Убить Райли - Катарина Блэк

Патологоанатом с минуту смотрел мне в глаза, что-то там выискивая, а потом сосредоточился на фотографиях.

Тимати притих, и наблюдал за всем немного с края от стола. Когда спустя долгих пол часа, коронер оторвался от просмотра и сравнивание ран, и повернулся ко мне:

— И что думаешь? — с нетерпением поинтересовалась я. Мне так хотелось услышать что я на правильном пути и нашла нужные зацепки для поимки преступника. Или, хотя бы ...

— Сто процентное сходство, — констатировал эксперт.

— Что? Как? — подал голос напарник.

— На нынешних жертвах ранения, увечья, шрамы... всё идентично твоим снимкам. Есть немногие расхождения в местах их получения, и может, глубина проникновения, так как я не знаком с твоими травмами и могу судить только визуально. Но скажут с уверенностью, что если бы не живая ты, счёл бы и эти фото за посмертные.

— Отлично! А что насчёт клейма?

— Задам встречный вопрос: а можно ли взглянуть на твоё? — в голосе чувствовалась заинтересованность.

— Конечно. — Отодвинув край кофты и лямку бюстгальтера, я открыла доку то жуткое напоминание о встрече с Аараном.

Марк выудил из кармана странного вида очки и надев их, приблизил взор к отметине.

— Определенно места на ключицах одинаковые, только работа преступника намного кропотливее и изящнее чем твоя. Чем, кстати, если не секрет, тебя пырнули?

— Пырнули — верно подмечено. Шариковая ручка и неумелые руки врача, который вот так вот меня подлатал.

— Вырвать бы ему руки, — продолжая разглядывать мою рану, проговорил док.

— И не говори, — выдохнула я. — Но может мне повезёт и я выиграю в лотерею, и «Чистая линия» всё исправит.

— А что такое эта линия? — подходя ко мне и вставшая рядом с коронером, спросил Тим.

— Потом объясню. Есть что добавить, Марк?

— На ключицах жертв оставлены ровные порезы в виде маленькой короны, и каждая имеет в середине букву. Твоя же... кхм, «розочка» просто ужасное недоразумение.

— А что скажешь про эти раны? — указываю на нижний ряд фотографий что принёс напарник. — Они могут быть «пробой пера» преступника?

— Без сомнений, — возвращаясь к фотографиям, начал док. — Если судить по углу проникновения, местам нанесения ран, то можно предположить, что это тренировка. Не знающий может просто пройти мимо, списав убийства на случайности. Что натолкнуло тебя на это?

— Все субъекты с чего-то да начинают. Это логично, — тоже всматриваюсь в фотографии на столе. — Имея сейчас, хоть и скудный профиль убийцы, все жертвы имеют общие характеристики. И даже если учесть, что всё происходило в разное время, жертв объединяет одно — я. Это месть мне, как я думаю, или же обида. Да бог весть какая причина может зажечь огонь в голове субъекта.

— С чего это вдруг? — подал голос напарник.

— Ты взгляни на общие черты, возраст и ранения.

— Ну-у, — начал Тим, — если возраст, рост, вес можно считать главной особенность или отличительной чертой, то как сюда вписываются все те порезы и клеймо.

— Все очень просто, Тим, — подзываю парня ближе к столу. — Если ты всмотришься во все снимки жертв и посчитаешь их ранения, то сможешь найти различия. А точнее, разное количество ран.

— Верно, — вмешался Марк. — У первых жертв их не так много и отсутствует метка на ключице. В недавних случаях, увечий намного больше и есть ещё и буквы в «короне».

— Так, а почему это всё связанно с тобой? — недоумевал напарник.

— Мои раны, порезы, шрапнель... всё это добавлялось постепенно. Если на старых делах порезов меньше, то субъект имел данные о первоначальных ранах. Сейчас же, спустя столько лет, их намного больше, следовательно и на недавних жертвах приблизительно столько ран сколько я имею сейчас. Да и «розочку» я получила относительно недавно.

— А откуда у преступника твои данные? — в один голос спросили Марк и Тимати.

— А вот это нам и предстоит выяснить, ведь данные засекречены.