Ярость валькирии - Ирина Мельникова

— Он мне не дружбан! — буркнул Кирилл, наблюдая, как услужливые коллеги передают из рук в руки статью, не преминув скоренько пробежаться взглядом по строчкам. — Я не обсуждаю с ним ход расследования и не делюсь оперативной информацией!

— Не обсуждает он! — устало сказал Шишкарев и занял наконец свое кресло. — Объясни-ка, что за «достоверные источники» у нашей доблестной прессы? Или, думаешь, никто не знает, что ты от них подарки получаешь? Может, и на довольствии состоишь?

— Никаких подарков ни от кого я не получаю! — резко сказал Кирилл.

— Ну да? А машина от мадам Быстровой?

Статья наконец оказалась в руках у Кирилла, но от гнева буквы плясали у него перед глазами. Прочитать текст было непросто. Кирилл выхватил взглядом забойный заголовок, который Шмелев позаимствовал из песни «Утекай, в подворотне тебя ждет маньяк!»

Замечательно! Но почему он раньше не придушил этого писаку? Уже, глядишь, на свободу вышел бы, если б сочли, что убил в состоянии аффекта…

— Молчишь? — издевательски спросил Шишкарев.

Кирилл покраснел, затем побелел, решил, что терять по большому счету нечего, и дерзко произнес:

— Вы намекаете на мои коррупционные связи, товарищ полковник? Я считаю это неуместным и необоснованным, как и обвинения в корыстных отношениях со СМИ. Да, машину я купил в салоне, который принадлежит мужу Быстровой, и не считаю нужным это скрывать. Причем не новенькую, как тут судачат, а битую, после капремонта. Во-вторых…

— Он еще огрызается? — опешил Шишкарев.

— Во-вторых, вы в области недавно. — Миронов уже, как лось, выставил рога и пошел напролом сквозь таежные дебри. — И, очевидно, не знаете, что Быстрова окончательно завязала с журналистикой. Касательно Шмелева! Ни о маньяках, ни по другим поводам я с ним не откровенничал! Как вам известно, мне и моему отделу было чем заниматься последние двое суток. В-третьих, — он на миг перевел дыхание, — в статье ни слова не сказано о том, что в ходе осмотра в кабинете Чупиловой в сейфе обнаружена крупная сумма денег в рублях, долларах и евро, а также золотые украшения стоимостью чуть ли не в миллион рублей? Сейф был просто забит деньгами. Но этим фактом сейчас занимается управление по борьбе с коррупцией. Неужели вы думаете, что я рассказал о маньяке, но утаил не менее интересную для Шмелева информацию? Поэтому источником может быть кто угодно! Если есть более убедительные свидетельства допущенного мною должностного преступления, передавайте дело в руки ОСБ! Хочу, чтобы провели служебную проверку и по факту покупки машины, и по сливу оперативной информации!

Если в начале монолога Кирилл слегка запинался, то последующие фразы произносил на одном дыхании, а глаза его полыхали справедливым гневом. Мертвая тишина стояла в конференц-зале. Никто, даже из замов Шишкарева, не одернул, не поставил его на место. Миронова в управлении хорошо знали. Шишкарев же пришел в регион осенью, оперативной обстановкой пока владел неважно, да и успехами на прежних должностях похвастать не мог. Однако, будучи зятем руководителя главка МВД, легко перескочил с должности начальника угрозыска одного из подмосковных городов в кресло начальника полиции крупного сибирского региона, тем самым обеспечив себе трамплин для скорого прыжка в Москву.

— Ты глазами не сверкай! — зло, но уже тоном ниже сказал Шишкарев. — У меня с утра телефон раскалился. Из округа и от губернатора уже звонили, спрашивали, почему на моей земле маньяки разгуливают, а я даже ответить ничего не могу. Дело у кого? У тебя! И что я имею вместо обстоятельного доклада? Фигу с маслом! Зато у журналиста полный коленкор, включая имя последней жертвы и ее личные связи. Откуда, к примеру, Шмелев знает, что убитая Чупилова была близким другом, или, как я понимаю, любовницей бизнесмена Денисова, если в твоем рапорте этого нет?

— Личные контакты Чупиловой устанавливаются, — ответил Кирилл. — Люди работают, товарищ полковник. То, что Чупилова была любовницей Денисова, только догадки. К сожалению, сам Денисов пока не объявился…

— Так ищите Денисова! — Полковник с размаху пристукнул кулаком по столешнице. — Цепляйте его за шкирку!

— Он на зимней рыбалке, в тайге! Связи нет! Только если вертолет снарядить на поиски!

— Ишь, чего захотел! — скривился полковник. — Вертолет ему подавай! А может, МЧС по тревоге поднять?

— Я к тому, что у Шмелева есть непроверенные факты в статье, а это значит, его источник недостаточно информирован о ходе оперативно-разыскных мероприятий!

— Еще лучше! У прессы есть источники, а у полиции нет! Миронов, может, нам звание подполковника Шмелеву дать?

Кирилл промолчал. Уши и щеки горели, словно их натерли горчицей.

— Ладно, присаживайся! — смилостивился вдруг Шишкарев и повернулся к заму по оперативной работе. — Значит, так: это дело беру на личный контроль! Обо всех результатах докладывать мне незамедлительно! Организуйте пресс-конференцию… Кто тут у нас по связям с прессой?

— Я, товарищ полковник! — поднялась с места Марина Ушакова, подполковник и очень видная женщина.

— Марина Константиновна, соберете журналистов, но ни слова о маньяке… По оперативной информации Чупилова стала жертвой обычного разбойного нападения. И пообтекаемей, погибче… Ведется следствие, проводятся оперативные мероприятия, вышли на след подозреваемого… Напустите туману, ну не мне же вас учить? Потом доложите!

— Есть, товарищ полковник! — ответила Ушакова, помедлив, но судя по ее лицу, предстоящее мероприятие энтузиазма ей не прибавило.

— Ну и хорошо! — подытожил Шишкарев и хлопнул ладонью по столу. — И чтобы никаких приватных бесед со СМИ.

— Слушаюсь, товарищ полковник, но журналисты непременно спросят о маньяке. Что отвечать?

Шишкарев побагровел:

— Интересно, за что вам зарплату платят, Ушакова? Упор сделайте на последнее убийство наркодельцов и действия СОБРа в сложной ситуации. Что вы мнетесь, как ни разу не целованная…

Лицо Ушаковой пошло пятнами. Шишкарев движением руки приказал ей садиться и обратился уже к аудитории:

— Переходим к другим вопросам!

Кирилл поймал взгляд Ушаковой, недобрый и не предвещавший ничего хорошего, но, поскольку никакой вины за собой не ощущал, ответил ей безмятежной улыбкой. Воспользовавшись тем, что зам по оперативной работе начал обстоятельный доклад с анализа криминальной ситуации за прошедший месяц, Кирилл принялся за статью.

Шмелев, как всегда, был на высоте. Чего скрывать, он четко знал, как заставить взбодриться сонного после праздников обывателя. В присущих ему мрачных тонах он нагнал таких страстей, что волосы вставали дыбом. Если учесть, что труп Чупиловой нашли в субботу утром и до вечернего приезда в салон Никита, похоже, ничего не знал об убийстве, то за воскресенье он выполнил невероятно трудную и виртуозную работу. Умудрился даже выйти на след других жертв нападения, скорее всего, через контакты в хирургическом отделении больницы, и связал их с нападением на чиновницу. И, самое главное, указал, что всем женщинам изуродовали лица.