Опасная тихоня - Елена Яковлева

Выпуклые Венькины глаза медленно наливались кровью, как у быка при виде красной тряпки. - Почему так долго? - с ходу вызверился он.

- Потому что "жигуль" ваш - барахло, его пора на свалку отправить! оттявкивалась я. - Он сломался, и я перемещалась в пространстве пешкодралом, а у меня, чтоб ты знал, скорость пять километров в час.

Венька немного сбавил обороты, однако еще раз взглянул на часы, словно не веря своим глазам, и пробормотал:

- Черт знает что, все из рук вон! Просто никуда не годится... Крутояров выбил из центра деньги для бюджетников и теперь усиленно затыкает дыры! Рябоконь раздает пенсионерам тушенку...

Все ясно, предвыборная борьба накаляется.

- Значит, нам пришла пора дарить телевизор детскому дому, - констатировала я, вешая пальто в шкаф. - Пардон, я запамятовала, - видак!

- Иди ты к черту! - снова попер на меня Венька. - Выбрала момент для шуточек!

- Ну извини, - предложила я Веньке мировую. Сейчас, когда я вела двойную игру за его спиной, ссориться с ним мне было не с руки. - Согласна, моя ирония неуместна. Но не вижу повода для того, чтобы сильно убиваться. Радоваться надо, что бюджетники наконец получат долгожданную зарплату.

- Я и радуюсь, - прошипел Венька, - сначала получат, а потом побегут голосовать за своего благодетеля, за Крутоярова! А все этот... - Имени Венька не назвал, но я почему-то сразу поняла, что речь пойдет о Пашкове. - Вздумал провинцию удивлять высокими материями, очень они ей нужны! Четвертая моя избирательная кампания и первая такая бездарная!

Я невольно присвистнула:

- Ого! Уже четвертая, помнится, еще два дня назад она была третьей...

Венька пропустил мимо ушей мое замечание, продолжая изливать горечь своих обид:

- Нет, никогда еще я так не начинал... Прима, можно сказать, в морду плюнула, в губернии поддержки, считай, никакой!

- А Дедовский? - встряла я. - Все-таки он у нас здесь не последняя спица в колеснице.

- А что Дедовский? - фыркнул Венька. - Он скользкий, как угорь. Такой, "да" и "нет" не говорите... Я бы на месте Пашкова ему не очень-то доверял.

Забавно было слышать такую характеристику Дедовского из Венькиных уст. Похоже, достойных себе противников организатор избирательных кампаний не особенно жаловал.

- А главное - то, что твоя паршивая газетенка написала! - с особенной злостью выдал Венька.

Я сделала непроницаемую физиономию и принялась бешено ворочать "шариками": что, интересно, он имел в виду? Спросить же Веньку напрямую я не могла, ибо тогда он сразу догадался бы, что половину сегодняшнего дня я потратила отнюдь не на походы по редакциям.

А Венька схватил со стола газету, такую измятую, словно перед этим в нее заворачивали пирожки, и зачитал с выражением:

- "...Промосковский ставленник Пашков привез за собой целый обоз советников и телохранителей, однако пользы от них, судя по всему, чуть, а может, и того меньше". М-м-м... Дальше... "Широко разрекламированная агитационная акция с участием оперной звезды Елены Богаевской с треском провалилась, в последний момент знаменитая певица отказалась поддержать своими концертами московского популиста. Не исключено, она догадалась, что деньги, которые спонсируют столь изысканно-гурманскую программу, имеют сомнительное происхождение..." А, каково? Пасквиль, самый настоящий пасквиль!

Пока Венька цитировал этот любопытный текст, я успела рассмотреть, что в руках у него "Губернский вестник" за сегодняшнее число. Да, подсуропили бывшие коллеги, ничего не скажешь. Пашкова не жалко, а вот я как выгляжу? Как дура с помытой шеей! Я же как будто только что от них явилась, а сама ни сном ни духом про этот опус. Ну что? Нужно как-то выкручиваться.

Я прокашлялась:

- И все равно я не вижу повода для уныния. Ясно же, что статейку состряпали в пику мне лично. Я ведь ушла от них и примкнула к вам. А кроме того, нельзя не учитывать, что редактор "Вестника" с некоторых пор сильно задружил с Крутояровым. Не знаю, как ты, а я, например, считаю, что лучшей рекламы, чем эта паршивая статейка, нам за деньги не организовать. Ясно же, что они нас боятся!