Подарок дьявола - Александр Сапсай

– Прилетела, Ангелочек, – приветствовал Петя девушку. С подачи доктора Авдотьева Марину здесь все звали Ангелом, опуская мрачное дополнение «смерти».

– Привет, Саша. Привет, Петя. Как вы себя чувствуете?

– Врачи говорят, жив, – Александр улыбнулся.

– У меня тоже, кажется, дырка зарастает. Еще десять сантиметров, и эти сволочи сделали бы из меня певца в хоре евнухов, – усмехнулся Петр. Великан сидел на постели, выставив в проход забинтованную ногу, и смотрел маленький переносной телевизор.

– Очень за тебя рада! – искренне вырвалось у Марины. Она представила богатыря Петра, поющего фальцетом в церковной капелле, и покраснела. – А меня, мужики, выписали. Если есть просьбы, не стесняйтесь. Могу в магазин сходить или еще чего.

– Спасибо, Ангелок, меня подружка каждый день навещает. Так что все в ажуре, – отказался Петр.

– А я бы тебя попросил, но неловко как-то, – замялся брат Кости.

– Очень даже ловко, выкладывай, – ободрила его Марина: – Куплю, что закажешь…

– Продукты и соки мне жена носит. А вот одну книгу мне бы заполучить хотелось. Она у Николая Спиридоновича осталась. Сосед попросил, я и дал, старику не откажешь. А сам ее не дочитал. Жена в его квартиру, как ты понимаешь, попасть не может.

– Как она называется?

– «Северные конвои». Это о летчиках. Они охраняли небо над конвоями союзников, доставлявших грузы из Англии в северные порты России. Николая Спиридоновича книга заинтересовала. Он историю любил, особенно Второй мировой войны.

– Смотаюсь, – пообещала Марина.

– Вообще-то у меня к тебе еще дело есть. Но это потом…

– Говори сейчас.

– Сейчас бесполезно. Мне сначала надо на ноги встать, – виновато улыбнулся Александр.

Название книжки, чтобы получше запомнить, она несколько раз повторила про себя и, простившись с ранеными, пошла к сестре-хозяйке получать вещи. Надеть куртку она не смогла. Она была выпачкана кровью. Хорошо, что мама принесла ей старенькое пальто. Марина оделась, запихнула куртку в пакет и вышла.

На улице у нее закружилась голова. Она неделю не была на воздухе и с непривычки даже немного одурела. Пришлось несколько минут постоять во дворе больницы. Но скоро молодой организм слабость поборол, и она зашагала к автобусной остановке.

Дома все было прибрано, на кухонном столике лежала записка мамы: «Доченька, подогрей бульон и съешь котлетку с пюре. В буфете для тебя шоколадка».

Марина улыбнулась. Она снова почувствовала себя маленькой, словно пришла из школы. В больнице она завтракать не стала, уж больно тоскливо там кормили пациентов, и с благодарностью воспользовалась маминой заботой. Только шоколадку не съела, а положила к себе в рюкзачок. Ключ от квартиры Вострикова лежал в ящике тумбочки, что стояла в прихожей. Марина спрятала окровавленную куртку подальше от маминых глаз, нашла в шкафу другую, лыжную, и отправилась в дом старых большевиков.

В автобусе раздумывала, ехать ли зайцем? Но что-то ей подсказало, что сегодня лучше не рисковать. И оказалась права: за остановку до ее выхода вошли три контролера. Марина гордо протянула свой билет. Знакомый дом с магазином дорогой женской одежды, двор с детскими качелями. «Все на своих местах, только человека нет», – грустно подумала она. Возле подъезда она остановилась. Ей вдруг опять стало страшно. Вспомнила, как обнаружила на полу уже похолодевшего старика, и весь пережитый за последние дни ужас сжал сердце. «Не пойду одна. Приеду в другой раз с мамой, когда та не будет дежурить». Но тут же застыдилась. Обещала раненому летчику книгу, да струсила… Упрямо мотнула головой и вошла в подъезд. Лифт сегодня работал, и она им воспользовалась.

После поминок Николая Спиридоновича они с мамой в его квартиру не наведывались, и время здесь будто остановилось – зеркало в прихожей, прикрытое простыней, помытая посуда в сушилке… Марина сняла куртку, присела на тахту и огляделась. Книжные полки в квартире дяди висели над письменным столом. Она подошла, внимательно просмотрела корешки. Нужной книги среди томиков не оказалось. Стала раздумывать, где бы еще поискать, и вздрогнула: телефон зазвонил частым, тревожным сигналом. «Межгород», – поняла девушка. Она не хотела подходить, но рука сама потянулась к трубке.

– Я бы попросил Николая Спиридоновича, – услышала она приятный незнакомый баритон.

– Деды Коли нет, – тихо ответила Марина.

– А когда он вернется?

– Он не вернется. Он умер.

В трубке замолчали. Затем далекий баритон поинтересовался, с кем говорит.

– Я внучка Николая Спиридоновича.

– Мариночка! Господи, какой у тебя взрослый голос! – удивились на другом конце провода.

– Вы меня знаете?

– Да, милая. Когда тебе было четыре годика, мы с тобой играли в куличики. Сколько же тебе теперь?

– Почти двадцать.

– Ты уже невеста, с чем и поздравляю. А беседует с тобой Михаил Моисеевич Зелен. Я сын Моисея Семеновича Зелена. Мой отец с Николаем Спиридоновичем вместе работал, и они крепко дружили. Мне жаль. Прими мои глубокие соболезнования. Знал бы, обязательно приехал на похороны.

– Спасибо, Михаил Моисеевич. – Марина слышала от мамы фамилию Зелен и даже вспомнила веселого бородатого москвича. – Вы живете в Москве?

– Да, милая. Из Москвы и звоню. – В трубке опять помолчали. – Скажи, Мариночка, Николай Спиридонович никогда не говорил о желании мне что-нибудь передать?

– Я не помню, а что вы имеете в виду?

– Он хранил очень древний документ. Этот документ ему отдала моя мама, когда папу репрессировали. Документ очень ценный. За ним могут охотиться темные люди.

– Вот оно что?! – Марина немедленно сообразила, с чем именно связаны страшные события в ее жизни.

– Ты поняла, о чем я?

– Да, Михаил Моисеевич. Эти темные люди уже проявились. Возможно, они и убили дядю.

– Это ужасно, девочка… А как ты думаешь, они забрали документ?

– Не знаю. В квартире все было перевернуто вверх дном.

– Значит, Востриков живым бумагу не отдал. Слушай меня внимательно. Документ предназначался американскому бизнесмену. Отец обещал передать его, но не смог, не успел, его арестовали. В Москву летит внук того американца. Я дал ему адрес Николая Спиридоновича. Если молодой человек появится, поговори с ним, расскажи о случившемся.

– Конечно, поговорю, расскажу… Но ведь в квартире деды Коли никого нет. Вы меня случайно тут застали. Я живу с мамой в другом районе.

– Тогда дай мне, пожалуйста, свой телефон, я сообщу его Алексу.

– Алекс – парень из Америки?

– Да, Мариночка. Это вполне приличный молодой человек, его ты можешь не опасаться.

– Хорошо, записывайте. – Марина продиктовала номер, и они распрощались.