Чистилище для Гурова - Алексей Макеев

– Значит, ты все-таки чего-то опасаешься? – озадачился Болотин.

– А ты знаешь, почему монашка на свечу презерватив надевает? А потому, что береженого и Бог бережет! Сравнение грубоватое, но верное! – ответил ему Лев и снова обратился к охранникам: – Вперед, за работу!

Они остались за столом вдвоем, и Гуров плеснул в рюмки по чуть-чуть:

– Давай за успех, Игорь!

– Нет, Лева! Давай за удачу! На «Титанике» было очень много богатых, здоровых, красивых, талантливых и успешных людей, а вот удачи им не хватило. Вот и получается, что главное в жизни – она!

– Ладно! Давай за нее! – согласился Гуров.

Не успели они выпить, как у Льва зазвонил телефон, номер был незнакомый.

– Ну, началось! – сказал он и поставил телефон на громкую связь: – Гуров!

– Мне тут сообщили, что ты полковником стал, а я вот тебя еще капитаном помню, – раздался насмешливый голос, причем, судя по звуку, тот телефон тоже был на громкой связи.

– Так и ты в то время еще законником не был, – заметил Лев.

– Тебе зачем Алешка понадобился?

– Поговорить хочу.

– Так приходи и говори! Или боишься?

– Я? – искренне удивился Гуров. – Да когда же я вас боялся?

– Это правда, трусом ты никогда не слыл. Так чего же ты там до сих пор?

– А я не один, тут со мной еще один человек прилетел.

– Знаю-знаю! Сам господин олигарх пожаловал! Значит, это он бздит?

– Фильтруй базар! Не с пацаном разговариваешь! – рявкнул Болотин. – Меня к вам туда майор не пускает!

– А ты ему заплати, он и пустит! Или пожадничал?

– Так я предлагал ему самому сумму назвать, только он все равно отказался!

– Может, тогда по телефону побазарим?

– Ну, если ты хочешь серьезный разговор, который судьбы Алеши касается, по телефону, да еще по громкой связи вести, то давай!

– Я этого не говорил.

– Вот и получается, Конь, что, если нам к вам не попасть, остается только тебе с Алешей к нам сюда выйти. Не бойся, здесь вам обоим ничего не грозит. Посидим за одним столом, водки выпьем и о деле поговорим.

– Да, когда ж я вас, мусоров, боялся?

– Тем более! Значит, мы вас ждем. Я лично гарантирую вашу безопасность, – сказал Гуров и отключил телефон.

– Думаешь, придут? – спросил Болотин.

– Обязательно! Разговор нужно уметь начать, уметь вести, но еще важнее – уметь вовремя его закончить. Конь решил фраернуться: вот, мол, как я сейчас этого мента натяну по самые помидоры, потому и громкую связь включил. В этом и заключалась его ошибка! Говори мы с ним один на один – он бы еще подумал, выходить ему или нет, потому что его появление за стенами колонии может быть расценено как попытка побега. Тут уже пуля, без всяких разговоров. А я его «на слабо» взял и возможности отыграть ситуацию обратно не дал, закончив разговор. А звонить мне снова – значит, уронить свой авторитет в глазах зэков. Так что придут они, никуда не денутся!

– Ну, ты мастер! – восхищенно заметил Болотин.

– Сам знаю, – скромно ответил Гуров и предложил: – Дай еще по капелюшечке за удачу, тем более что она нам понадобится в самом ближайшем будущем – кажется, от колонии к нам кто-то идет. – Он сидел как раз лицом к ней и все видел.

Выпили, закусили, и Болотин пересел к Гурову – вроде как они собирались вести переговоры. А со стороны колонии к ним действительно приближалась группа людей. Впереди шли три человека: в середине – высокий угрюмый мужик с тяжелым, грубым лицом, справа от него шел майор, вытиравший обильно струившийся по его лицу пот, а слева – казавшийся на фоне мужика ребенком мальчик, с висевшей через плечо сумкой-торбочкой, у ноги которого, без поводка и намордника, бежала огромная овчарка. Сзади них шли два вохровца с автоматами, причем у одного из них на поводке была собака.

