Синдром жертвы - Чингиз Абдуллаев

– Позвоните в Курган, – вмешался в разговор Дронго, – уже два часа дня.

Резунов снова взял мобильник.

– Женя, здравствуй, – начал он, услышав голос полковника Шатилова. – Эксперты закончили работу?

– Да. Все закончили. Ее не изнасиловали. Он ее раздел, но только задушил, хотя характерные следы имеются, очевидно, пытался, но не получилось. Мы нашли и ее одежду. В общем, все, как я тебе говорил.

– Понятно. – Резунов отключился и передал сообщение своим коллегам.

– Значит, это был он, – понял Гуртуев, – и, видимо, у него серьезные психические расстройства именно в сексуальном плане. Возможно, на этой почве он и стал подобным убийцей. Его возбуждает сам факт насилия, само обладание жертвой. Я предлагаю сразу из Астаны вернуться в Москву. Нам нужно провести серьезную работу по поискам этого маньяка и вычислить его раньше, чем он найдет следующую жертву.

– Если он действует в чужих городах, то следующими могут стать Омск и Тюмень, находящиеся на пути его маршрутов, – предположил Дронго, – если, конечно, он уже не нашел себе подходящую жертву в другом месте. Ведь Павловск рядом с Санкт-Петербургом... – он неожиданно замолчал, словно только сейчас понял, что именно сказал, затем продолжил: – У нас будет очень нелегкая работа, но я думаю, что мы обязаны ее сделать. В конце концов, для этого существуют мощные компьютеры. Он не поехал бы в Санкт-Петербург на поезде, слишком далеко и неудобно. А за несколько дней его могли бы запомнить. Значит, в этом случае он летел самолетом. Но наверняка его первая встреча с Богуславской была лишь предварительным знакомством. Если мы правильно все рассчитали, он приезжал в Санкт-Петербург на поезде и так же уезжал с Московского вокзала. Ведь именно оттуда был звонок на ее мобильный. Убийца сделал все, чтобы нас запутать, и этим невольно выдал себя.

– Вы считаете, что мы должны проверить всех возможных пассажиров, покупавших билеты на Санкт-Петербург? – удивился Резунов. – Но на поездах не всегда проверяют паспорта.

– Именно на это он и рассчитывает. Но если этот человек достаточно состоятельный, он должен где-то работать, чтобы иметь возможность подобных перемещений. А отлучаться на долгое время он не может. Значит, он прилетел самолетом в Москву, пересел на поезд, идущий в Санкт-Петербург, и так же вернулся обратно к себе в город после убийства. А это значит, что нам нужно проверить все самолеты, которые прибыли в Москву с Урала именно в эти несколько дней, когда было совершено убийство Мирры Богуславской, – закончил Дронго.

Наступило молчание, которое прервал Резунов.

– Вы представляете, какая это работа? Нам придется затребовать все билеты на все рейсы. Это просто невозможно. И самое главное, я не совсем понял, как именно вы вычислите убийцу. Ведь с Урала могли прилететь несколько тысяч мужчин. А если он прилетел из другого региона?

– Он и так делает все, чтобы нас запутать, а две пересадки наверняка не прошли бы. Не хватило бы времени, – пояснил Дронго.

– Но как вы узнаете, что это именно он?

– Обратный билет, – улыбнулся Дронго. – Он должен обязательно вернуться обратно как можно быстрее. Мы проверим всех, кто прилетал в Москву только на два или три дня и кто заранее бронировал билеты в обе стороны.

Резунов ошеломленно взглянул на Гуртуева. Тот улыбнулся.

– Наш случай говорит, что одна голова – хорошо, две – очень хорошо, а три – совсем хорошо. Полагаю, коллеги, что нам нужно действительно проверить все возможные рейсы.

– Я позвоню в Москву, чтобы нам заказали билеты в Астане, – решил Резунов, – на завтрашний вечер.