Когда придет твой черед - Марина Серова

Но Княгиня не стала отвечать, только загадочно улыбнулась. Неужели о проблемах моей клиентки уже болтают в городе? Или у Вишни свои источники информации?

— А, поняла! Это тот жирный охранник, которого я уволила! — догадалась я. — Побежал прямиком к бывшим корешам. Так?

Княгиня засмеялась.

— Маше надо быть поосторожнее. У ее отца было много недоброжелателей. Теперь они перешли к ней вместе с наследством. Один Шмага чего стоит…

— Шмага? — Я навострила уши.

— Да, — ответила женщина. — Вы что, не знаете, кто это?

— Понятия не имею, — честно сказала я.

— Как же вы собираетесь защищать девочку, если даже не знаете, кто такой Шмага?! — Княгиня вскинула соболиные брови. Я почувствовала, что злюсь.

В конце концов, я на службе всего второй день! Вчера я сошла по трапу самолета, предвкушая заслуженный отдых. И вместо этого угодила в самый центр каких-то таинственных интриг! Но жаловаться я считаю ниже своего достоинства. Поэтому я сказала:

— Я обязательно разберусь, что происходит вокруг Маши. Но если вы желаете девочке добра, помогите мне. Проясните ситуацию.

Княгиня нахмурилась. С минуту она изучала меня, словно решая, можно ли мне доверять. Я не пыталась ей понравиться, поэтому сделала профессионально равнодушное лицо — «морду кирпичом» на жаргоне телохранителей. Клиенты обожают охранников с таким выражение лица.

— Шмага — это старый кореш Серебряка, — наконец сообщила мне Княгиня. — Как говорится, жена по зоне, кент по воле.

— Же… жена?! — Я запнулась от неожиданности.

— Ну да, — как ни в чем не бывало ответила Княгиня. — Серебряк был серьезный вор. Ходки у него были долгие. Один раз девять лет сидел, потом еще четыре добавили. Думаете, легко им там без бабы? Ну, вот и… Вслух про такое не говорят, но все знают.

Я открыла рот и закрыла. Интересно, у Вишни тоже есть… жена по зоне?! Лучше не знать.

— И где мне его найти, этого… Шмагу?

— Да в его заведении, — пожала плечами Княгиня. — Он там все время отирается, делать-то ему нечего. Ни семьи, ни друзей.

— У него что, тоже ресторан? — поинтересовалась я, записывая адрес на салфетке.

Княгиня посмотрела на меня так, будто я сморозила невесть какую глупость:

— Да вы что?! Кто же к нему есть-то пойдет? Он же…

Тут Княгиня замолчала, и я увидела, что Маша возвращается к столику.

— Здравствуй! — приветливо улыбнулась ей Княгиня. — Сейчас распоряжусь, чтобы вас обслужили по высшему разряду.

— Ой, здрасте! — улыбнулась в ответ Маша, переводя взгляд с Княгини на меня. Женщина удалилась. Вскоре нам принесли заказ — непрожаренный стейк для Маши и хорошо прожаренный для меня. Ненавижу вкус крови. А вот Маше он, похоже, понравился — девушка с аппетитом поедала говядину, неловко орудуя ножом и вилкой. Я украдкой наблюдала за подопечной. Да, манеры у наследницы, как у Маугли из джунглей. Надо будет посоветовать ей поучиться хорошим манерам. А впрочем, это совершенно ни к чему. Когда у человека есть деньги — а у наследницы они будут через полгода, — совершенно неважно, какие у него манеры. Всем плевать, точно знаю.

Маша подняла на меня глаза и облизнула губы.

— Очень вкусно, — блестя глазами, сообщила мне девушка. — Теперь всегда буду такое заказывать.

Я вспомнила дом Таракановых, макароны три раза в день и плавленый сырок.

— По матери не скучаешь? — неожиданно для себя самой спросила я. Маша напряглась. Девушка отложила вилку и промокнула губы салфеткой.

— Почему вы спросили? — Глаза девушки смотрели на меня в упор, без улыбки.

— Ну, не знаю… мы с тобой сидим в хорошем ресторане, а она там в этих ваших Ямах…

— Я мамку не обижу, — сказала Маша, принимаясь за второй кусок. — Не волнуйтесь за нее. Как только получу наследство, мамка будет иметь все, о чем мечтала.

— Заберешь ее в Тарасов? — поинтересовалась я.

— Зачем это? — удивилась Маша.

— Ну… ты же сказала…

— Ей тут не место, — жестко проговорила девушка. — Если бы можно было, я бы ее в клинику сдала и вылечила от пьянства. Ее и папку… в смысле, дядю Лешу. Но это невозможно. Не бросят они пить. Так что пусть уж живут где жили. Но дом новый я им построю. И ни в чем нужды у них не будет. Денег не дам — все равно пропьют. А кормить-одевать стану.

Жестко. Зато прагматично. Да, современные Золушки куда реальнее смотрят на вещи, чем их предшественницы.

Маша закончила есть и с любопытством огляделась.

— До чего же тут красиво! А правда, что я получу в наследство рестораны? Вы там бывали? Я бы хотела на них посмотреть. Давайте поедем прямо сейчас.

— Маша, может, вернемся домой?

— Ну поехали, а? — заканючила наследница. — Мне все равно дома делать нечего. Если бы ты знала, Женя, как мне надоело бездельничать! Кира очень добрая… Но она со мной обращалась как с куклой. Таскала по магазинам… А я это не люблю. Мне куда интереснее посмотреть папины заводы. Ну, еще рестораны там, гостиницы…Так, решено! — Маша, весело блестя глазами, хлопнула ладошкой по столу. — Едем смотреть мою собственность!

Уходя, мы поблагодарили Княгиню. Я незаметно опустила в карман салфетку с адресом. Надо будет навестить этого Шмагу при первой возможности…

Остаток этого дня мы с Машей провели, осматривая будущее наследство девушки. Честно говоря, я еще ни разу не видела Марию такой целеустремленной. К магазинам в отличие от своей мачехи девочка была равнодушна, зато заводик по производству снегоуборочной техники вызвал у нее неподдельный восторг. Девяносто пять процентов акций завода принадлежало Серебряку, а оставшиеся пять — трудовому коллективу, причем четыре — лично директору. Так что он встретил нас как дорогих гостей, устроил для девочки экскурсию по цехам — на мой взгляд, сделал все, чтобы наследница не заинтересовалась финансовой отчетностью. При Серебряке, думаю, директор сидел тише воды ниже травы. А сейчас, кажется, решил, что настали новые времена, сулящие новые возможности. Ничего, у Маши еще будет время навести тут порядок. Уже сам факт визита показывает, что наследнице не все равно. Директор теперь десять раз подумает, прежде чем провернуть что-нибудь этакое…

Автоцентр «Тарасов-Тачка» мы посетили, не афишируя, кто мы и зачем приехали — так сказать, инкогнито. Маша сообщила продавцу, что подумывает приобрести машину, и следующие полтора часа мы провели с пользой — пришлось даже устроить тест-драйв. За рулем сидела я, а Маша устроилась сзади и изводила продавца дурацкими вопросами. Когда под конец продавец, который неосмотрительно принял меня за того, кто будет оплачивать покупку, сказал в сердцах: «Девочка, помолчи, дай мне с твоей мамой поговорить!», я едва не въехала в столб, а Маша довольно улыбнулась.

— Надо будет обратить внимание на трудовую дисциплину в этом салоне! — заявила мне наследница, когда мы вышли. — Хамить клиентам — это никуда не годится!