Вечер вне дома - Джеймс Хедли Чейз

Донован издал ворчание. Ему уже и так было достаточно успехов Дункана.

Они вошли в салон, и Лео прямо направился к корзинке для бумаг. Он начал перетряхивать содержимое под неприязненным взглядом Донована.

– Ну надо же. Еще одна улика, и прямо-таки тепленькая, – обрадовался Дункан. – Посмотрите, что я нашел! – Он положил на стол два обрывка визитной карточки. – У нас есть все! – торжествовал Лео. – Я знал, что окажусь прав. Вот номер телефона Карсон на обратной стороне карточки, которая принадлежит Паркеру. Я держу пари, что это Паркер порекомендовал девочку Холанду. Вот повеса, правда?

* * *

Лейтенант Адамс откинулся на спинку кресла, зевнул и решил, что день закончился без какого-либо значительного результата. «Бесполезно ломать голову, не имея копий распоряжений Донована по следствию и рапортов сержанта. Также нужно подождать, пока Дарси удастся что-нибудь разузнать о Джонни Дормане», – рассуждал Адамс. Ничего нового, казалось, не могло произойти до завтрашнего дня. Гарри собрался было уходить из кабинета, когда зазвонил телефон.

Лейтенант вернулся к столу и снял трубку. Ему в ухо пролаял голос:

– Говорит дежурный сержант. Тут пришел один тип, который хочет поговорить с инспектором, ведущим следствие по делу Карсон. Сержант Донован вышел, сэр, не хотите ли провести беседу с пришедшим?

– Да, пусть войдет, – распорядился Адамс. Он снова устроился за рабочим столом.

Через несколько минут в дверь постучали, и агент ввел в кабинет высокого темноволосого мужчину, бледность и выражение отчаяния на лице которого возбудили любопытство Адамса.

– Чем могу быть вам полезен? – осведомился он.

– Я Кенвей Холанд, – угасшим голосом произнес мужчина. Подождал, пока дежурный вышел, и продолжил: – Я человек, которого ищут и который находился с Фей Карсон прошлой ночью.

Удивление Адамса было так велико, что он прямо-таки вытаращил глаза и не соображал, как ему поступить со стоящим перед ним человеком. Но уже в следующее мгновение лейтенант овладел собой и, внимательно рассматривая Холанда, знал, что надо делать. Он не сомневался, что перед ним ночной посетитель дома свиданий: слишком напуган и совершенно точно совпадают приметы с полученным от свидетеля описанием визитера Лессингтон-авеню, 25.

– Вы назвались дежурному? – быстро спросил Адамс.

– Нет! – удивленно ответил Кен. – Он меня ни о чем не спрашивал.

К Адамсу полностью вернулось хладнокровие, и подумалось: «Хоть это хорошо. А если бы этот дурак Донован был тут, я узнал бы о заявлении Холанда слишком поздно, чтобы действовать. Но что мне делать с ним? Если тупоголовый сержант завладеет бедолагой до того, как я наложу лапу на Дормана, будет устроено так, чтобы отстранить меня от ведения дела, и этот несчастный даже не успеет понять, что с ним случилось, как очутится на электрическом стуле».

В течение нескольких секунд решение было принято.

– Почему вы не пришли раньше? – резким голосом, просто чтобы напугать, задал вопрос Адамс.

– Я… я думал, что меня не тронут, – сбивчивым голосом начал Кен. – Но теперь я понял, что это невозможно. Я хочу, чтобы вы знали: я не убивал ее. Я расскажу вам подробно, как это произошло.

– Хорошо, – согласился Адамс и кивнул головой, – но здесь неподходящее место для разговоров: звонит телефон, входят агенты. – Он взял шляпу и надел ее на голову. – Вы поедете со мной, – распорядился тоном, не терпящим возражений, и уточнил: – Вы приехали на своей машине?

В вопросе полицейского было беспокойство. Оно передалось и Кену, ответившему не сразу и очень тихо.

– Нет… взял такси.

Адамс удовлетворенно кивнул: если бы его посетитель оставил зеленый «Линкольн» перед зданием полиции, кто знает, возможно, какой-нибудь прохвост и опознал бы машину.

– Идемте, – велел лейтенант, устремляясь вперед по коридору.

Кен следом за ним вышел на улицу.

– Прошу! – Адамс указал на свой личный автомобиль.

– Но я не понимаю… – начал Кен.

– Вам нечего понимать, садитесь! – оборвал нетерпеливо лейтенант.

Кен уселся рядом с Адамсом, который молча погнал машину в неизвестном для Холанда направлении, пока не остановил ее у какого-то дома.

– Вот здесь я и живу, – заявил сыщик, предлагая жестом высаживаться. – У меня вы сможете все рассказать совершенно спокойно, не рискуя быть потревоженным.

Кен последовал за ним и на нижнем этаже был приглашен в комфортабельно обставленную гостиную.

– Будьте совершенно спокойны, – заверил Адамс, бросив в кресло свою шляпу. – Здесь вам никто не может помешать, располагайтесь.

– Я в растерянности, – начал Холанд, принимая приглашение и садясь. – Почему вы привезли меня сюда? Я хочу сделать заявление инспектору, занимающемуся делом Карсон. Это вы?

Адамс улыбнулся и, приготовляя два стакана напитка, объяснил:

– Я – лейтенант Адамс из уголовной бригады. Вы не можете этого знать, но было бы очень рискованно для вас довериться инспектору, расследующему убийство на Лессингтон-авеню. У него очень тугой ум. Садитесь и, не теряя времени, расскажите мне вашу историю. Я хочу знать, как вы встретились с Карсон и что произошло ночью, со всеми подробностями, какие только вспомните.

Кен изложил лейтенанту все, ничего не скрывая. Дойдя до конца, он почувствовал прилив надежды, заметив на лице инспектора выражение, близкое к сочувствию.

– Я понял, как неразумно было посещать девицу, и плачу очень дорого за эту ошибку. Но я не убивал. И если я сразу не заявил о своей непричастности к убийству, то только потому, что очень боялся, и не столько за себя, сколько за свою жену. Я хотел избавить ее от этого горя, но увидел, что уберечь от своего признания не смогу, а от общественной огласки – не в моих силах.

Адамс долго смотрел на Холанда, потом задумчиво погладил свой нос и признался:

– Если бы я был женат (а я, к счастью, таковым не являюсь), я действовал бы точно так же в подобных обстоятельствах.

– Значит, вы мне верите? – спросил Кен.

Адамс пожал плечами.

– Это не так важно, верю ли я вам или нет. Дело будет решать суд. Скажите, вам не приходила в голову мысль, что кто-то, кроме вас двоих, мог уже находиться в квартире? До того, как погас свет.

– Скорее всего нет.

– И вы не видели убийцу?

– Нет, было темно, как в подземелье. Я слышал, как он прошел через комнату, где находился я, открыл дверь и быстро побежал вниз, но даже тени этого человека-невидимки я не различил.

– А кричала ли девушка?

– Я не могу ответить ни да, ни нет: из-за раскатов грома трудно было что-либо расслышать.

– Этот толстый тип с болонкой как выглядит? Он плешивый, с крючковатым носом и торчащими ушами? – спросил Адамс и посмотрел на гостя выжидательно.