Полуночный танец кентавров - Дарья Калинина

Заробев, подруги замешкались у дверей. И тут из комнаты вдруг раздался молодой и зычный голос:

– Что же вы застряли там? Идите ко мне!

Делать было нечего, пришлось подругам войти в небольшую и очень просто обставленную комнату. Тут была кровать под белым покрывалом, письменный стол и несколько стульев. На побеленных стенах висели иконы, перед которыми теплилась лампадка. Но, несмотря на простоту обстановки, в комнате было удивительно чисто и светло.

– Я тут, подойдите.

Подойдя поближе, подруги увидели высокую худощавую женщину, сидящую в инвалидной коляске. На ногах у нее был плед, а нос украшали темные очки. Лицо и кожа были у женщины бледными, как бывает, когда много времени проводишь в закрытых от солнца помещениях.

Это и была мать Никитина, Алена видела ее впервые, она даже не подозревала, что у Никитина мать – инвалид, способный передвигаться лишь в коляске. Разумеется, она слышала, что люди говорили, будто бы старуха нездорова, но не подозревала, насколько далеко зашла болезнь этой женщины.

И теперь Алена испытывала острые угрызения совести, что посмела обмануть больную.

– Мне сказали, что вы хотели меня видеть, – произнесла Марья Евгеньевна приветливо. – Вы к нам издалека?

– Из Питера.

– Ого, – удивилась Марья Евгеньевна. – Везет нам нынче на питерских. Наверное, вам будет интересно узнать, что у нас в доме уже есть две гостьи из вашего города. Правда, они, скорее гостьи моего сына, но и мои тоже.

Тетка Вера и Арина! Помимо воли Алена ощутила в груди некоторый трепет, а в руках – конвульсивные подергивания. Так бы и придушила мерзких обманщиц, окопавшихся неподалеку!

Марья Евгеньевна тем временем продолжала:

– Однако если вы так издалека приехали, то наверное, сильно устали?

– Есть такое.

– Тогда я распоряжусь, чтобы вам дали отдохнуть с дороги и обязательно накормили. А потом вы придете ко мне и мы с вами обсудим то, ради чего вы приехали. Если у вас в чем есть нужда, то я постараюсь ее удовлетворить.

– Мы много слышали о вашей доброте.

– Люди часто преувеличивают сделанное мной. К тому же подавляющее большинство хочет одного – денег. А этого добра благодаря моему сыну у нас в доме навалом. Но я чувствую, что вы приехали ко мне не ради денег.

– Верно.

– Ну, идите-идите, отдыхайте, – поторопила их Марья Евгеньевна. – Хоть мне и любопытно, но я потерплю.

Она позвонила в колокольчик, и почти сразу же на пороге появилась молодая девушка.

– Накормить и обиходить, – лаконично приказала ей старуха. – И позови Арину, пусть почитает мне Евангелие.

Услышав, что сейчас тут появится Арина, подруги постарались побыстрее ретироваться. Но как они ни спешили, а все-таки столкнулись с Ариной на лестнице. Впрочем, Арина так торопилась, что даже не взглянула на двух скромных богомолок.

– Посторонитесь, бабки! – рявкнула она на подруг. – В сторону!

Алена с Ингой испуганно шарахнулись от нее. Это не укрылось от глаз прислуги, которая улыбнулась им:

– Не бойтесь.

– А кто это такая?

– Это знакомая хозяина. Зовут ее Арина.

– Любовница?

– Никакая не любовница, – решительно отмела это соображение девушка. – Говорю же: просто знакомая. И я вам так скажу, эта Арина не имеет никакого права вам указывать, что делать. И толкать тоже не имеет права. Я бы на вашем месте пожаловалась на ее поведение Марье Евгеньевне.

– Тебе так не нравится эта Арина?

– Пришлая она и подлая к тому же. Что она, что ее маменька, как приехали, целыми днями по дому шныр-шныр, а потом между собою шур-шур! И давай хозяевам на всех сплетничать и гадости обо всех говорить. Мастерицы обе козни другим строить и интриги плести. Слышали бы вы, какие у них планы насчет Марьи Евгеньевны, волосы бы дыбом встали!

– А что за планы-то?

– Ну, вы же сами видели, Марья Евгеньевна у нас глазами слаба. Почитай ничего и не видит. Обмануть ее – проще простого. Об этом Арина с матерью между собой и судачат целый день. К тому же Марья Евгеньевна одинока.

– Как же одинока? У нее сын имеется!

– Ну, сыну-то не до нее. Он своими делами занимается. Хорошо, если вечером на пять минут к матери забежит, спокойной ночи ей пожелать. А бывает, что и неделями к ней не заходит.

Видя осуждающие взгляды подруг, она поспешно прибавила:

– Нет, денег он для матери не жалеет. И нам велел ей очень хорошо прислуживать, каждое ее желание исполнять незамедлительно. Но мы бы и без его приказа хорошо о Марье Евгеньевне заботились. Она человек очень хороший и доверчивый, всем и всему верит. И многие нехорошие люди этим пользуются!

При этих словах девушки-подруги ощутили, что их щеки порозовели. Ведь и они явились в этот дом с целью обмануть старуху. Но оказалось, что девушка говорит о других.

– Арина эта с матерью мигом просекли, что старуха в компании нуждается. С нами – слугами ведь особенно не поговоришь. Ни образования, ни начитанности у нас нет. А тут сразу две городские приехали. Сначала мы думали, что их Антон Борисович пригласил, они с ним все время хороводились, а теперь видим, что хозяин с ними почти не общается, зато эти прилипалы к Марье Евгеньевне пристали. Целый день шушукаются, что она одинокая, что Арина ей по душе пришлась, что надо этой симпатией воспользоваться, старуха-то страсть какая богатая.

Что же, лично Алена ничего нового для себя в этом рассказе не услышала. Тетка Вера была в своем репертуаре, опять интриговала, опять строила планы, как и кого обмануть, обвести вокруг пальца, надуть и все такое прочее.

Она лишь сказала:

– Неприятные особы по вашему описанию выходят.

– И не говорите, – вздохнула девушка. – Всего третий день у нас, а надоели хуже горькой редьки. У нас их все тихо ненавидят. Говорят, в «Дубочках» маньяк объявился, так мы между собой думаем: хоть бы он к нам перебрался и их обеих бы прибрал.

– Грешно так говорить.

– Может, и так, но очень уж они нас достали. Все время хозяевам на нас ябедничают, кляузничают, а с нами себя ведут так, словно бы они обе в этом доме уже полновластные хозяйки.

– Наверное, все-таки ваш хозяин с этой Ариной амуры крутит?

– Да нет же! – с досадой произнесла девушка. – Нашему хозяину женщины вообще как-то без интереса раньше были. Только в последнее время у него кто-то появился.

– Кто же?

– Не говорит пока, – отозвалась девушка. – Марья Евгеньевна уж сколько раз у него спрашивала – молчит Антон Борисович на этот счет. У хозяина сейчас другое на уме – выборы. Только о них он и говорит что с матерью, что с другими.

– Очень хочет победить?