Вор должен сидеть - Андрей Кивинов

– Да зачем тебе сейчас звонить? Еле ходишь, – беззлобно заворчала мать, – лучше еще кашки скушай…

Денис набрал номер Угарова.

– Слушаю.

– Привет, – не столько сказал, сколько прошептал Денис, – это я… Как прошло?

– Ты где сейчас? – Андрей, похоже, был раздражен.

– Дома… Приболел…

– Нормально прошло… Почти. Ты извини, я сейчас говорить не могу. Перезвоню. О'кей?

– Хорошо… Буду ждать.

Денис включил телевизор, через минуту начнутся новости на местном канале. Вряд ли, конечно, что сообщат, но вдруг?

Не сообщили. Весь блок посвятили визиту какого-то африканского королька и его экскурсионной программе. Затем обрадовали прогнозом погоды, не предвещавшим ничего, кроме мокрого снега и гололеда, и напоследок пожелали удачного дня. Радио, обычно более оперативно реагирующее на события, тоже по поводу покушения на Касатонова ничего в эфир не поведало.

Оставалось только ждать. В полдень раздался звонок мобильника, предусмотрительно переключенного с вибрации на мелодию гимна России.

– Алло… Дениска? Это Генка…

Денис, несмотря на слабость, мгновенно соскочил с кровати.

– Гена?… Ты где?

– Тут, на новой хате… С Ольгой. Звоню, как договаривались. Ну что, взяли?

– Ген, я не знаю… С простудой свалился. Жду звонка от мужиков. Ты сам расскажи, как прошло.

– По-моему, конкретно прокатило. Я все, как велено, сделал. Мужик из квартиры в четверть девятого выполз. С двумя цириками.[14]Я отсигналил и сразу валить. На проспекте тачку поймал и сюда. Чуть оклемался, коньячку дернул для успокоения и тебе позвонил.

– А взрыв то был?

– Нет… Я б услышал. Боюсь, ваших срисовать могли… Фрол братан осторожный, рисковать не будет.

– Погоди, бомбу закладывали?

– Конечно. Я ж на шухере стоял.

– Это ничего не значит. Ты ж в подъезде не был. Могли проверяться.

– Мне-то чего делать?

– Сиди дома и никуда не высовывайся. Трубку не снимай. Я позвоню условным сигналом. Два звонка, после отбой, затем звонок.

– Понял… Поправляйся.

– Спасибо, – Денис нажал кнопочку.

Да, проверяться могли… Запросто. Деньги за Касатонова, скорей всего, заплачены немалые, отрабатывать надо на совесть. Совесть… Интересная игра слов. Угаров, правда, сказал, что все нормально. Почти. А что значит, почти?…

Андрей вышел на связь только под вечер. Сказал, что завтра утром заскочит и все расскажет. Поинтересовался, не отзванивался ли Генка? Попросил еще раз связаться с ним и уточнить, узнал ли он человека, ставившего бомбу? «Да, заряд был… Пластит. Если б рвануло, дом сложился бы, как карточный. Да, киллера взяли, сейчас с ним работаем. Остальное не по телефону. Позвони Генке, это важно, и дай мне знать».

Андрей выполнил просьбу Угарова. Генка не узнал человека. Он и видел то его мельком, когда тот подходил к подъезду и когда возвращался обратно.

Никакой информации в вечерних новостях не проскочило. Денис, лежа на диване, щелкал пультом по всем каналам, но о предотвращенном взрыве никто не упомянул. Странно, случай довольно нестандартный. Особенно в период всеобщей борьбы с терроризмом.

Самочувствие несколько улучшилось, хотя температура и держалась на черточке «тридцать семь», кашель по-прежнему разрывал грудную клетку, а голова гудела от обилия выпитых пилюль. Но сил прибавляло осознание того, что у мужиков все вроде бы вышло. Ну, по крайней мере, не провалилось.

