Масло - Юзуки Асако

улики. Даже если вы и прокручивали в голове сценарии убийств, я совершенно не представляю, зачем вам убивать кого-то из мужчин. Очевидно ведь, что в таком случае вы окажетесь главной подозреваемой. Первый погибший, Мотомацу, подозревал вас в неверности, и из-за переживаний бессонница, которой он и так был подвержен, усилилась. Нет ничего удивительного в том, что он по невнимательности выпил слишком много сильнодействующего снотворного, на которое у него даже рецепта не было. Следом Ниими… У него изначально были проблемы с давлением, но, желая покрасоваться, он регулярно ходил с вами в рестораны, так что уровень холестерина в его крови продолжал повышаться. Врачи подтвердили, что Ниими уже пережил несколько сердечных приступов до последнего, фатального. Смерть в ванной была просто несчастным случаем. Ямамура, скорее всего, покончил с собой. Место, где он упал на платформу, оказалось в слепой зоне, никого подозрительного на записях видеонаблюдения обнаружить не удалось. Работа в аналитическом центре тяжелая и всегда стрессовая. А после того, как он начал встречаться с вами, ему понадобились деньги, и он начал работать еще усерднее, чем довел себя до полного упадка сил. Судя по показаниям семьи, вы были его первой настоящей любовью. Пусть перед смертью он и насытился вашим мясным рагу… Точнее, бёф бургиньоном… но если сразу после этого несчастный Ямамура узнал о разрыве помолвки и существовании в вашей жизни других мужчин, немудрено было броситься под поезд. Или у него просто пошла голова кругом от потрясения, и он просто упал. Если вы в чем-то и виноваты, Кадзии, то лишь в вымогательстве денег, пустых обещаниях брака и в том, что игнорировали ухудшение физического и морального состояния своих кавалеров. Знаете, я сама, после того, как по вашему совету заменила маргарин на сливочное масло в рационе и походила по рекомендованным вами ресторанам, набрала шесть килограммов, и мне пришлось обращаться к врачу из-за расстройства пищеварения. Едва ли я теперь смогу вернуться к прежнему образу жизни: мои взгляды на питание слишком изменились, да и кое-какие ценности я пересмотрела. Так что в какой-то степени можно сказать, что вы убили прежнюю меня.

Лицо Манако не дрогнуло. Какое-то время она молчала. Рика терпеливо ждала. Наконец Манако нехотя открыла рот, явно досадуя на то, что вынуждена заговорить первой.

— Я уже не раз повторяла, что не намереваюсь рассказывать о себе вам на потеху. К тому же меня поддерживают множество людей и помимо вас.

— Вот как. Вы уверены? Если так и дальше пойдет, вам грозит всю оставшуюся жизнь провести тут, в тюрьме. Но общественное мнение может сильно влиять на ход судебного процесса и конечный вердикт суда. Подумайте об этом. — Голос звучал спокойно и ровно, и, благодаря лекарствам, никаких неприятных ощущений в животе.

Произошедшие в Рике перемены, кажется, не остались без внимания — в похожих на спелый виноград глазах Манако что-то блеснуло.

— К тому же через меня вы можете получить связь со внешним миром, — продолжила Рика. — Я уже поняла, что наладить с вами дружеские, доверительные отношения не выйдет. Но давайте проведем эксперимент. Пользуйтесь мной. Я буду гулять, есть, получать впечатления вместо вас. То есть буду взаимодействовать с миром как вы — вместо вас. А потом буду рассказывать вам о своих впечатлениях… впечатлениях, которые без вас были бы невозможны.

Рика представила Манако, гуляющую по Токио. Большой город с высокой культурой потребления подходили Манако как нельзя лучше. А тесное, мрачное здание тюрьмы ее погубит.

После короткой паузы Манако кивнула.

— И вы будете есть то, что мне хочется поесть больше всего?

Она бросила на Рику взгляд исподлобья. Рика чуть улыбнулась — она ждала этого момента — и достала блокнот.

— Я вас внимательно слушаю.

— В районе Синдзюку на улице Ясуку есть раменная под названием «Т». Не могли бы вы поесть там сио рамен[49] со сливочным маслом и описать впечатления? Как обычно, своими словами…

Рика слышала название этой сети — она была небольшой, но все же раменные «Т» встречались по всей стране. Поручение казалось подозрительно простым, и Рика ждала подвоха. И не ошиблась.

— Но сразу скажу: если есть рамен просто так, вкус будет не тот. Нужны особые условия, чтобы по-настоящему распробовать это блюдо.

Манако ненадолго замолчала, глядя куда-то сквозь Рику и растягивая мгновение.

— Его надо есть после секса в промежуток где-то с трех до четырех утра. Что касается погоды… Чем холоднее, тем лучше. Сейчас как раз отличное время.

Условия оказались такими нелепыми и подробными, что Рика невольно улыбнулась. Манако в своем мягком свитере сейчас казалась эфемерной — странно было слышать из ее уст слова о сексе.

— Это было три года назад, в феврале. Мы с Ниими тогда ночевали в отеле «Парк Хаятт». Стейк из «Нью-Йорк гриль» на ужин в тот вечер был восхитительно вкусным. К тому же я так люблю вид на ночной город, который открывается оттуда.

Рика никогда не была в «Нью-Йорк гриль» при «Парк Хаятт», но она помнила фотографии из блога Манако с того вечера. На одной — огромный шмат мяса, а на другой — манящая россыпь огней, подобная звездному небу, — и не поверишь, что это всего лишь Синдзюку с высоты. «После такого сытного ужина она еще и рамен ела», — поразилась Рика.

— Я проснулась оттого, что проголодалась. Мне захотелось чего-нибудь соленого и сытного, но в меню обслуживания номеров ничего подходящего не нашлось. Тогда я оставила Ниими спать в номере, а сама накинула пальто и покинула отель. Было очень холодно, совсем как сейчас. Я поехала на такси без всякой цели, и вскоре на глаза попалась та самая раменная.

— Но почему именно рамен?

Рика никак не могла понять связь между раменом и сексом.

— После секса чувствуешь себя опустошенной, да? Потому и хочется утолить голод чем-то горячим, сытным и наваристым. Я ведь уже говорила: когда вдоволь ешь то, чего душа просит, и именно тогда, когда хочется, чувства обостряются.

Рике никогда не приходилось испытывать подобного. К тому же она уже и не помнила, когда у нее в последний раз был секс. Неожиданно она встретилась взглядом с охранником, всегда незаметным, как тень. Лицо у него было бесстрастным, однако в глазах на мгновение мелькнуло плотское любопытство. Рика поняла: он только что думал о ней в непристойном ключе. Ее бросило в жар.

— Я оплатила заказ через кассу самообслуживания и села за стойку. Вокруг были одни мужчины — водители, хосты, и все они так и уставились на меня. Помню,