Жаркая ночь - Шеннон Маккена

Когда Зан остановил машину перед домом Эбби, она почувствовала неуверенность и смущение. То, что случилось с Элани, – огромное, мрачное и тяжелое, как будто расположилось между ними, лишая их всякой возможности просто поболтать; ведь ей нужны положительные эмоции. И единственным человеком на Земле, кто мог бы дать ей это, был Зан.

– Ну что? – произнес он, входя. – Не пора ли заняться делом?

Эбби невольно улыбнулась:

– Может, сначала кофе? Зан поставил сумку на стол.

– Работа прежде всего. – Он выложил перед ней содержимое двух коробок: – Что предпочитаешь, бронзу или старую бронзу?

Эбби пожала плечами.

– Обычная бронза хорошо смотрится.

– Ладно, начнем с задвижки. Сколько ты уже прожила так без задвижки?

– Три года. А что тут удивительного: моей хозяйке восемьдесят и она не бог весть какой мастер.

– Ладно, мне нужно сходить в машину и взять кое-какой инструмент, – сказал Зан. – Смотри, ты тут не скучай без меня!

– О'кей.

С трудом дождавшись, пока он исчезнет за дверью, Эбби крепко ухватила вилку телефона и выдернула ее из розетки; потом, достав из сумки мобильник, отключила и его, после чего быстро прошла в ванную.

Принимая душ, она подумала о том, чем предстоит заняться вечером, и с сожалением посмотрела на лак для ногтей и косметику.

Нет, это ни к чему. Все должно быть как обычно. Ах, ты уже закончил? Черт! Так быстро? Еще кофе? Или мы просто скинем с себя все и прямо сейчас займемся сексом, как спятившие мартышки?

Пожалуйста, не забывай о самоконтроле, напомнила себе Эбби. Не распускайся. Если уж не можешь удержаться от секса, тогда лучше всего иметь контролируемую ситуацию. Займись беспредельным разгулом: тайным и в высшей степени личным, снимай напряжение, взрывай все вокруг себя, отметай любые табу…

Подумай о чем-нибудь, помимо бедной Элани, например, о Зане. Зан был идеальным отвлекающим средством, нарушением придуманных ею правил. Она расслабится, получит удовольствие, а потом, быть может, неудача перестанет восприниматься слишком остро и в конце концов займет подобающее место в большой мозаике ее жизни.

Эбби завернулась в полотенце. Коллекция ее белья была отнюдь не маленькой, и, чтобы сделать судьбоносный выбор, требовалась холодная голова. Она тщательно выбирала, прикладывала к себе то одну, то другую вещь, потом отбрасывала их в сторону. Красное и черное – весьма специфическое. Лимонное или пурпурное – опять не то. Белое – но ведь она уже не девственница… В цветах, радужное, с дырочками, в полосочку, с ремешками – нет, нет и нет.

Вот то, что нужно. Растягивающаяся шемизетка на шнурках персикового цвета, и к ней такие же трусики. Тянущийся материал поддерживал груди, но не сковывал движений. Чтобы скрыть столь усердную подготовку, сверху Эбби надела джинсы и мешковатый свитер.

Когда она вышла в кухню, Зан уже ждал ее.

– О Господи, прошу прощения! Ты, наверное, давно ждешь…

Зан оглядел ее с головы до ног:

– Нет. А ты, кажется, приняла душ?

Проклятие.

Эбби вздрогнула.

– Откуда ты знаешь.

– Ну, ты вся такая розовая, влажная и пахнешь обалденно…

Лицо Эбби залилось румянцем.

– Извини, я не ожидала, что ты так скоро…

– Ладно, нет проблем. Вот, возьми. – Он протянул ей шесть блестящих металлических ключей. – Я сделал также несколько запасных для твоей хозяйки.

Эбби взяла ключи, они еще хранили тепло его ладони.

– Попробуй прямо сейчас, – посоветовал Зан.

Эбби вышла наружу и вставила ключи в новые замки. Они легко поворачивались, и в итоге она осталась очень довольна.

– Спасибо, все классно, – сообщила она, входя в дом. – Сколько я тебе должна?

– Нисколько.

– Но я не могу позволить тебе…

– Можешь. – Зан подошел к ней и обхватил ее со спины. – Если выпишешь чек, ты оскорбишь меня. Будь вежливой, просто скажи – спасибо, Зан.

– О'кей, – шепнула Эбби. – Спасибо, Зан.

– Не стоит благодарности. – Он прижался губами к ее шее. – Ты ведь хочешь меня, верно?