Маскарад в городе грехов - Юлия Еленина

Папа присел на валун и сложил руки на груди.

— Ты сейчас пытаешься, что ли, проявить гениальные аналитические способности? Да такой вывод даже моя собака может сделать.

— У тебя нет собаки, — ляпнула я.

Вот почему эти взгляды достаются только мне? Это… Да это дискриминация по половому признаку!

Леша проглотил папино замечание, только ухмыльнулся. Ботаник задумчиво рассматривал теперь не асфальт, а камни под ногами, пытаясь слиться на этот раз не со стеной, а с природой. Костик задумчиво потирал подбородок — прямо великий мыслитель. Осталось только воскликнуть: «Эврика!», и вывести всех преступников на чистую воду.

Увы, до этого еще далеко.

— Итак, ты приехал сюда… — подтолкнула я папу к продолжению.

— Малиновского тогда подозревали в убийстве жены. Менты на него сильно не наседали, думаю, он прикармливал полгорода, но и оставить все без внимания не могли. Вот только нет тела — нет дела. Но ее мать вопила на всех углах, что Демьян с Таисой все подстроили таким образом, чтобы Варвару не нашли. Я попытался тогда проследить ее путь от дома до… Теперь уже, наверное, можно говорить, что до места убийства. Ментам мое вмешательство не понравилось, но они не препятствовали. Я переговорил тогда со столькими людьми, что голова раскалывалась. И наконец-то мне повезло. Один из жителей, скорее всего, уже покойный, ему тогда было лет семьдесят, вспомнил девушку, которая поднималась с побережья недалеко от его дома. По крайней мере, я мог уже набросать примерный маршрут. Что удивительно, район тот был далеко от их с Демьяном дома. Подруг и даже знакомых там у Варвары не было, и тогда я сделал ставку на заведения. В такой час работала мерзкая пивнушка в подвальном помещении, и все для меня сложилось в лучших традициях детективного жанра.

Папа замолчал, наверное, для драматизма. А может, чтобы дух перевести, хотя говорить в судах он привык долго и с чувством. Сейчас никто не вставил комментарий, все наверняка обдумывали рассказ. А рассказчик из него хороший, заслушаться можно — опыт все-таки.

— Итак, бармен из пивнушки как раз вышел покурить, потому что людей в тот день было немного, но не поднимался по лестнице. Возле подвальной двери и курил, когда услышал над головой голоса. Сразу подумал, что посетители, но женский голос был трезвым, и девушка все повторяла: «Коля, не надо».

— Извините, — перебил Леша, — не поверю, что вы не узнали, кто такой Коля.

— Ты меня еще поучи, — хмыкнул папа. — На тот момент в городе было триста двадцать два человека с именем Николай в возрасте от месяца до восьмидесяти четырех лет. Имя-то довольно распространенное. А теперь оставь свои ментовские замашки и слушай дальше, — нахмурился для пущего эффекта папуля. — Бармен, само собой, в разборки не полез. Как он сказал: «Да здесь каждый день то орут, то поют, то влюбляются». Но девушку он рассмотрел в свете фонаря, а вот парень стоял в тени. Потом наш несознательный гражданин докурил и отправился на рабочее место. Вот и все. То есть этот Коля был последним, кто видел Варвару.

Вот я была солидарна с Лешей. Не верю, что папуля не тряхнул каждого Колю в возрасте от двадцати до сорока, ну, или примерно так. Он не бросает дела на полпути.

В принципе, этот Коля спустя столько лет мог уехать из города и оказаться на два метра в землю, но что-то мне не давало покоя.

— В первую очередь, — продолжила я за отца, раз уж он замолчал, — ты проверил Николаев среди знакомых Варвары. Соседи, бывшие одноклассники, сослуживцы…

— Проверил, но ничего. У каждого было алиби на то время.

— Надо спросить у Таисы, они все-таки дружили, пусть на тот момент уже и не общались.

— Я еще тогда спрашивал, — покачал головой папа. — Она вспомнила всех ухажеров Варвары и общих знакомых. Но ни одного Коли, которого я бы не проверил.

— Приезжий? — предположил Костик.

— Бармен сказал, что они разговаривали так, будто давно знакомы.

— Он сожалел, — снова заговорил Клементьев.

— Кто? — хором спросили мы.

— Убийца.