Жаркая ночь - Шеннон Маккена

Взявшись за шнурки, Зан так сильно потянул их на себя, что Эбби, не удержавшись, качнулась назад и уперлась в его каменный живот.

– Пока я при деле, пропусти-ка эту штуковину между ног.

У Эбби замерло дыхание от того, как вдруг изменился его голос. Сзади в нее твердой оглоблей ткнулся его член; потом Зан чуть нажал и стал проталкивать всю его длину через ее зажатые бедра.

– Какая ты влажная и теплая, – проворчал он глухо. – Держи меня. Я хочу пробиться подальше. Так, теперь я чувствую твои губки. Как хорошо. Сожми меня крепче. – Он с силой сжал ее бедра, двигаясь вперед и назад, так что член нежно терся о складки. – Теперь жми сильнее, – скомандовал он. – Не беспокойся, чем сильнее сжимаешь, тем мне больше нравится. Нежные, жаркие объятия. Жми, детка, это так роскошно!

Неистовое желание в его голосе, восхитительное скольжение члена по складкам между бедер, который не входил в нее и не давил на нее, – это была такая сладостная пытка!

Наконец Зан поймал нужный ритм, и Эбби, забившись и затрепетав, хватая воздух ртом, оседлала его горячими от возбуждения бедрами, а потом чуть не разрыдалась.

Но и остановиться она не могла. Она тянулась ухватить, удержать его и не могла. Член словно избегал ее, и она понимала, что все это делается с умыслом. Волны желания возникали и опадали, снова возникали и снова опадали, поднимаясь выше и выше с каждым разом. Она заводилась все сильнее и наконец, протянув руку, потрогала себя между бедер.

– Пожалуйста, Зан, – зашептала она, – пожалуйста.

– Хорошо, хорошо, – немедленно отозвался он. – Ты все делаешь правильно. Ты моя, Эбби, доверься мне. Сейчас я все устрою.

Его рука заскользила вниз через влажные завитки волос, нащупала клитор, взялась за него двумя чуткими пальцами и стиснула его.

– Зажимай сильнее, Эбби. Так, так! Сейчас!

Этот посыл, его прикосновение, его слова – словно сорвался запор, державший напряжение этих безнадежных усилий. Где-то в глубине взорвался неведомый гейзер, заставив Эбби всхлипывать, рыдать, метаться, растягиваться в стороны все шире, испытывая сладость и нежность.

Она упала на колени, и тут же сзади к ней наклонился Зан.

– С тобой все в порядке?

Она кивнула, и он поднял ее на ноги, а потом, повернув ее лицом к стене, еще туже затянул шнурки на корсете.

– Господи, – запротестовала Эбби. – Мне и так нечем дышать!

– Я клиент этого фантастического борделя, – напомнил Зан. – Все, что я говорю и делаю, – закон.

Эбби прищурилась.

– Повелитель снова восстал?

– Да, и он идет по тропе вслед за повторяющимися оргазмами – жаркими, сочными, с криком и раздиранием ногтями. Пока я насчитал три. Разумеется, я говорю только об этой ночи. – Зан наклонился, чтобы языком коснуться соска, а руки его в это время скользили вверх по ее бедрам.

– Тебе понравилось, как я заставил тебя кончить?

Эбби молча кивнула.

– Тогда надевай эти гребаные чулки. Дай мне сделать все как надо.

Несколько мгновений она смотрела на него.

– Ты играешь в эти игры совсем не потому, что хочешь возбудить меня, – медленно проговорила она. – Тебя это тоже возбуждает, правда ведь? До безумия. Признайся, высокомерный, заносчивый ублюдок!

– Ладно, признаюсь. Но если уж ты раскрыла меня, может, тогда я наклоню тебя и трахну, чтобы ты наконец напялила эти чулки?

Эбби потребовалась вся ее выдержка, чтобы не отвести взгляд. Она сделала несколько шагов и оказалась в центре комнаты, но чувствовала себя так, словно стояла на середине сцены. Возбуждение все сильнее охватывало ее. Она была почти на грани. Еще чуть-чуть сильнее прижать бедра друг к другу, и она кончит… или грохнется в обморок!

Наклонившись, Эбби подняла с пола чулок, потом пододвинула к себе стул и, опершись на него, неуверенно взглянула на Зана.

– Распусти волосы.

Она расстегнула заколку, которая удерживала кое-как уложенный пучок.

– Если бы я знала, что мне сегодня в моем будуаре придется развлекать клиента с такими запросами, я бы уложила волосы намного лучше, – сообщила она.

– Ничего, сойдет и так.

Эбби опустилась на стул, изящно приподняла ногу и взяла чулок.

– Лицом ко мне! – скомандовал Зан. – Раздвинь ноги: я хочу все видеть. Пусть очаровательные складки розового бутона откроются для моих глаз.

Эбби медленно развела колени, ее лицо горело… Опустившись перед ней на колени, Зан стал ласкать себя.

– Разведи ноги шире!

Она раскрылась, высоко задрав ногу и натягивая на нее чулок.

– Теперь клади эту ногу мне на плечо.

Эбби заколебалась, и тогда, схватив ее ногу своей большой теплой рукой, Зан запечатлел горячий и жадный поцелуй в самом чувственном месте, заставив Эбби вздрогнуть и захихикать от щекотки. Потом он положил ногу на свое твердое мускулистое плечо, и Эбби ощутила, как струится его горячий пот сквозь тонкий нейлон рубашки.

Кончик его пальца скользнул между складок ее лона и начал описывать круги вокруг упругой, налитой точки клитора. Все ближе и ближе…

Откинувшись назад, Эбби застонала, и тут одним пальцем он глубоко вошел в нее, затем двумя… Пальцы задвигались вглубь и обратно, а в это время большой палец играл с клитором.

Эбби бросила взгляд вниз, туда, где его влажно блестевшие пальцы выскользнули из нее, потом снова ушли внутрь, и голова у нее пошла кругом. Все плыло перед ее глазами, как в горячечном бреду…

– Я не выдержу, – из последних сил выговорила она. – Я сейчас развалюсь на куски или отключусь.

– Выдержишь. – Зан продолжал орудовать пальцами. – Ты не развалишься, ты взорвешься!

Закинув голову назад, Эбби балансировала, сидя на стуле, закинув одну ногу ему на плечо, пришпиленная к месту его рукой, и ей казалось, что законы гравитации, перестав действовать, позволили ей падать в бесконечность…

– О, Зан, пожалуйста!

– Надень чулок.

Его голос доносился до нее словно откуда-то издалека, и Эбби стала медленно натягивать чулок на бедро.

Напряжение все больше нарастало, теперь застежки от подвязки не давались в руки, Зан не торопясь помог застегнуть, их. Его пальцы были влажными от ее сока.

Она огляделась по сторонам в поисках второго чулка, и Зан тоже оглядел комнату.

– Может, он на постели?

– Ты считаешь, что мне нужно встать и сходить за ним? – Эбби попыталась рассмеяться, но дыхания для смеха уже не хватило. – Понимаешь, я не могу ходить, я едва дышу…

Зан поднял ее на ноги и ткнул лицом в кровать.