Ва-банк! - Джеймс Суэйн

– Манн у аппарата.

Голос Уайли, казалось, заполнил весь крохотный кабинетик.

– Ну и что ты думаешь? Эта старая чертовка мухлевала?

– У тебя галлюцинации. Она абсолютно чиста.

– Чиста, как же! – завопил Уайли. – Да она ободрала нас на десять тысяч!

– Хочешь, проверим? У меня тут как раз Валентайн стоит.

– Конечно! Пусть и он посмотрит.

– Шестой экран, – сказал Валентайну Сэмми.

На шестой экран выводилось изображение с камеры, надзиравшей над столом для игры в крэпс. Определить, о ком именно шла речь, оказалось проще простого: количество фишек, лежавших рядом с подозреваемой дамой, намного превышало таковое у ее соседей по столу. Кто-то из экспертов переключил кнопки на консоли управления, и камера взяла женщину крупным планом. Ей было около восьмидесяти, дрожащие руки обезображены артритом. Ну уж нет, она никак не могла припрятать в ладони фишку и прибавить ее к своей ставке после того, как кости были брошены. О чем только Уайли думает?

– Чиста, как свежий снег, – объявил Валентайн, вернувшись в закуток Сэмми.

– Черта с два! – упрямился Уайли.

– Слушай, у Тони есть для нас кое-какая информация, – сказал Сэмми. – Поднимешься к нам?

– Чуть позже.

– Это срочно. И оставь старую кошелку в покое. Она не жульничает.

– И все равно я ее погоню.

– Ты идиот!

– Пусть так.

– Плохая ночь? – осведомился Валентайн у Уайли, когда тот спустя десять минут заявился в каморку с сигаретой в одной руке и стаканом «Джонни Уокера» в другой. Галстук болтался на нем, словно петля висельника.

– Омерзительная, – признался питбосс. Отхлебнув виски, он оглядел Сэмми, который, морщась, поглаживал живот.

– Ты в порядке?

– Бывало и лучше, если честно.

– Снова желудок?

– Желудок, голова, спина, – пожаловался Сэмми. – Не одно, так другое.

– У тебя наверняка рак, – загоготал Уайли.

Сэмми сжал кулаки.

– Предполагается, это шутка такая? Слушай, у тебя мозги явно не на месте.

– Это моя малышка так шутит, – извиняющимся тоном произнес Уайли.

– Твоя малышка тебе такое говорит, и ты ее за это еще ни разу не выдрал?

– Выпороть мою кроху? Ты спятил! Да меня за это в тюрягу упекут!

– Ну, здесь, в казино, ты кулаки не прячешь.

– Это совсем другое дело, – сказал Уайли.

– И какая из твоих крох такая юмористка?

– Младшенькая, Мишель.

– Ей уже двенадцать, не так ли?

– Одиннадцать.

– Да, не везет тебе.

Валентайн терпеливо ждал окончания этого диалога. До прихода питбосса Сэмми вкратце проинформировал его о тяжкой семейной жизни Уайли. Дети достались ему от первого брака жены и были воспитаны просто чудовищно. Уайли работал по две смены, поэтому проводил с ними всего по два уикэнда в месяц, что делало его существование хоть сколько-нибудь терпимым.

– У Тони есть новости, и плохие, – объявил Сэмми.

Уайли вытаращился на Валентайна:

– Вы вычислили Фонтэйна?

– Вычислил, – ответил за него Сэмми.

– И кто это? – Уайли не сводил с Валентайна глаз.

– Это Сонни Фонтана, – сказал Валентайн.

Уайли с размаху хлопнул стаканом по столу. Невероятно, но ни одной капли не выплеснулось.

– Что?! Да это полный бред! Сонни Фонтана мертв. Это знают все, даже его братец. И мы платим вам по тысяче в день, чтобы вы назвали нам имя мертвеца? Это несерьезно!

Сэмми протянул Уайли распечатку файла ФМВ и сказал:

– Забудь о том, что тебе известно. Тони провел сравнительный анализ.

Уайли читал распечатку и бледнел просто на глазах. Оторвавшись наконец от бумаги, он сказал:

– Но я слышал, что тот парень на озере Тахо так стукнул Фонтану дверью по черепу, что у него мозги из ушей полезли. Тот, кто мне об этом рассказывал, божился, что так оно и есть.

– Мне тоже об этом говорили, – сказал Сэмми.

И Валентайн слышал именно эту историю – его источником был не кто иной, как Билл Хиггинс. Именно поэтому он и сбросил досье Сонни в ФМВ.

– Значит, то был не он, – решил Уайли.

– Не хочу даже рассуждать на эту тему, – раздраженным тоном произнес Сэмми. – Знаю одно: когда я услышал смех этого Фонтэйна, то сразу понял, что когда-то с ним сталкивался. И это досье подтверждает мои подозрения. Нас обокрал лучший шулер на свете. И теперь мы должны сделать все, чтобы такое не повторялось.

– Господи Иисусе! – пробормотал Уайли, отпил из своего стакана и протянул его Сэмми.

– Ваше здоровье! – произнес начальник службы охраны и наблюдения и залпом проглотил остаток.

– А ты сам с Фонтаной дело имел? – спросил Уайли.

– Давным-давно, – сказал Сэмми, вытирая рукавом рот. – Если ты что подумал, то могу сказать: теперь Фонтана ко мне никаких симпатий не испытывает.

Уайли растерянно повернулся к Валентайну:

– Но почему мы?

Это был хороший вопрос. Зачем Фонтане выдавать свое новое лицо – явно из-под ножа высококлассного пластического хирурга – в таком низкопробном заведении, как «Акрополь»? Фонтана не мог не понимать, что пятьдесят тысяч для «Акрополя» большая потеря и казино сядет ему на хвост.

– Не знаю, – откровенно признался Валентайн.

– Вам приходилось его арестовывать? – спросил Уайли.

– Нет.

– У Тони свои счеты с Фонтаной, – сказал Сэмми.

– Правда? – уточнил Уайли.

Валентайн только кивнул в ответ.

– Ну что ж, – сказал питбосс. – Может, сейчас у вас появится шанс с ним поквитаться.

– И кто сообщит Нику? – спустя некоторое время спросил Уайли.

– Ты и сообщишь, – сказал Сэмми.

– Я? Наверное, это следует сделать Тони. Он же его вычислил.

Сэмми в задумчивости взглянул на Валентайна:

– Вы сможете?

При обычных обстоятельствах Валентайн ни за что бы не согласился – он не любил выступать в роли гонца, доставляющего дурные вести. Но Сэмми выглядел по-настоящему больным, а Уайли явно надрался.

– Ладно, – согласился он.

– Ну а теперь решим, кто отвезет вас к нему, – сказал Сэмми, выудил из кармана полудолларовую памятную монету с профилем Кеннеди и подбросил ее в воздух. Монета лениво вращалась над их головами. Схватив ее, Сэмми спросил Уайли: