Обезьяний рефлекс - Михаил Март

2

Установить собственника квартиры в элитном доме на Большой Бронной не составило труда. Шесть из двенадцати принадлежали одной из крупных московских фирм. Руководителем фирмы был Геннадий Ильич Некрасов. Пришлось покопаться в архивах. Ни на фирму, ни на ее руководителя компромата не нашлось. Все чисто. Проверять всех сотрудников — адов труд, да и списка такого не существовало. На всякий случай Марецкий позвонил своему коллеге, начальнику отдела по экономическим преступлениям полковнику Лебед-кину. Неудобно беспокоить человека в выходной день, но если Марецкий брался за дело, то высасывал каждую деталь и не оставлял без внимания ни одной пылинки в дальнем углу.

Полковник Лебедкин оказался дома и даже не обиделся на коллегу за бестактный звонок.

— Интересно, Степа, чем тебя заинтересовала эта фирма?

— Еще не знаю, Гриша. Конторе принадлежит несколько квартир в элитном доме. В одной из них убили женщину, но так вычистили следы, что я не знаю, с какого бока мне подобраться. На вид все блестит и сияет, а вонь доносится за версту.

— Правильная оценка. Однажды к нам поступила информация, будто партия запчастей, отправляемая в Арабские Эмираты, не чистая. Мы решили проверить. Но не успели. Отправщика предупредили, и самолет вылетел с деталями раньше времени. Причины изменения расписания нам никто объяснить не смог. Таможня ничего не нашла. Или не хотела искать. Отправителем и значилась интересующая тебя фирма. У них все схвачено. Все ключевые посты куплены. Не так просто поднять в воздух грузовой самолет вне строгого расписания. Одним словом, мы остались с носом. Я попытался копнуть поглубже, но меня быстро поставили на место.

Этим делом занимается ФСБ, и не лезь, куда тебя не просят. Кстати. Ты хорошо знаком с полковником Виноградовым. Обратись к нему. Может, он приоткроет тебе завесу тайны.

— Ты говоришь об Олеге Виноградове из ФСБ?

— Ну о ком же еще. Ты же ему помогал, помню. Почему бы ему тебе не помочь? Только с такой махиной, руководимой Геннадием Некрасовым, совладать нелегко. Там большие дела делаются. Махинации мирового масштаба, а ты с каким-то заурядным убийством лезешь. Тебя пошлют к черту, и на этом дело кончится.

— Спасибо за консультацию, Гриша. Я твой должник. Марецкий нашел Виноградова довольно легко. У него

имелись все данные полковника. Олег Петрович лежал в госпитале. Приемные часы вечером. Он связался с Костей, фотографом из ресторана «Приют».

— Я по рекомендации Алексея Чистякова. Бармена.

— Да, да, знаю. А чего хотите?

— Хочу иметь полный комплект всех фотографий, сделанных вами в среду, четверг и пятницу.

— Вы знаете, во что это вам обойдется? Даже со скидкой за опт?

— Сделаем проще. Вы мне их не печатайте. У меня есть свой принтер. Запишите файлы на диски. Так будет дешевле?

— За вычетом бумаги и чернил. Но я продаю вам информацию и результаты своего трехдневного труда, а не пиратское кино, штампованное бешеными тиражами. Это эксклюзив.

— Сколько?

— Пятьсот долларов.

— Триста. Ваш архив вам не принесет ни копейки. Это не выставочные работы. Галерея пьяных физиономий никого не заинтересует.

— Вас же заинтересовала?

— Думаю, это исключение.

— Договорились. Триста. Когда вам передать диски?

— Сейчас. Встретимся где хотите, только я должен увидеть содержание дисков.

— Без проблем. Возьму с собой ноутбук. Через сорок минут жду вас на Цветном бульваре напротив старого цирка. Вторая лавочка слева от перехода центральной аллеи.

— Я буду.

Вполне добросовестный парень. Все снимки качественные. Марецкий остался доволен. Ко всему прочему на каждой фотографии указано число, час и минуты.

— А это вам зачем делать?

Парень усмехнулся.

— Идею подала одна клиентка. «Снимите моего мужа и покрупнее до того, как у нас примут заказ, и на фотографии укажите время. И делайте снимки через каждые пятнадцать минут до конца вечера».

Я ее тоже спросил: «А зачем время ставить?» Она ответила: «Он никогда не помнит, как домой возвращался, а наутро утверждает, будто был трезв как стеклышко. Хочу ему показать, как меняется его рожа и глаза после каждого возлияния. К концу вечера вы его не узнаете. Пусть сам на себя посмотрит». Она оказалась права. Мне идея понравилась, и я сам стал предлагать клиентам проделывать такие эксперименты. У меня стали покупать не один снимок, а целыми сериями. На аппарате время выставляется автоматически, если включить нужную функцию.

— Хорошая идейка. Запатентовали?

— Интересно, а зачем вам вся эта байда?

— Секрет. Вы помните постоянных клиентов? Можете определить, кто новичок, а кто тусуется в ресторане каждый вечер?

— Разумеется. Я же ракурс ищу, а не просто щелкаю. Постоянные тусовщики попадаются только на втором плане в виде фона. С них денег не срубишь. А для новеньких можно постараться.

— Отлично. Тогда я обращусь к вам еще раз, Костя. Но уже за консультацией и не за такие бешеные деньги.

— Звоните. Днем я всегда дома, вечером на работе.

Получив деньги, он усмехнулся.

— Жена загуляла? Покажите мне ее на снимке, и я уделю ей особое внимание.

Марецкий похлопал парня по плечу.

— Умный ты парень, Костя.

* * *

Пробиться в закрытый госпиталь — задача не из простых. Кто да как, зачем да почему? Даже удостоверение не помогло. Созванивались с больным. Больной разрешил допустить к своему телу нежданного гостя.

Хоромы. С виду обычная больница, а внутри ковры, цветы, аквариумы. Умеют создавать уют для некоторых. Простым смертным такое и не снилось.

Палата отдельная, с телевизором, телефоном и прочими излишествами».

Полковник сидел на кровати, нога забинтована, но не в гипсе. Рядом костыли.

— Привет, Степан. Соскучился?

— Вроде того. Как дела, Олег? Бандитская пуля?

— Угадал. Присаживайся. С чем пожаловал?

— С глупым вопросом. — Марецкий присел на табурет и, сделав умное лицо, спросил: — Геннадий Некрасов мог убить человека?

Виноградов нахмурил брови, потом рассмеялся.

— Ну ты даешь, Степан. Быка за рога, без разведки, сразу в бой! Молодец! Нет, серьезно, ты мне всегда нравился. И такой талант в ментовке пропадает. Недаром Ксения Михална положила на тебя глаз.

— Пять лет мне этот глаз боком выходит.

— Так и не женился? Смотри, плюнет она на тебя и найдет себе молодого капитана. Уйми гордыню. За ней не угонишься. Она скоро генералом станет, тогда вообще завянешь. В прокуратуре другие мерки и правила. Если кого-то начали выдвигать, то будут доводить до заоблачных высот. А ты сыскарь. С тебя требуют, но ничего взамен не дают.