места.

Самая обыкновенная «копейка» у него. Семидесятых годов «жигуль». И неплохо сохранилась старушка. Движок – экспортный вариант, работает как часики. Кузов и ходовая на запчасти не разваливаются – далеко еще до этого.

На своем «БМВ» он разъезжать не мог. На него машина зарегистрирована, со всеми вытекающими из этого последствиями. Тормознул бы его мент на дороге, к чему-нибудь достебался бы. А его напарник тем временем тому же Полунину стук-стук – мол, задержали мы вашего дружка. Менты бы Данилу отпустили, да только далеко бы он не уехал. Нагнал бы его джип с автоматчиками. И оставили бы от него кучу простреленного мяса и перебитых костей...

С Полуниным теперь покончено. Больше Данилу никто искать не будет. Но какое-то время он еще покатается на этой «копейке». Тем более этот «жигулек» – его собственность, по доверенности на нем ездит. А «БМВ» до поры до времени в надежном месте спрятан.

С чувством исполненного долга Данила выехал из города, добрался до своего родного села. Вот и его дом. Ни о чем не беспокоясь, он остановился возле ворот. Вышел из машины, бесшумно вошел во двор. Уши в режиме локаторов, и нос в работе. У него острое обоняние, иной раз опасность по запаху уловить может.

Но все было спокойно. В доме он учуял чужой запах. Но этот запах еще с ночи остался. Людей, которые его оставили, уже нет в живых.

Данила обошел свой дом. На первом этаже у него гостиная восемь на четыре, спортивный зал – пятнадцать квадратов, просторная кухня, столовая, ванная размером с хороший бассейн, туалет. Здесь уже все в порядке. Частичные недоработки. На втором этаже – небольшой холл, спальни, комнаты для гостей, душевая, бильярдная. Тут пахоты куда больше. Мастера бы все работы за неделю точно закончили.

Но не работают больше на Данилу мастера. Рассчитался он с ними да отправил восвояси. Остальное сам доделает. Руки у него не из задницы растут. Если что-то не знает, в книге найдет. Есть такой талмуд – «Сделай сам» называется.

Нет у него больше финансовых источников, чтобы мастеров нанимать. Есть на счетах что-то около двадцати тысяч долларов. И наличкой чуть больше тысячи осталось. Эти деньги нужно растянуть на всю жизнь. Потому как не будет у него больше высокооплачиваемой работы. Хватит, пострелял он в этой жизни. Пора честным трудом заняться. А честный труд больших денег не приносит – закон отечественного рынка.

На Анюте он женится. Будет семейное счастье. Есть у него земля – двенадцать соток при доме. Значит, будет урожай на столе. Можно живность завести – коров, свиней, кур, уток. Они с Анютой деревенские жители, им такой труд не в тягость. Только в радость. А по воскресеньям у них дома будут собираться друзья. Самогоночка своего собственного приготовления, капуста квашеная, огурчики малосольные, шашлычок... Красота будет, а не жизнь.

Данила привел себя в порядок. Вымылся, побрился, уложил волосы. Сменил джинсы и куртку на цивильный костюм, затянул на шее галстук. И отправился к Анюте.

Он обещал ей, что будет через три-четыре месяца. А получилось, что и месяца не прошло. Быстро он обернулся. Можно хоть сейчас за пирок да за свадебку.

Но Данилу ждало разочарование.

– Нету Анюты, – пряча глаза, сказала ее мать.

– Где она?

– Мы люди не богатые. Приданого за нее дать не можем...

Что-то не то она несет.

– Какое приданое?.. Не нужно мне приданое. Где Анюта?..

– На заработки она уехала. В Америку...

– Куда-куда?

– В Америку...

Как будто обухом к башке приложились.

– Вы что, серьезно?

– А что тут такого? Захотела дивчина в Америку, разве ж это плохо?

– Да уж ничего хорошего...

Знал Данила, как русские девчонки за границу работать ездят. Если в бордель какой-нибудь обманом затащат – и то считай, что легким испугом отделались...

– А точно уехала?

– Да точно...