– Как я понимаю, это Тайга, – сказал Гуров, имея в виду свободно бежавшую овчарку. – Конь боится не столько за себя, сколько за Алешу, вот и приказал взять ее с собой, потому что она за мальчишку любого на клочки порвет.

– Да, любит он парнишку, – согласился с ним Игорь.

Между тем группа подошла к столу, и Болотин радушно пригласил:

– Присаживайтесь! Угощайтесь!

Конь и Алеша сели напротив, Тайга устроилась рядом с мальчишкой и недружелюбно посматривала на окружающих. При ближайшем рассмотрении оказалось, что она уже в приличном возрасте, потому что на морде виднелись седые волоски, но менее опасной она от этого не стала. Майор вопросительно посмотрел на Гурова, и тот помотал головой.

– Ну, вы разговаривайте, а я пойду покурю, – сказал майор и отошел.

– Ребята тоже могут отдыхать, – заметил Лев.

Вохровцы отошли в сторону и, сев на землю, закурили. Болотин повернулся к единственному около них охраннику и приказал:

– Угости людей! Только охране водки не давать.

Тот кивнул и направился к машине. Очень скоро он отнес майору бутылку водки и тарелку с бутербродами, а вохровцам – только бутерброды, но еще и по большому пакету сока. Болотин тем временем налил Алеше сок, а мужчинам – водки и предложил:

– Давайте за знакомство!

– Я воздержусь, – кратко ответил Конь.

– Тогда мы тоже пропустим, – согласился Игорь. – Да вы ешьте! Ешьте!

– Мы завтракали, – так же кратко произнес Конь, а вот Тайга алчно принюхивалась к витавшим над столом запахам, потому что на нем чего только не было. – Давайте к делу!

– Ладно! – перехватил инициативу Гуров. – С тобой, Конь, мы уже, можно сказать, поздоровались, да и знакомы давно, а вот с Алешей – нет. Я – полковник полиции Лев Иванович Гуров, – повернулся он к мальчишке.

– Я так и понял, – улыбнулся тот. – Мне про вас Светланочка рассказывала. Это ведь вы дяде Лене операцию организовали?

– Да, я, – кивнул Лев. – И, судя по тому, что она мне не звонит, там все в порядке.

– Там действительно все в порядке, – подтвердил Игорь. – Мне врачи доложили, что осложнений после операции никаких нет, и окончательное выздоровление, для чего они делают все возможное, – только дело времени.

– Ну, да! Им же там какой-то прибор нужен, – усмехнулся Гуров.

– С непроизносимым названием, но жутко дорогой, – подтвердил Болотин.

– А я вас знаю, я вас на суде видел, – сказал Алеша. – Вы Игорь Петрович Болотин, папа погибшей девушки. Скажите, вы верите в то, что в этом я виноват?

– Нет! – Болотин сразу же стал предельно серьезным. – Ты понимаешь, сюда, чтобы поговорить с тобой, мог прилететь и один Лев Иванович, но я специально увязался за ним, чтобы встретиться с тобой и попросить у тебя прощения. Да! Я сразу понял, что ты был совершенно ни при чем, но поверил человеку, которому, как оказалось, ни в коем случае нельзя было верить! Он сумел убедить меня в том, что если дело о гибели моей дочери будет официально закрыто, то есть кто-то будет осужден, то настоящий убийца, почувствовав себя безнаказанным, потеряет бдительность, и его можно будет легко найти. Но прошло полгода, а он ничего не смог сделать. Или не захотел, потому что Лев Иванович разобрался в этом деле за считаные дни. И этот человек будет очень строго наказан. Я искренне признателен всем тем людям, кто помог тебе в трудную минуту, и это будет не только устная благодарность.