Смерть дипломата - Чингиз Абдуллаев

Дронго подошел к Нармине.

– Не будем стоять у дверей, привлекая внимание. Может, вернемся в ресторан и выпьем кофе?

– Только кофе? – усмехнулась она, но повернулась и пошла в сторону зала.

Он проводил ее до их столика и подвинул ей стул. Когда она села, извинился, что оставляет ее одну, и, жестом показав официанту, чтобы он подошел к женщине, вышел в холл, где сразу увидел Вейдеманиса, стоявшего у дверей.

– У тебя есть паспорт? – спросил Дронго.

– Конечно. Он у меня в кармане. Зачем тебе мой паспорт?

– Пойди и оформи, пожалуйста, номер в отеле, – попросил Дронго. – Боюсь, портье меня неправильно поймет и возьмет с меня двойную плату. Дело не в деньгах, как ты понимаешь, я бы заплатил и больше, но без паспорта никак нельзя. Поэтому оформи номер на свое имя и отдай мне ключи.

– Тогда не возвращайся в зал, – сказал Эдгар, – жди меня здесь, пока буду оформляться.

Дронго кивнул в знак согласия. Вейдеманис достал свой паспорт и кредитную карточку и подошел к портье. Через минуту он вернулся.

– Сейчас оформит. Неужели ты действительно собираешься подняться вместе с ней в номер? Это по меньшей мере неразумно, там я не смогу тебя прикрывать.

– Надеюсь, что там я обойдусь без твоей помощи, – усмехнулся Дронго. – Можешь не беспокоиться, она точно не станет в меня стрелять.

– Ты был уверен, что ее специально подставили. А теперь изменил свое мнение?

– Нет. Теперь я абсолютно в этом убежден. Ее срочно послали сюда из Лондона, чтобы она встретилась со мной сразу после того, как я закончу разговор с американкой.

– Американцы?

– Англичане.

– Их разведка всегда была одной из лучших на Ближнем Востоке, – заметил Вейдеманис. – Блестящая работа! Так быстро вычислить и найти твою бывшую знакомую. Согласись, что это просто виртуозно. И ты теперь собираешься подняться вместе с ней в номер? Забыл, что еще несколько часов назад тебя пытались убить? Совсем потерял голову?

– Будем считать, что я иду на эту встречу сознательно, чтобы ускорить расследование убийства Армана Шевалье, – усмехнулся Дронго.

– Я серьезно тебе говорю, – повысил голос Эдгар.

– И я тоже серьезно, – ответил Дронго. – Дело не только в том, что она красивая женщина. Нужно наконец понять, что здесь происходит и почему англичане так срочно вызвали ее из Лондона.

– Еще не узнал?

– Тебя ищет портье, – кивнул Дронго в сторону стойки.

Вейдеманис поспешил к ней. Вернувшись через пару минут, он сообщил:

– Взял сюит, если ты, конечно, не возражаешь. Кажется, она догадалась, что я беру номер не для себя, поэтому сразу предложила сюит. А может, она думает, что это номер для нас двоих?

– Очень смешно, – ответил Дронго. – Когда двое мужчин слишком тесно дружат, это всегда подозрительно, особенно в наше время. Сколько глупых мифов можно было бы создать об отношениях Гамлета со своими друзьями Розенкранцем и Гильдестерном или о путешествиях Дон Кихота и Санчо Пансы. В общем, сейчас на подобные отношения смотрят несколько иначе. Недавно я видел английский фильм о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне, где несколько раз открыто говорили о том, что они не гомосексуалисты, хотя и живут вместе в одном доме. Теперь уже никто не верит в обычную дружбу двух мужчин.

– Ты такой откровенный ловелас, что трудно заподозрить в тебе человека иной сексуальной ориентации, – недовольно произнес Вейдеманис. – Только учти, что я останусь в отеле и буду дежурить рядом с вашим номером, даже если ты станешь возражать.

– Только не в самом номере, – бросил на ходу Дронго, возвращаясь обратно в зал ресторана.

Нармина с грустным видом сидела за столиком, а официант уже нес две чашки кофе. Дронго сел напротив нее.

– Вы сняли номер. – Это прозвучало не как вопрос, а как уточнение.

– Да, – почему-то отвел он глаза.

Она улыбнулась. Ей это даже понравилось. Она впервые почувствовала себя немного победительницей, как обычно чувствует себя опытная женщина перед интимной встречей, понимая, что теперь мужчина полностью в ее власти. В подобных случаях, когда предстоит встреча двух опытных людей, каждый из которых имеет за плечами многочисленные победы в подобных «ристалищах», мужчина чувствует себя чуть менее уверенно, чем женщина.

Конечно, если мужчина умелый сердцеед, а женщина не имеет подобного опыта, то первые встречи вызывают смущение как раз у дамы. И соответственно, наоборот, если неопытный молодой человек встречается со зрелой женщиной, то волнуется в первую очередь именно он. Но когда речь идет о равных партнерах, женщина чувствует себя гораздо спокойнее и увереннее, ведь она не может оконфузиться или ошибиться, тогда как мужчина вполне может оказаться не совсем готовым к подобной встрече.

Дронго пригубил свой кофе, Нармина допила свой. Он оставил на столе еще одну купюру, и официант, заметивший ее цвет, издалека благодарно кивнул головой. Азербайджанские деньги были удивительно похожи на евро. Их разрабатывал тот же художник, который рисовал европейские деньги. Они были похожи не только графически, но и по цветовой гамме. Самая крупная купюра – розового цвета, достоинством в сто манат. Соответственно желтая – в пятьдесят, зеленая – в двадцать и синяя – в десять. Были еще оранжевая – в пять и голубоватая – в один. Для сравнения: в европейской валюте самая большая розовая купюра – в пятьсот, желтая – в двести, зеленая – в сто, оранжевая – в пятьдесят, синяя – в двадцать и самая маленькая, голубая, – в пять евро. Приезжавшие из Европы иностранцы и местные жители, часто бывающие в странах «зоны евро», иногда даже путали эти деньги, настолько они были похожи.

Вместе с Нарминой Дронго вышел из ресторана, и они направились к лифту. Следом за ними в кабину втиснулся полный мужчина, который держал в руках мобильный телефон и о чем-то громко говорил по-немецки. Сразу следом за ним заскочил Эдгар Вейдеманис. Он был действительно почти идеальным телохранителем – сказывалась его специальная подготовка в разведшколе. В принципе интеллект – самое важное качество, которое может пригодиться в любых обстоятельствах, даже для телохранителя. «Иностранец» продолжал говорить по-немецки, демонстративно стоя к ним спиной. Дронго вспомнил, как однажды в похожей ситуации он оказался в кабине лифта и тоже говорил на иностранном языке, чтобы его не заподозрили в наблюдении. Поэтому он обернулся к «иностранцу» и предложил:

– Не так громко, пожалуйста.

– Что? – машинально переспросил «иностранец».

Нармина улыбнулась. Они вышли из кабины лифта, оставив мужчину в полной растерянности. Вейдеманис тоже остался в кабине, решив не вызывать лишних подозрений. Дронго и Нармина прошли к своему номеру, он открыл дверь, пропуская вперед женщину, потом плотно закрыл ее за собой и взглянул на Нармину.

– За нами следили, – догадалась она.