Белая волчица - Владимир Колычев

– Ты в этом году институт заканчиваешь? – спросил он.

– Не совсем. Пока только бакалавриат.

– Типа еще не птица, но уже баклан, – сострил Витя.

– Да, что-то в этом роде.

– Порхаешь ты красиво. Я бы с тобой полетел. Чисто по жизни. Как тебе такое гнездышко? – Он обвел рукой каминный зал, в котором запросто уместилась бы стандартная двухкомнатная квартира.

Не зря же Витя с Лукомором столько лет рука об руку. Ему приходилось рисковать и жизнью, и свободой. Сейчас у него все на мази, есть бизнес и неплохой счет в банке. Дом вот построил, отделал, обставил – душа поет и радуется.

– Уютное гнездышко, – сказала Маша и улыбнулась.

– Яйца можешь здесь отложить, – выдал вдруг он и усмехнулся.

– Ого! – Она посмотрела на него большими глазами.

– Что, грубо? Зато от души! Я человек простой, у меня что на уме, то и на языке.

– Нет, не простой. Но с вами не трудно, – проговорила девушка. – Вы много раз меня выручали.

– Заметь, я не требую благодарности. Я хоть раз руки распускал?

– Нет.

– И не буду. Только по взаимному согласию. Если хочешь, уходи, пальцем тебя не трону.

– Вы меня выгоняете?

– Это ты так неудачно пошутила, да? – осведомился он и ухмыльнулся.

– Может быть.

– Если останешься, то давай-ка навсегда. Хозяйкой здесь будешь. Из стриптиза уйдешь. Я понимаю, девчонка ты деловая, дома тебя не удержишь. У меня бизнес свой. Реальным делом будешь заниматься. Автосервисы у меня, весь шиномонтаж в городе мой. Да и не только тут. В Москве целая сеть автомоек и магазин, набитый неплохими тачками. Думаешь, у меня хухры-мухры?

– Нет, не думаю.

– А что ты думаешь? По-твоему выходит, что я бандит, типа уголовник, да?

– Нет, не уголовник…

– Но бандит, да? Мафия, всякое такое?..

– А разве нет?

– Есть чуть-чуть.

– А если тебя посадят? – в лоб и на «ты» спросила Маша.

Витя слегка ошалел от такого напора, но быстро взял себя в руки. В принципе Маша его не удивила. Она умела быть и мягкой, и резкой.

– За что?

– Не знаю. Мало ли…

– Нет за мной ничего и не будет. Для грязных дел есть быки, а я в авторитете. Да и спокойно у нас, никаких проблем. Все путем, никто ни с кем не воюет, никто ни на кого не наезжает.

– А менты?

– Менты прикормлены.

– Все до единого? Ну уж нет, это вряд ли.

– Что, не хочешь со мной? – спросил Витя и скривился.

– Я этого не сказала. Мужик ты хороший. Я серьезно. – Девушка поощрительно улыбнулась. – Просто пока не знаю, готова ли ждать тебя, ну, например, десять лет.

– Почему десять?

– Да без разницы, сколько именно. Пять, пятнадцать, двадцать. Я все равно тебя ждать буду, если слово дам. – Маша совершенно серьезно посмотрела на него.

В ее взгляде читались как сомнение, так и уверенность. Она знала всю силу своего слова, но не готова была его дать.

– А ты пообещай! – заявил Витя.

Он очень хотел Машу, но если бы его поставили перед выбором – слово или секс, – то взял бы первое. Витя знал жизнь, умел ценить преданность и ставил ее выше секса.

– Я еще к этому не готова, – сказала Маша и покачала головой.

– Ничего, я подожду.

– Если у тебя есть время. – Она пожала плечами.

– Хочешь сказать, что долго придется ждать? Ничего, я терпеливый.

Во дворе кто-то вдруг крикнул, и тут же послышался сильнейший удар в дверь. Витя и понять ничего не успел, как в зал ворвались вооруженные люди в масках. Ментовской спецназ сработал по всем правилам своей науки. Он тихо вышел на исходные позиции, но атаковал с шумом, быстро, стремительно, мощно.

Витя хорошо знал, что нужно делать в таких случаях. Он сомкнул руки на затылке. Поэтому спецназовцы не стали его бить, когда укладывали на пол.

Антимоний менты не разводили. Они надели на Витю наручники, утащили в машину, отвезли в управление, приняли там по всей форме, сделали фото на память. Витя осознал, что с ним происходит, но не мог понять, почему так вышло. Он долго пребывал в состоянии легкого транса.

В себя он пришел в помещении для допроса, когда туда пожаловал майор Одинцов. Если этот волкодав за него взялся, то дело серьезное. Витя попытался сосредоточиться, собраться с мыслями. Менты Коляна недавно повязали, так, может, от него уши выросли?

– Ну, здравствуй, Полосков. Какими судьбами к нам? – с едкой усмешкой спросил Одинцов.

– Издеваешься? – спросил Витя и глянул на него ноябрем.

– Может, покаяться решил? Я хоть и не священник, но исповедь принять могу. Без протокола, – усаживаясь за стол, сказал майор.

Отношения у них давным-давно сложились, мягко говоря, неважные. Витя прекрасно знал, что этот мент щадить его не будет. Если, конечно, он реально прознал про какой-то старый грех.

Штрих озадаченно поскреб щеку. А может, это Маша его сдала? Не зря же она намекала, что у него нет времени. Сначала про места не столь отдаленные заговорила, потом про время сказала. Но что Маша могла знать про него?

– А то случится вдруг, что так и уйдешь от нас без покаяния, – сказал Одинцов, с насмешкой глядя на него. – У вас, у бандитов, своя преисподняя. Обычных грешников черти в котлах варят, а у вас там демон с лопатой. Демон – это кличка такая. Ворсобин его фамилия. Олег Петрович. Ты Демона, наверное, по имени-отчеству и не знаешь, не так ли?

– Ворсобин?! – Штрих с трудом совладал с волнением.

Вот, значит, откуда ветер дует.

– Знаешь такого?

– Да, с одной улицы мы.

– Ты с этой улицы дорожку к нему и протоптал. Прямо в кочегарку. Дальше сам расскажешь или мне продолжать?

– Да нечего там продолжать, – выдавил из себя Витя.

– Я слышал, у тебя сегодня был романтический ужин. – Одинцов усмехнулся. – А мне вот знающие люди намекали, что у Маши Яковлевой роман с Лукомором.

– У Маши?! Роман с Лукомором?! Кто тебе такое сказал? – Витя окосел от удивления.

– Есть такое предположение. Да и тебя, Штрих, я знаю очень хорошо. И о твоем романе с женой Лукомора мне известно.

– Ты попутал, начальник!

– Кристина ее звали. Не знаю, что там у вас произошло, но ты ее задушил, а труп потом привез в крематорий к Демону. Было такое?

– Не было у меня ничего с Кристиной.

– А труп ее Демон сжигал?

– Труп?.. – Витя оторопело посмотрел на мента.