Пестрые человечки - Дарья Калинина

– Объяснишь ты в конце концов, что случилось? – спросила у него, присев за стол, запыхавшаяся Мариша, вернувшись из гостиной.

– Ты потеряла свой моральный облик, – произнес отец. – И, к сожалению, не только в моих глазах.

– Чего? – вытаращилась на него Мариша. – Что это вдруг тебя после четверти века, когда мы не виделись, стал волновать мой моральный облик?

– Ты моя дочь, – лаконично возразил Игорь Витальевич. – И мне небезразлична твоя судьба.

От такого лицемерия драгоценного папочки у Мариши даже в глазах потемнело. И она почувствовала, что сейчас либо задушит своего родителя собственными руками, либо выбросит его в окно, либо просто огреет по башке молотком.

– А почему вы считаете, что у Мариши не все в порядке с ее моральным обликом? – внезапно сквозь пелену гнева, застилавшую Марише глаза, раздался голос Ани.

Мариша с благодарностью взглянула на подругу, а потом перевела взгляд на Игоря Витальевича.

– Потому что я все видел своими глазами, – с грустью произнес тот. – А я ведь еще не хотел верить.

– Кому ты не хотел верить? – встрепенулась Мариша.

– Твоему дедушке, – ответил Игорь Витальевич.

– Да как мой дед мог про меня что-то тебе рассказать – хорошее или плохое, если мы с ним не виделись еще дольше, чем с тобой? – взорвалась Мариша. – Что за сумасшедший дом?

– В самом деле, Игорь, – подала голос и Тамара Ильинична. – Почему ты обвиняешь Маришу? И главное, в чем?

– Разве ты сама не слышала? – печальным голосом обратился к ней Игорь Витальевич. – Твоя дочь продает наркотики, она устроила в своей квартире притон для наркоманов, воров и проституток. И самое ужасное, что она и сама не брезгует продаваться за деньги.

После этих слов в кухне повисла тяжелая тишина.

– Ты – негодяй! – наконец звенящим от негодования голосом произнесла Тамара Ильинична. – Как ты смеешь говорить такое про Маришу?

– Тома, я сам не хотел верить! – воскликнул Игорь Витальевич. – Но у меня есть доказательства.

– Чушь! – безапелляционно заявила ему в ответ Тамара Ильинична.

– Сначала посмотри вот это, – сказал Игорь Витальевич, выкладывая на стол DVD-диск.

– Что там? – с внезапно проснувшимся интересом спросила у него Мариша.

– Мне дал его твой дедушка, – несколько невпопад ответил Игорь Витальевич. – Тамара, я думаю, что тебе и в самом деле стоит это посмотреть, чтобы избавиться от иллюзий относительно поведения твоей дочери.

Ошарашенная Тамара Ильинична даже не стала ему напоминать, что Мариша и его дочь тоже.

– Проигрыватель есть в гостиной, – сказала Мариша. – Но там спит Юлька.

– Мы ей не помешаем, – махнула рукой Инна. – Она в совершенном отрубе.

– Даже странно, – добавила Аня. – С чего это она вдруг отключилась? Пара бокалов, выпитых ею, не могла бы ее свалить. Так что это с ней?

Но вопрос повис в воздухе. Вся компания отправилась в гостиную, и Мариша предложила диск проигрывателю, который тот услужливо заглотил. Все замолчали и уставились на экран. Сначала там просто появилось изображение пустой Маришиной спальни. И в этом не было бы ничего необычного, если не считать того, что Мариша никак не могла вспомнить, чтобы она снимала свою спальню на цифровую или какую-либо другую видеокамеру.

– Ну и что? – произнесла Тамара Ильинична. – Конечно, спальня обставлена немного вызывающе, но это еще не преступление! Или ты, Игорь, под старость стал ханжой?

– Смотрим дальше, – мрачно буркнул Игорь Витальевич.

Все снова уставились на экран телевизора. И вскоре Мариша почувствовала, что ее нижняя челюсть отвисает буквально до земли. На экране в спальню вошла она собственной персоной и начала переодеваться в кожаное белье с шипами, которое подарила ей добрейшая тетка Лиса. В этом не было ничего особенного, но затем… Затем в спальне появился мужчина, который приблизился к Марише. Так как он и сам был раздет, то его намерения не вызывали никаких сомнений. И мужчина этот был совсем не Смайл. В этом Мариша была уверена на все сто процентов. Это был не Смайл, а стриптизер из ночного клуба, где они были с теткой Лисой. Мариша даже помнила его имя – Симон.

– Ой! – пискнула Аня. – Мариша, это ты что делаешь с этим парнем?

– Сама не видишь? – хмуро пробормотала Мариша, наблюдая за тем, как она кувыркается с парнем на своей огромной постели, с употреблением всех тех сексуальных игрушек, которые подарила ей тетка Лиса, а со стены за их акробатическими трюками одобрительно наблюдают японские гейши.

Но самое ужасное ее поджидало под конец. Парень удовлетворенно застонал, слез с кровати, оделся и кинул Марише на кровать купюру в сто долларов.

– Мне понравилось, завтра повторим в это же время, детка, – сказал он и вышел.

Как только он вышел, Мариша на пленке кинулась к телефону и набрала чей-то номер.

– Крыса, у тебя поправиться есть чем? – донесся до зрителей ее голос. – Да, деньги есть. Сколько возьму? Грамм, я думаю. Кокса нет? И не будет? Ну, тогда герыча.

После этого Мариша повесила трубку и начала куда-то собираться.

– Боже мой! – тихо охнула Тамара Ильинична, когда экран загорелся ровным синим фоном. – Мариша! Ты покупаешь наркотики?

– Надеюсь, ты не станешь отрицать, что этот мужчина, которого мы только что видели на записи, тебе знаком? – ядовито спросил у дочери Игорь Витальевич.

– Не буду, – сказала Мариша. – Напротив, я его знаю. И скажу более того, он был у меня дома.

– Мариша! – снова воскликнула Тамара Ильинична погромче и схватилась за сердце.

– Мама! – с досадой произнесла Мариша. – Этот парень стриптизер из ночного клуба. И я понятия не имею, как он оказался у меня в спальне. Он был совершенно пьян и даже заблевал мне весь туалет. Мы с теткой Лисой оставили его ночевать в гостиной, а сами пошли по своим комнатам.

– Этого парня притащила к тебе тетка Лиса? – странным голосом спросила у Мариши Инна.

– Мы вместе его притащили, – вздохнула Мариша. – Но вообще-то я согласилась пригласить его к себе в дом только ради тетки Лисы. Она что-то совсем расквасилась и ныла, что ей срочно нужен мужчина, что у нее развод и что она совсем никому не нужна. В общем, мне стало ее жалко, и я позволила ей пригласить парня к себе. Но по дороге он так нажрался, что вряд ли был пригоден к чему либо.

– А вот на пленке… – начал Игорь Витальевич, но его перебила Аня.

– Нечего тут всякие гадости про нашу подругу распускать! – заявила она ему. – И дураку ясно, что это элементарный монтаж. Подстава!

– А эти фотографии тоже подстава? – разозлился Игорь Витальевич и кинул на стол несколько фотографий.