Когда придет твой черед - Марина Серова

— Никуда не уходи! — велела я своей подопечной. — Я скоро освобожусь, и мы поедем домой.

Табличка на двери гласила: «Ассистент профессора Серебряков В.В.».

Кабинет был скромен — обшарпанный стол, такой же шкаф и пара потертых кресел. На столе дорогущий письменный прибор из малахита — очевидно, остатки былой роскоши.

Доктор уселся в кресло, жестом пригласил меня занять второе.

— Так на чем вы остановились со Светочкой? — спросил доктор, ехидно улыбаясь.

— Мы остановились на том, как вы однажды под кайфом оперировали дочку местного олигарха.

— Было такое, — к моему глубочайшему изумлению, кивнул врач. Я-то думала, что Виталий будет отпираться, и приготовилась к долгой борьбе…

— Эта история ни для кого не секрет, — вздохнул Серебряков. — Ну, то есть я не кричу о ней на каждом углу, но кому надо, все в курсе.

— Кому надо — это врачи? — поинтересовалась я.

— Профессиональное сообщество, — кивнул Виталий. — Я был модным хирургом. Моя клиника набирала обороты. Торопясь снять, так сказать, сливки потребительского спроса, я работал по двенадцать часов в день без выходных, а для хирурга это непозволительно. Рано или поздно что-то должно было случиться. Ну, и случилось. В тот день я оперировал молодую девушку… она решила увеличить губы, в чем, впрочем, совершенно не нуждалась. Я был… скажем так, не в форме. Поэтому решил подстегнуть себя стимулятором, чтобы сделать свою работу наилучшим образом. Как выяснилось, это была ошибка.

Я подалась вперед в своем неудобном кресле:

— И что, такая ошибка, что невозможно исправить?

Хирург кивнул.

— Я ошибся с дозировкой… потом использовал не вполне стерильный инструмент, пошла инфекция. Послеоперационные рубцы. Родители девушки истратили состояние, чтобы исправить последствия… Но было поздно, — доктор надолго замолчал.

— И что случилось дальше? — спросила я.

Серебряков вздохнул. Лицо его внезапно постарело.

— Отец девушки — известный в городе человек, богатый и влиятельный. Он меня разорил.

— Как это?! — не поняла я.

— Очень просто. Он сделал все, чтобы я больше не смог работать. Подал иск, отсудил миллионы… Но главное — погубил мою репутацию. Никто не хотел ложиться ко мне в клинику. И ее пришлось закрыть, оборудование продать, чтобы расплатиться с судебными издержками… даже дом, машину и доставшуюся от родителей дачу мы с женой были вынуждены продать. Я вернулся на работу в эту больницу, где когда-то начинал. Ассистент профессора — мой профессиональный потолок. Я живу в «хрущобе» жены и езжу на работу на трамвае. Что вы еще хотите узнать?

— А ваша пациентка? Ну, та девушка? Она умерла?

— Господь с вами! — отмахнулся хирург. — Жива и здорова. Но в кино, как она мечтала, ей никогда не сниматься. Ну что, я удовлетворил ваше любопытство?

— Вполне. Спасибо, что уделили мне время.

Я закрыла за собой дверь кабинета и только тут поняла — потрясенная историей, что рассказал мне хирург, я даже не спросила у него, кто мог попытаться отравить Машу. Ну и ладно. На сегодня с меня достаточно.

Я заглянула в палату Киры. Девушка спокойно спала, Маша сидела у ее кровати и листала журнал. Цветы из палаты вынесли, кондиционер включили, и воздух стал чистым и свежим.

В машине я принялась воспитывать Машу.

— Понимаешь, с той минуты, как ты меня наняла, я отвечаю за твою жизнь. Ты должна меня слушаться, иначе как я могу тебя защитить?!

Я распиналась довольно долго, а потом поняла, что Маша меня не слышит. Мысли девушки блуждали где-то далеко, и на губах играла загадочная улыбка.

— Он такой милый! — невпопад сказала наследница, и я сразу поняла, о ком она мечтает. Я вздохнула. Да, жиголо быстро добился своей цели…

— Кстати, чем он занимается? На что живет? — поинтересовалась я.

Маша даже не стала для приличия переспрашивать, о ком идет речь.

— О, Владимир — графический дизайнер! Он обещал научить меня обращаться с компьютером. В интернате у нас был один на всех, так что я умею только выходить в Интернет и проверять почту.

Ну конечно! Долгие вечера вдвоем за монитором, щека к щеке. Рука направляет нежную ручку с мышкой… В былые времена для обольщения девиц использовали игру в четыре руки на фортепьяно, а теперь вот компьютер…

— Я голодная как волк! — вдруг воскликнула Маша и прижала ладони к раскрасневшимся щекам. По-моему, она просто пыталась увести разговор от опасной темы. Но я тоже проголодалась.

— Хочу в ресторан! — заявила наследница. — Ни разу в жизни не была в ресторане, представляешь? Кира меня таскала по кафе, где подают пирожные и горячий шоколад. А я хочу мяса. Лучше с кровью. Я в журнале сейчас читала, что бывает такое. Никогда не пробовала!

Что ж, ресторан в центре города — не самое опасное на свете место. На дворе белый день, так что вполне можно и пообедать.

Я привезла наследницу в маленький уютный «Стейк-бутик». Раз уж она хочет мясо с кровью, то пусть попробует его в лучшем месте в городе. Меню этого симпатичного и жутко дорогого местечка целиком состояло из различных видов стейка. Ну, и еще дополнений к мясу — салатов, соусов и спиртного.

Мы уселись за столик в углу, я сделала заказ. В ресторане было довольно людно. Я заметила, что девушка как-то подозрительно ерзает на стуле. Наконец Маша не выдержала:

— Ой, Женя, а где у них тут удобства?

Я объяснила, и девушка поспешно скрылась за дверцей.

— Добрый день! — Сидевшая за соседним столиком женщина приветливо кивнула мне. Я напрягла память. Где же я видела эту закрученную вокруг головы косу? Да это же подруга авторитета Вишнякова, которую я про себя окрестила Княгиней!

Я кивнула в ответ, и вдруг женщина поднялась и подошла ко мне:

— Можно? — Не дожидаясь разрешения, Княгиня присела за наш столик. Я повертела головой — Вишни нигде не было видно. Неужели его подруга ходит по ресторанам одна? Для подобной публики это совсем нетипично.

Княгиня заметила мой взгляд и заливисто рассмеялась:

— Это же мой ресторан.

— Ух ты! — восхитилась я. — Так вот кто готовит лучшее мясо в городе!

Княгиня польщенно улыбнулась и спросила:

— Это ведь Машенька Серебрякова приехала с вами?

Я кивнула.

— Девочку просто не узнать! Настоящая красавица. Я все вспоминаю, какой она приехала в Тарасов. Бедняжка, — и женщина жалостливо покачала головой.

— Ну, сейчас у нее все хорошо, — заверила я хозяйку.

— Неужели? А я слышала, что у девочки проблемы…

Я напряглась.

— От кого слышали?