Окончательный вывод - Рекс Тодхантер Стаут

Тем воскресным утром, приблизительно с девяти, я все ждал звонка от Ноэля Теддера: дескать, хочу сообщить, как герой герою, что я опубликовал свою декларацию независимости. Но звонка все не было, и в десять я включил радио. Наши сыщики тоже хранили молчание, но вскоре мне предстояло узнать, куда запропал Сол Пензер. Когда я выключал радио, в дверь позвонили. Я вышел в прихожую и увидел, что к нам пожаловал Эндрю Фрост. Значит, Сол скрывается где-то поблизости. Я распахнул дверь и приветливо поздоровался.

Пожалуй, сочтут дурным каламбуром, если написать, что взгляд и тон Фроста^[10] замораживали, когда он потребовал встречи с Вулфом, но все было именно так. Возможно, его дурное настроение объяснялось тем, что ему пришлось пропустить службу в церкви – одет-то он был как раз для этого, в пошитое на заказ темно-серое пальто, с которым отлично сочетался хомбург за сорок долларов. Я впустил его, принял пальто и шляпу, проводил в кабинет и позвонил по внутренней линии в оранжерею. Когда Вулф откликнулся – прозвучало обычное язвительное «ну?» – и я сказал, что пришел мистер Эндрю Фрост, шеф рыкнул: «Десять минут!» – и повесил трубку. Фрост, услышав, что придется подождать, заморозил меня взглядом и что-то пробурчал ледяным тоном. В среду он как-то намного сильнее смахивал на Авраама Линкольна. Быть может, такое впечатление у меня сложилось, потому что я не видел фотографий Линкольна, леденеющего от гнева.

Прошло почти пятнадцать минут, когда наконец задребезжал лифт и появился Вулф – ветка Miltonia roezli в левой руке, воскресный выпуск «Таймс» зажат под правой. Он брал газету с собой в оранжерею, чтобы не заглядывать за ней в свою комнату по пути вниз. Время экономил, сами понимаете. Он остановился возле своего стола и взглянул на посетителя:

– Мистер Фрост? Как поживаете? Я вас ждал. – С этими словами он поставил орхидеи в вазу, положил газету на стол и уселся в кресло.

Фрост ядовито процедил:

– С какой стати вы меня ждали?

– Это очевидно, – отозвался Вулф. – Я же вас пригласил. Я сказал мистеру Перселлу, что мистера Вейла убили, прекрасно сознавая, что эта новость почти наверняка приведет вас ко мне. Я должен увидеться со всеми, кто был вечером в среду в библиотеке. Разумеется, вы пришли возмущаться. Прошу, не стесняйтесь.

На шее адвоката задергалась жилка.

– Вы хотите сказать, что бессовестно солгали исключительно ради того, чтобы заманить меня к себе?

Уголки рта Вулфа приподнялись на одну шестнадцатую дюйма.

– Интересный вопрос. Во-первых, я не лгал. Все сказанное мной – чистая правда. Во-вторых, я вас не заманивал. Вы пришли сами. Если вам неприятно находиться здесь, вы вольны уйти. Мистер Перселл объяснил, какие соображения побудили меня заключить, что мистер Вейл был убит?

– Да. Как по мне, это голая софистика. Полиция и офис окружного прокурора думают иначе. Ваши слова – клевета, наглая и злонамеренная, повод для судебного иска.

– Окружной прокурор прекратил следствие?

– Формально – еще нет.

– Даже если дело закроют, это не будет означать, что я ошибся. Полиции нужны улики, способные убедить присяжных. Мне они ни к чему. Я просто…

– Улики вам понадобятся, если вы продолжите клеветать! Мы обратимся в суд!

– Не уверен, что ваш иск примут к рассмотрению. Я лишь искал отправную точку для расследования, для которого меня наняли, и нашел ее в утверждении, что мистер Вейл был убит. У меня нет…

– Никто вас не нанимал! Вы ведь имеете в виду эту нелепую сделку с Ноэлем Теддером? Забудьте о ней!

Вулф повернулся в мою сторону:

– Арчи, будь добр, достань бумагу.

Сейф с утра не отпирали, а потому понадобилось некоторое время, чтобы набрать нужную комбинацию. Я взял листок с той полки, куда положил его накануне вечером, и направился было к Вулфу, но тот велел предъявить документ Фросту. Адвокат пробежал глазами текст, перечитал повторно, вглядываясь в каждое слово. Вулф дождался, когда он закончит читать, и сказал:

– Я не юридический консультант, мистер Фрост, но обладаю кое-какими познаниями в области договорного права. Поэтому я целиком и полностью уверен, что этот документ обязывает не только мистера Теддера, но и миссис Вейл.

– Когда он его подписал?

– Вчера вечером.

– Не выйдет! Его заставили подписать обманом!

Вулф снова повернулся ко мне:

– Арчи?

– Никакого обмана, – заверил я. – Спросите Ноэля. Он сыт по горло материнской опекой и жаждет самостоятельности. Да, я оплатил ему три порции спиртного, но он был почти трезв. И свидетели имеются.

– Откуда?

– Посетители гриль-бара «У Барни» на углу Семьдесят восьмой улицы и Мэдисон-авеню. – Встав рядом с адвокатом, я протянул руку. – Вы позволите?

Он бросил последний взгляд на листок и вернул тот мне. Я убрал документ в сейф и закрыл дверцу.

Вулф тем временем продолжал:

– Когда вы меня прервали, мистер Фрост, я собирался сказать, что не имею ни малейшего желания извещать широкую публику о причинах смерти мистера Вейла и о своих соображениях на данный счет. Мне пришлось сообщить об этом мистеру Теддеру, чтобы объяснить, как мы станем вести расследование, а также поставить в известность мистера Перселла, чтобы ко мне пришли вы. Я знал, что он расскажет сестре, а та, без сомнения, поделится с вами. Обе цели достигнуты. Что касается убийства, я не…

– Убийства не было!

– Таков ваш вывод или ваше заблуждение. Вы вправе цепляться за него сколько угодно. Не мне вас судить или разубеждать.

– Зачем вы хотели меня видеть?

– Когда до меня доходит весть, что один из группы людей совершил убийство, возможно, два убийства, и мне поручают выяснить, кто этот человек, я должен всех выслушать и всех увидеть…

– Вы не унимаетесь! Все клевещете! Из ваших слов следует, что убийца – кто-то из тех, кто был в библиотеке в среду вечером!

– Это лишь мое предположение. Судя по всему, мое объяснение утратило убедительность, пока мистер Перселл доносил его до вас и до миссис Вейл. Хотя нет, простите. Я объяснил все в подробностях мистеру Теддеру, но не мистеру Перселлу. Заключив, что мистер Вейл был убит, я выдвинул две гипотезы: во-первых, что убийство стало следствием похищения, то есть убийца был причастен к похищению; во-вторых, ему или ей известно, где находятся деньги и у кого именно. Этого человека необходимо отыскать, потому мне требовалось увидеть вас всех. С миссис Вейл мы встречались ранее. Я намерен найти деньги.

Фрост замотал головой.

– Ушам своим не верю! – процедил он, кое-как раздвинув плотно сжатые губы. – Мне известна ваша репутация, но это просто смехотворно. Вы желали увидеть меня, чтобы, посмотрев и послушав, определить, не я ли убийца? Да вы издеваетесь!