Около десяти позвонил обеспокоенный Котов. Узнав о болезни, пожелал выздоровления и поплакался на какие-то неприятности, связанные с одним из его магазинов. Скорей бы вы, Денис Сергеевич поправились… К нашему общему благу…

На ночь с Денисом, несмотря на протесты, остался отец, мама уехала отсыпаться. Юлька из Египта не звонила.

Спал Денис снова плохо, практически, совсем не спал. Несколько раз за ночь вставал с кровати, подходил к окну и подолгу смотрел во двор.

Андрей появился в одиннадцать утра. Сказал, что дома со вчерашнего дня еще не был и сейчас прикатил прямо из офиса. Офисом он называл свой отдел. Денис сварил кофе и принес чашки в гостиную.

– Ты не обращай внимания, – предупредил он Угарова, – я от таблеток малость тормознутый, так что если чего не пойму, переспрошу.

– Я сам тормознутый… Вторые сутки на ногах.

– Может, коньячку для бодрости?

– Давай. Грамм сто, не больше.

Денис достал из бара плоскую бутылку, стопку и поставил перед Андреем.

– В общем, так, – тот пригубил коньяка, – Фролова мы вчера хапнули.

– Ух, ты! – искренне поразился Денис, – неужели сам рвать хотел?

– Похоже… Минера, правда, засечь не смогли. Обидно. Он в подъезде сразу в подвал нырнул и бомбу снизу под решетку прицепил. Рожа в объектив не попала, так что его не опознать. Я рассчитывал, что Генка, может, узнает… Наш взрывник спустился осторожненько, игрушку осмотрел. Хитрая машинка. Я в технике не силен, понял с его слов одно – на месте не обезвредить. Умелец мастрячил. Можно только вывезти на полигон и рвануть.

Андрей допил коньяк и взял чашку с кофе.

– У тебя не курят?

– Кури, – Денис достал из бара пепельницу.

– То есть, усекаешь? – продолжил Угаров, затянувшись сигаретой, – кнопочку нажать, и все – нет дома. Если проколемся, боюсь даже представить, что будет… В общем, думали сначала все отменять. Эвакуировать жильцов и бомбу вывозить от греха подальше. Сам понимаешь, это не учебная тревога…

– Еще бы не понять. Где вы, кстати, сидели?

– В двух кварталах оттуда, в бытовке. Договорились с работягами. Но двор Касатоновский наши плотно держали. Каждый метр. Кто из тачек, кто с чердаков. Мышь не проскользнет. Короче, решили все отменять, но потом прикинули – пока Касатонов не выйдет, кнопку они не нажмут. А если шум поднимем, они его не сейчас, так через неделю хлопнут. – Это точно, – согласно кивнул Денис.

– Стало быть, надо рисковать. Достаточно взять человека с брелком на Кармане, а там докажем… Тут наблюдатели звонят. Так и так, «девятку» с псковскими номерами засекли. Сделала круг по двору, выехала назад и на соседней улице припарковалась. Стекла тонированные, кто за рулем, не видно. Мы Вовку Чеснокова заслали на разведку, видуха у него подходящая, как говорится, оскорбляющая человеческое достоинство. Он пьяным прикинулся, за зеркало зацепился у «девятки». Фролов и выскочил. Вовке ладонью в ухо влепил, тот чуть не оглох. Но заметить успел, что в машине больше никого…

– Контрольный объезд?

– Возможно. Он сразу укатил, вернулся на то же место в половину восьмого… Во дворе все тихо было. Дворники свои, местные, грязь убирали, машин новых не появилось. Собачники тоже местные. Двор там небольшой, ты видел. В семь Генка вернулся, в подъезд зашел. Фролов из машины выполз ровно без двадцати восемь. В желтой спецовке и с чемоданчиком. Типа, сантехник. Наши за ним. Он во двор Касатоновский. К трубе водопроводной пристроился и давай в кране ковыряться. Там кран есть на стене. Метрах в двадцати от подъезда, на углу. Мы прикинули, вряд ли просто наблюдать будет. Для этого не стоило так наряжаться… Как пить дать, у него брелок.