Тени убийства - Энн Грэнджер

Когда Маркби в воскресенье вечером вернулся с футбольного матча, после которого побывал у сестры, он обнаружил Мередит на кухне с бокалом вина. Выражение лица необычно замкнутое и сердитое, губы плотно сжаты, в глазах плохо скрытая тревога. Он первым делом подумал, что это из-за него, и взглянул на часы. Слишком задержался? Обещал с ней куда-то вечером пойти? Боже, откуда такие мысли? Вот так было с Рейчел — каждый вечер приходил домой, где его ждала буря.

Поэтому с опаской спросил:

— Что с тобой?

— Ничего, — машинально сказала она.

— Почему женщины всегда говорят откровенную неправду? Сидишь с бутылкой, тоску заливаешь…

— Один стаканчик! — возмущенно возразила она. — Всего один, чтобы лучше думалось. — Откинула темную челку и с явным усилием постаралась вернуться к нормальному тону: — Хорошо играли?

— Средне. Пол был очень доволен. Его команда победила. Не возражаешь, если я составлю компанию? — Он взял себе бокал, налил вина, взмахнул им: — Твое здоровье! Рассказывай.

— Не буду, — пробормотала она, отводя глаза.

— Исповедь полезна для души. Неужели так плохо?

— Ты не поверишь. Сегодня днем я выставилась полной идиоткой.

— Ходила по магазинам, купила неподходящее платье? — Алан ждал, что Мередит обидится, но раз уж на прямые вопросы не отвечает, то надо ее завести.

Как и ожидалось, она мигом выскочила из непроницаемого кокона:

— Я тебя умоляю! Со мной это часто бывает, но я не сокрушаюсь целыми днями. Сую подальше в гардероб к другим неудачным покупкам. Дело серьезное. Я дурака сваляла. Получила по полной программе и по заслугам. Какая глупость! Нельзя было поддаваться на уговоры Джулиет…

— Правильно. — Алан поставил бокал. — На что тебя уговорила Джулиет?

Бледные щеки зарделись.

— Потребовала пригласить на чай Яна Оукли и образумить. Как будто я на это способна! — сокрушенно воскликнула Мередит. — Я тебе не сказала, потому что сама опасалась подобной затеи, ты назвал бы меня сумасшедшей… и был бы совершенно прав! Хотя в «Перьях» сам говорил, что Ян, может быть, не понимает положения дел, и я думала просто ему объяснить…

— Ну и что? — терпеливо допытывался Алан.

Она насупилась:

— Все пошло не по плану. Я спросила насчет претензий на Форуэйз, он нагло отрицал, даже глазом не моргнув. На усадьбу не претендует. Я спросила, потребует ли долю с вырученной от продажи суммы, он опять сказал «нет». Было бы мило, если бы кузины расщедрились, но он хорошо понимает их положение.

— Похоже, — заключил Алан, — уже во всем разобрался, принял разумное решение, и твоего вмешательства не потребовалось.

— Он хитрый, а не разумный! Догадался, к чему я клоню, и разом исключил все вопросы с моей стороны. Не стоит винить Джулиет, — мрачно добавила она. — Я сразу поняла, что мысль неудачная. Надо было набраться храбрости, руководствуясь своим суждением, и напрочь отказаться. — Мередит погрузилась в молчание.

Алан внимательно ее разглядывал. Она редко кипит таким гневом. И спросил, как можно осторожнее, доливая ее бокал:

— Что еще?

— Ничего… — встрепенулась она, расплескав вино. — Что еще могло случиться? Просто я себя чувствую полной дурой. Мне это не нравится. Кому понравится?

— Действительно, — согласился Алан. — Я просто думаю, не поднял ли Оукли какую-то другую тему.

— Нет… Не поднял… потому что я его выгнала! — с явным удовлетворением выпалила Мередит.

— Не слишком ли крутая мера? Если он все объяснил и со всем согласился, как ты говоришь?

Она снова вспыхнула:

— То есть… я с ним распрощалась. Он пробыл недолго. Поняла, что он слишком хитер, разговаривать с ним невозможно, поэтому поспешила от него отделаться.

Совсем врать не умеет, мысленно заключил суперинтендент. Легко догадаться о произошедшем. Оукли решил за ней приударить. Если она не хочет об этом рассказывать, то не расскажет. Огорчает не отказ поделиться, а последовательность событий, приведших к сложившейся ситуации: просьба Джулиет, согласие Мередит, наконец, поведение Оукли. При следующей встрече надо будет сказать ему пару ласковых слов. А пока…

— Ради бога, — сказал он, — держись подальше от Джулиет Пейнтер. Она помешалась на Яне Оукли.

Мередит переключилась с одной неприятной мысли на другую:

— Я ей перезвонила… Пришлось. Она ждала отчета. Пересказала его слова. Она думает…

— Продолжай, — вздохнул Алан. — Что теперь думает Джулиет?

— Думает, что у Яна в запасе другой тайный план. Поэтому он теперь прямо не претендует на Форуэйз и на долю денег от продажи. Понял, что это невыгодно. Она абсолютно не верит, что он отступился.

— В свое время выяснится, что он замышляет, — сказал Алан. — Давай теперь куда-нибудь сходим, приятно проведем оставшийся вечер. Позабудь Яна Оукли. Нечего из-за него волноваться.