Измена в имени твоем - Чингиз Абдуллаев

На этот раз с Гайслером работали не только психологи, но ивизажисты, дизайнеры, искусствоведы. Его учили всему, что могла знать АнгеликаБастиан. А эта молодая женщина, несмотря на свою взболмошеность, была одаренаот рождения и получила блестящее образование в Англии и в США. Сам Гайслер вдетстве рос без родителей, они погибли в автокатастрофе, и он воспитывался усвоего дяди.

Гайслеру давали даже уроки эротики. Ангелика была достаточноопытной женщиной. И если бы она почувствовала, что он чуть колеблется либопроявляет нерешительность именно в этом вопросе, все остальные уроки ни к чемубы не привели. Людям Вольфа удалось заснять на пленку одну из оргий с участиемАнгелики, и тридцатилетний Гайслер, далеко не мальчик и не ханжа, с ужасом,смешанным с любопытством, узнал многое, о чем он до сих пор не имел никакогопонятия.

По личному указанию «папаши Циннера» вместе с Гайслером этотвопрос отрабатывали еще несколько внештатных сотрудниц разведки, призванныхпомочь агенту чувствовать себя непринужденно в любой обстановке. И нужноотметить, что какраз здесь прогресс Хайнца Гайслера был весьма впечатляющим.

Он был подготовлен и отправлен во Францию, в Монте-Карло,где тогда отдыхала Ангелика. К тому времени статьи о сексуальности ХайнцаГайслера уже перепечатали все газеты Германии и Франции. На рекламу своегоагента Вольф и Циннер не жалели денег. Раскручивая агента, они преследовалиодну цель — заинтересовать выбранный объект вербовки таким мужчиной.

Были подготовлены и несколько женщин, которые должны былисвоим личным примером увлекать Ангелику, показывая, каким трудным должно бытьзавоевание такого приза, как Гайслер. Ведь для многих женщин совсем не такважно, что они сами думают о мужчинах. Им куда важнее, что думают об ихизбранниках их подруги. С этой точки зрения, агентура Циннера работала особенноэффективно.

О первой встрече Ангелики Бастиан и Хайнца Гайслера вМонте-Карло до сих пор ходят легенды. Это был взрыв страстей, вулкан чувств,бешеная страсть обоих, когда огромные апартаменты Ангелики оказывались для нихнедостаточно велики и они вываливались в большой бассейн, не отрываясь друг отдруга. Старожилы Монте-Карло с восторгом рассказывали, что подобного здесь небыло никогда. Даже оргии сына князя Ренье не вызывали такого оживленногоинтереса, как встречи Ангелики и Хайнца.

А потом были встречи в Мюнхене. И нежные письма друг другу.И невероятные скандалы, о которых также узнавала страна. Хайнц знал свое дело.Он работал виртуозно, именно так, как ему советовали психологи и сексопатологи,доводя женщину до бешенства и вызывая у нее пароксизмы ярости, смешанные сострым желанием постоянно иметь рядом с собой этого безумца. Наконец в мартевосемьдесят шестого они поженились. К этому времени Ангелика была одной из ведущихсотрудниц БНД.

Хайнцу Гайслеру пришлось выучиться пить шампанское избутылок, скакать на лошадях, не спать сутками напролет и, конечно, вестибезумную эротическую жизнь, в которой главным был лозунг Ангелики: «вседозволено». Они вместе пробовали наркотики и на глазах друг у друга менялипартнеров. Они проделывали невероятные эротические шоу и продолжали любить другдруга, причем Гайслер с удивлением начинал чувствовать, что ему нравитьсяподобная безумная жизнь.

А вербовка состоялась почти сразу после свадьбы. Гайслер«честно» признался, что работает на англичан. Это привело Ангелику в дикийвосторг. Она всегда хотела попробовать новых ощущений, а работа на чужуюразведку давала такую редкую возможность. И Ангелика с радостью стала работатьна две разведки, свою и английскую. Правда, она и не подозревала, что англичанене читают ее хладнокровных донесений, которые она писала к тому же на хорошеманглийском языке. Их читали совсем другие люди, сидевшие совсем в другом месте.И, самое главное, что они всегда попадали затем к Вольфу и Циннеру.

После крушения Берлинской стены, когда исчез связной,Гайслер несколько раз пытался наладить связь с отделом Циннера, но неизменнотерпел неудачу, так и не сумев выйти на своих бывших коллег. В отличие отдругих агентов, Гайслер был еще и интеллектуалом, во многом доведенным доподобной кондиции из-за предполагаемой женитьбы на Ангелике Бастиан. Именно поэтому он относился спокойно к потере связного, понимая, что рано или поздностарые связи будут восстановлены. И в ожидании этих связей он по-прежнемусобирал материал, понимая, что разведчики и шпионы будут нужны всегда, аглубоко внедренный разведчик может считаться прекрасным вложением в самыйнадежный банк, который рано или поздно принесет свои дивиденды.

Именно поэтому, когда ему позвонили из отеля «Германия» исухой мужской голос предложил встретиться, передав привет от «папаши Шварца»,он с радостью пошел на эту встречу. Ему казалось, что все его страхи и тревогинаконец стались позади, что снова начнется прежняя беззаботная жизнь, легкая ивеселая одновременно, в которой работа на разведку была почти игрой, а всеостальные удовольствия реальными и зримыми.

Он даже не подозревал, что психологи Циннера давнорекомендовали отказаться от услуг агента Ворона. Они справедливо рассчитывалисвоеобразный график его падения. Изнурительные ночные бдения, эротические оргиии с привлечением многочисленных партнеров как мужского, так и женского пола и,наконец, увлечение наркотиками — единственно возможным допингом для поддержанияподобного образа жизни — пагубно сказывались на интеллекте и здоровье ХайнцаГайслера.

Словно шагреневая кожа, сжималось здоровье Гайслера,подрываемое «винными соревнованиями», групповыми сексуальными оргиями инаркотиками, без которых он уже не предстовлял своего существования. Психологиговорили об этой опасности еще в восемьдесят восьмом году. Казалось, можновсегда вытащить человека из грозящей ему беды, в случае необходимости протянутьруку помощи. Но это только казалось.

А потом не стало самой разведки и пропали все психологи. Иуже некому было протянуть руку помощи Хайнцу Гайслеру, человеку, ставшемулегендой Европы и суперагентом «папаши Циннера», заплатившему за это самуюстрашную цену, какую только мог заплатить человек, — собственную жизнь.

Отправляясь на свидание, Хайнц Гайслер еще не знал, что уженеизлечимо болен. Беспорядочные половые связи, неразборчивость в партнерах,вечные измены, откровенное попрание норм божеских и человеческих в постелидолжны были рано или поздно сказаться. Они и сказались. В крови Хайнца Гайслерауже обосновался синдром приобретенного иммунодефицита. В народе его называлипросто — страшным словом из четырех букв — СПИД.