Желание клиента - закон - Марина Серова

Короткая трель звонка была хорошо слышна. Открывать никто не спешил. Примерно такого развития сценария я и ожидала, но звать моих соратников, затаившихся на лестнице, я не спешила. Если сестра Астонова обманула, то вполне понятно, почему она назвала именно этот адрес. Дом частично заброшен. В квартире никто не проживает, сидеть в засаде и ожидать Петра мы можем очень долго. Был еще один вариант. О нашем визите брат и сестра условились заранее, и сейчас не мы, а он нас поджидал. От этой не лишенной логики мысли я пришла в некоторое беспокойство. Рассматривая эту версию с другой стороны, я понимала, что, даже если заговор существует, его смысл утрачен из-за устроенной нами инсценировки убийства Антонины. Петр, по моим представлениям, сейчас должен был быть одержим жаждой мести вкупе с намерением во что бы то ни стало выполнить заказ.

Мой подопечный был на лестнице, я не видела его в данную минуту, а это означало вероятную для него угрозу. Перестав терзать звонок, я кинулась к коридору. И, как оказалось, сделала это вовремя.

Лампочки, разумеется, на лестнице не было. Для того чтобы привыкнуть к темноте, моему зрению требовалось несколько секунд. Я понимала, что даже этот короткий промежуток может оказаться критичным.

– Джордж! – позвала я.

– Я тут! – откликнулся мой клиент, который находился на ступеньках, ведущих наверх. Виктору с Антониной я велела затаиться на нижнем пролете. Их окликнуть я не успела, так как мне послышался какой-то странный шорох именно там, где я оставила Бруклина.

Я кинулась к нему. Ухватила за руку и почувствовала, как с другой стороны его что-то удерживает.

– Стоять, иначе ему конец! – глухим баритоном пророкотал преступник. Случилось худшее – то, чего я опасалась. Глаза мои наконец-то привыкли к темноте, я различила высокую мужскую фигуру, стоявшую позади американца вплотную к нему. У горла Джорджа рука в перчатке удерживала острый клинок. Но опасно было не это. В рукопашной схватке вдвоем с беглым резидентом мы могли бы унять прыть опытного наемника, если бы не ручная граната, зажатая в его левой руке. Он специально подсветил ее циферблатом часов. Погибнуть в данную минуту не входило в мои планы, тем более вместе с клиентом. Не хватало еще, чтобы память о моей, не стану скромничать, до этого момента блестящей карьере была запятнана финальным взрывом. Не впадая в панику, я прикидывала все возможные варианты, как следует поступить в данную минуту. У меня был фонарик, но доставать его я не стала: во-первых, преступник мог неверно истолковать мое движение, когда я полезу в карман, и нанести вред американцу, во-вторых, свет мог сыграть против меня. Не стоило облегчать Петру задачу по оценке ситуации. Я полагала, что о нашем составе он не подозревал. Виктор и Олеся пока еще официально не воскресли из царства мертвых.

– Оружие в сторону! – продолжал командовать хозяин положения. Я не спешила ему покоряться, решила перехватить инициативу.

– Еще одно движение, и ей конец! – парировала я. Дальнейших команд не потребовалось, Виктор моментально смекнул, что означает моя фраза, и, подсвечивая себе фонариком, поднялся на наш пролет, крепко удерживая Антонину за вывернутую за спину руку.

– Ты?! – На секунду-другую преступник растерялся, я не преминула воспользоваться его замешательством и в мгновение ока выдернула гранату у него из рук. Это действие было крайне опасным и предпринимать его не следовало в том случае, если бы Петр предварительно выдернул чеку. Но я успела разглядеть, что в боевую готовность наемник гранату не привел. Вероятно, погибать с нами вместе он не собирался, может быть, кинул бы в нашу сторону опасную игрушку после того, как расколол бы Бруклина и получил уже порядком надоевший всем пакет с компрометирующими документами. Но никаких бумаг у нас с собой сегодня не было. Я совершенно о них забыла, у меня была единственная цель – спасти клиента и волею обстоятельств прилепившихся к нашей компании остальных участников. Они, кстати, не подкачали. Все произошло в одно мгновение: я с гранатой в руках вынуждена была действовать предельно осторожно, чтобы нечаянно не выронить заветный груз, но в схватке с Петром моей помощи не требовалось. Джордж, будучи отлично подготовленным на своей уже много раз расхваленной «Ферме», ухватил Петра за запястье, сдавил его и попытался заставить мужчину выпустить нож, но тщетно. Зато американец избавился от захвата сзади, развернулся лицом к Астонову и изо всей силы ударил его лбом в переносицу. Не останавливаясь на временном успехе, он продолжил атаку. Петр на удивление стойко переносил обрушивающийся на него шквал ударов американца.

