Ребус старого пирата - Борис Бабкин

– А можно вашего брата увидеть? – спросил Эдуард.

– Можно. В поселке спросите Семена, вам любой покажет.

«Вот повезло, – подумал Антонио, – живой свидетель».

– Может, как раз у этого оленевода и есть то, что мы ищем, – сказал Эдуард.

– Хотелось бы в это верить! – Антонио вытащил из рюкзака бутылку коньяка и коробку конфет. – Это вам.

– Ты бы мне нож дал! – Чукча кивнул на висящий на ремне у Антонио тесак.

– Ладно…

– Губа не дура! – усмехнулся Эдуард.

– Надо в Олений идти, – сказал Лука, – а туда можно только по заячьему ручью выйти. Среди них есть кто-то, кто местность знает, потому что проводника у них нет. Старший там мужчина, все говорят, что он иностранец. И не потому, что он одет как-то не по-русски. Сейчас это может любой, у кого деньги есть. И говорит по-русски хорошо. Но все думают, что он иностранец.

– Посмотрим, что там за иностранец, – проворчал Сергей Дмитриевич. Следом шли Евгений и Иван с охотничьими карабинами.

– Я сначала хотел участковому сообщить, – сказал Лука, – но потом о вас вспомнил. Дед тоже часто по-хорошему вспоминает этого Графа. Он ведь…

– Знаю, – буркнул Сергей Дмитриевич. – А я Графу жизнью обязан. Если бы не он, что со мной было бы – и подумать страшно.

Магадан

– Вот и столица Колымского края, – пропел Артур.

– Да, – кивнул Муромцев. – Неужели такой огромный край в честь реки назвали?

– Скорее всего так и есть, – отозвался Артур.

– Женька? – удивленно пробормотала Катя.

– Что? – повернулся к ней Страннов.

– Привет! – подошел к ним Женя. – Здравствуй, сестренка, – улыбнулся он.

– Насколько я понял, ты брат Екатерины Александровны? – спросил Артур.

– Так точно. А вы или Артур, или Юрий. Скорее всего Артур, – неожиданно произнес он.

Друзья переглянулись.

– Значит, вспоминала нас Екатерина Александровна. – Артур взглянул на изумленную Катю.

– Извини, – обратился к сестре Женя, – но я не мог остаться, когда узнал, что ты сюда поедешь…

– А ты о родителях подумал? – сердито спросила она. – Про дедушку не спрашиваю, скорее всего он тебя и…

– Ошибаешься. Знает только папа. Для деда это тоже будет новость.

– Так! – Катя посмотрела на часы. – Через три часа самолет, и ты…

– Извините, мадемуазель, – улыбнулся Артур, – а почему бы вашему брату не полететь с вами? Он молод, здоров и силен, владеет приемами рукопашного боя, полон энергии…

– А вы откуда знаете про рукопашный бой? – удивился Евгений.

– Косточки пальцев набиты и слегка приплющены. Значит, вы занимались. Я не ошибся?

– Нет.

– Действительно, Екатерина Александровна, – заговорила Людмила Павловна, – в конце концов, он уже здесь и вполне может помочь нам в работе. Поставим его на довольствие и будем платить как разнорабочему. Думаю, это лучше, чем нанимать местных. Верно, девочки? – обратилась она к двум женщинам. Рядом стояли двое мужчин. Переглянувшись, все рассмеялись.

– А вы не с нами, – поняла Катя. – В Магадане вас направят к Лобину.

– Спасибо, – поблагодарил Артура и Людмилу Павловну Женя. – Честное слово, я не подведу.

– Надеюсь, – проговорил Страннов. – Меня зовут Артур. – Он протянул руку.

– Юрий, – представился Муромцев.

– Сейчас поедем в город, – Катя посмотрела на Артура, – а вы…

– Мы с вами. Узнаем, куда вас направят, и, если что, я с удовольствием поеду с вами.

– Мы в тот же район, – улыбнулась Катя.

– Чудесно. Значит, вскорости мы навестим наших золотокопателей. Юрий тоже желает приобщиться к этому каторжному труду. Хотя я не согласился бы на это даже под дулом автомата…

Россия, Олений

– Да, я был с отцом, – кивнул пожилой чукча со следами медвежьих когтей на щеке. – Нас забрали энкавэдэшники. С японцами трое русских было. Точнее, забрали троих, а сколько их было, не знаю. – Он отпил крепкого чаю. – Один предатель указал на нашего спасителя, Мирославского… Сказал, что он тоже с японцами был. Били его, заставляли на нас указать. Он ничего не говорил. Меня отпустили, а отца… В лагере он умер через месяц.

– Послушайте, Степан, – заговорил Моретти, – а тот русский, Мирославский, ничего вам не отдавал, когда он вас спасал от…

– Мне – нет, – перебил его Степан.

– А кому-то что-то отдавал?

– Я не знаю.

– Вы помните место, где упал самолет?

Эдуард, играя желваками, сидел молча. Трое его подельников у входа в чум пили чай.

– Точно не помню, – ответил чукча. – А вы зачем эти вопросы задаете? Кто вы?

– Мы хотим восстановить доброе имя Мирославского, – ответил Антонио. – Его незаслуженно обвинили в шпионаже и предательстве. А мы хотим добраться до истины, которая бы…

– Тогда зачем вам место падения самолета? – перебил его Степан.

– Ты отвечай, когда тебя спрашивают, – хмуро посоветовал Эдуард, – а не задавай дурацких вопросов. Кто может знать, где упал самолет?

– Не знаю, – покачал головой чукча.

– Врешь, узкоглазый! – Эдуард схватил его за ворот. – Все ты врешь, чукотская образина! Те, кто был с японцами, за Россию воевали. И не важно с кем – с немцами или с японцами. Важно было коммунистов уничтожить. Поэтому и был с японцами… – Не договорив, он выругался.

– Я сказал только то, что знаю, – ответил Степан. – Врать не стану.

– Но вы же знаете, что есть еще кто-то, кто знает место падения самолета, – укоризненно посмотрев на Эдуарда, проговорил Моретти. – Поймите, это очень важно. В документах не отражен побег двух бывших узников фашистского концлагеря, попавших в США. Нам необходимо знать место, куда упал сбитый самолет.

– В сопку он врезался, – помолчав, ответил чукча, – возле истока реки Курья. А русские выпрыгнули раньше, около Большой поляны. Оттуда их пограничники стали преследовать.

– Вы можете показать это место? – спросил Моретти. – Я вам очень хорошо заплачу. Проводите нас до места, где выпрыгнули русские, и все.

– Вас туда сын отведет. Дайте две тысячи евро и шоколад с коньяком.

– Хорошо, – согласился Моретти.

Старый чукча крикнул что-то по-чукотски.

– Пожалуйста, говорите по-русски, – потребовал Моретти. – Я не люблю, когда…

– Иди сюда, – повторил по-русски Степан. – Проводишь их на Большую поляну.

Молодой чукча, кивнув, вышел.

– Через полчаса пойдете, – сказал Степан.