Ребус старого пирата - Борис Бабкин

– Куда едем? – спросил крепкий мужчина.

– В Москву, – ответил сидящий за рулем коренастый бородач. – Тебе же устроиться надо.

– Мне, кстати, и документы не помешают, – усмехнулся крепкий.

– Значит, ты с заданием?..

– Не с тем, о котором ты думаешь. Я уже пять лет как ушел с государственной службы и сейчас работаю на себя.

– Ишь, как заговорил-то – на себя. А сюда приехал по своим делам или по поручению?

– Примерно так. Вот что, я не очень устал, поэтому провези меня мимо объекта…

– Знаешь, я почти сделал работу. Но… – Мужчина усмехнулся.

– Подожди, Роман, как это почти?

– Глава семейки, которой ты интересуешься, полковник МВД.

– Адрес знаешь?

– Да я все узнал. Ты учитывай, что он пусть бывший, но все же мент. Надо бы увеличить…

– Конечно.

– На пять кусков? – посмотрел на него водитель.

– О’кей. Сколько членов семьи?

– Дед, его сын с женой, внучка и внук.

– Взрослые?

– Внуку двадцать пять, внучке тридцать.

– Кто где работает?

– В органах никто. Жена Ивана Евгеньевича умерла рано, когда рожала сына. Дочь старше. Он растил их один, справился. Внучка – геолог. Правда, работает сейчас на частников. Внук армию отслужил, поступил в училище в Рязани, но через год его вышибли. Он троих там отделал. Судить его не стали, просто исключили. Он сейчас свободный художник. То на машине подрабатывает, то вроде как телохранителем.

– Тот еще тип! По нему тюрьма плачет…

– Да он вроде за дело там кого-то отоварил. Ему даже благодарность объявили. Точно не знаю, что там произошло, это год назад было.

– Деньги любит? – спросил пассажир.

– А кто их не любит? – Водитель засмеялся. – Но про него точно не знаю. Он вроде с девушкой встречается, но чтоб гулял где-то, не замечал. – Я особо и не наблюдал. Все-таки дед – мент чина немалого.

– А за что же ты денег добавить просишь? Вот что, Колун, за то, что встретил и жильем обеспечишь, я тебе платить не стану даже тех денег, что обещал. Вот, – он вытащил из пачки долларов две сотенных, – на бензин. Больше ты не заработал. Документы мне нужны максимум через два дня. Получишь пять тысяч. И я хочу побольше узнать про внука главы семейства.

– Лады, сделаю. А чего ты хочешь от…

– Раньше ты не задавал вопросов.

– Раньше и ты не просил документы.

– Команду набираю я, – сказал по телефону мужчина в темном костюме, – поэтому вопросов нет. Но может, ты объяснишь, зачем тебе это надо?

– С удовольствием, но позже, – хмыкнул человек в ответ. – Сделай, как я прошу.

– Хорошо, пусть он зайдет ко мне.

– Да, – вздохнула Катя, – завтра я улетаю в Магадан, получила хорошее предложение. К тому же я смогу и свои дела попутно делать.

– Ничего не объясняй, – улыбнулся Иван Евгеньевич. – Знаю, что ты решила до конца разобраться с тем, кем был мой отец. Я понимаю тебя, но происходит что-то непонятное. Ищет нас кто-то. Точнее, не нас именно, а как раз папу моего. Я уже перебрал все варианты… Ну зачем могут искать отца, не понимаю, – кому он понадобился? Но его разыскивают. Точнее, ищут что-то связанное с ним. Поэтому ты поедешь на Колыму не одна. У тебя будет… – подыскивая слово, он замолчал.

– Телохранитель? – Катя засмеялась.

– Сопровождающий.

– Дедушка, – Катя поцеловала его, – не делай из меня десятиклассницу.

– Почему десятиклассницу?

– Ну, в десятом классе начинаешь чувствовать себя взрослее. До выпускных экзаменов год, и уже думаешь, что делать дальше… Со мной ничего не случится. Во-первых, я вполне могу постоять за себя. Во-вторых, в Магаданской области у меня есть знакомый, бывший офицер-десантник, и у него два друга, тоже не мальчики, а мужчины, бывшие военные. Они летят вместе со мной. Так что о моей безопасности не беспокойся.

– А что у тебя с Вадимом?

– Ничего не было и быть не может.

– Ты позволишь мне проводить тебя до аэропорта? – осторожно спросил дед.

– Хочешь убедиться, что я не придумала неожиданно появившихся друзей? – Катя засмеялась. – Полковник, ты милиционером был и остался, у тебя подозрительность в крови.

– Может быть, и так.

– Поедешь со мной в аэропорт.

– Извините, – удивленно глядя на стоящий у подъезда милицейский «уазик», спросил пожилую женщину Валентин, – что произошло? Почему не пускают в дом?

– Ой, Господи, Валя, так ведь… – Она заплакала.

– Татьяна Андреевна, да что случилось?

– Твоего папу… – Она опустила голову.

– Что?! – Он схватил женщину за плечи.

– Зарезали папашу твоего, а и с ним мужика какого-то, – сказал небритый долговязый мужик. – Там вроде почтальон телеграмму принес, а дверь открыта.

Валентин бросился к подъезду.

– Стоять! – Милиционер преградил ему путь.

– Да пусти ты! – Валентин отшвырнул его в сторону и побежал дальше.

– Стоять! – Милиционер подножкой сбил его на асфальт.

– Да это сын Якова Лазаревича! – закричал небритый. – Пахан евонный! А вы ему руки крутите!

– Извини, мужик, – пробормотал сбивший его с ног старший лейтенант.

– Отец ранен? – тихо спросил Валентин.

– Ты погоди, тебе все объяснят. А сейчас не суйся туда. Помочь ты уже не сможешь, только помешаешь. Да и не пустят тебя туда.

– Кто его убил? – спросил Валентин.

– Бил профессионал, – заявил эксперт. – Сначала убийца парализовал их на короткое время уколом острия узкого ножа в точку над левым пахом. Человек некоторое время не в состоянии двигаться, но говорить может. Очевидно, убийца задал только один вопрос. И тут же надрезами на сонной артерии отправил обоих на тот свет. Следов никаких, как будто убийца парил в воздухе.

– Следов нет, – сообщил полковнику милиции и мужчине в штатском криминалист. – Хозяин открыл дверь. Странно… На дверях подъезда кодовый замок, но убийца вошел, хозяин открыл ему дверь, он уколол обоих, о чем-то спросил, а потом убил и спокойно ушел. Но почему-то не закрыл дверь. Все сделал профессионально – и вдруг оставляет дверь открытой. Правда, можно предположить, что его спугнули.

– Тогда бы он тем более закрыл дверь, – сказал полковник. – Дверной замок не был зафиксирован. Просто захлопни дверь, и все. Что-то тут не так. Но работал профи. Что он хотел узнать? Эйвермана навестил друг из Израиля, Давид Моисеевич Шалон. Он не раз бывал у Эйвермана, это подтверждают многие жильцы подъезда. Убивают хозяина и гостя. Заметьте, Трофимов, – обратился он к человеку в штатском. – Он их парализовал. Значит, ему надо было услышать их ответы.