– Джордж, не надо! – вдруг выкрикнула лже-Олеся, и ее звонкий голос разнесся под сводами старого подъезда как звук того самого взрыва, который я предотвратила, перехватив гранату пару минут назад.

Должна отметить, что эффект от вскрика оказался ошеломительным. Бруклин замер с занесенной рукой, глянул в ту сторону, где удерживал его возлюбленную Виктор, и этим замешательством не мог не воспользоваться преступник.

– Тоня! На пол! – прохрипел он.

Девушка с удивительной ловкостью вырвалась из рук Виктора, выбила при этом у него фонарик из рук, который при падении резанул ярким светом меня по глазам. Астонова кинулась к мужчинам, я предприняла попытку остановить ее, но действовала совершенно вслепую, подъезд погрузился во мрак.

– Не сметь! – попыталась я вразумить девушку. Я не хотела, чтобы мой клиент снова разочаровался. Тогда, пожалуй, он мог смалодушничать и сам нарваться на пулю или острие ножа, поблескивающее в пальцах Астонова.

Дальнейшее произошло в считаные мгновения.

– Не твое дело! – нагрубила мне в ответ девушка, и я приняла решение ее не удерживать. Оружия у Антонины не было, предварительно я лично несколько раз обыскала ее вещи. Меня даже заинтересовало, какая развязка нас ожидает.

Но во время нашей короткой перепалки произошло неожиданное: Петр опять перехватил инициативу и ударил Джорджа коленом в живот. Американец инстинктивно согнулся пополам, немилосердный кулак наемника нацелился моему клиенту в шею. Этого допускать было нельзя, подобного рода удары могли привести даже к летальному исходу. Я кинулась к мужчинам и, несмотря на тот факт, что одна моя рука была занята гранатой, собиралась вступиться за клиента в любом случае. Ногой я пнула в бедро Петра, он пошатнулся, тело его повело в сторону, и он начал падать, утаскивая за собой Бруклина. Мужчины покатились по лестнице. Я с ужасом наблюдала, как лезвие мелькает то здесь, то там. Убить Джорджа Петру не составляло труда, но он медлил, беглый резидент нужен был ему живым.

Антонина кинулась к Джорджу, я инстинктивно придержала ее, опасаясь, что участие девушки в драке добавит только одни неприятности. Но она агрессивно рвалась в бой. Я, признаться, не собиралась тратить на нее свою энергию. В первую очередь я была обязана защищать американца. Вот почему, как только подоспел Виктор, я отошла, а он попытался оттащить девушку, но она вырвалась, кинулась к брату, точнее – к клубку из мужчин, с криком «Ненавижу!» и намереваясь нанести удар.

– Олеся! Уйди! – взмолился, тяжело сопя, Джордж, по глухим звукам, доносящимся от тел, я поняла, что мужчины продолжают драться. К сожалению, внизу было очень темно. Даже мое тренированное зрение никак не могло адаптироваться после резкого света фонарика, направленного мне в лицо. Мне приходилось действовать на ощупь. Я спустилась к месту схватки, Виктор сделал то же самое. Он схватил Антонину, чтобы удержать ее, я старалась разглядеть Джорджа, чтобы вытащить его, но для этого предстояло сначала обезвредить Петра. Самое простое, что можно было сделать, это выстрелить в него. Но убивать наемника было нельзя, он являлся единственным связующим звеном с заказчиком. Я собиралась его ранить. Виктор споткнулся на темной лестнице, Тоня воспользовалась этим и ринулась к дерущимся. Мне пришлось повременить, я опять была вынуждена высматривать наемника. Я довольно быстро определила его местонахождение все по тому же блеску стали, но, как выяснилось, поздно. Астонов предпринял атаку раньше, он занес руку с ножом и ударил.