Рука и сердце Кинг-Конга - Елена Логунова

– Тебе-то ни фига, а деда какого-то замели! – настойчиво напомнила я, старательно сгенерировав фразу по представленному мне образцу.

Для нас, дипломированных филологов, нет непосильных конструкций!

– Какого деда? Офигенного Бровастика?

Рыжий, сам обладающий запоминающейся внешностью, оказывается, запомнил и необычное волосяное украшение Смеловского! По лаконичному, но меткому описанию я узнала своего пропавшего друга со стопроцентной уверенностью. С большим основанием, чем Макс, на прозвище «Офигенный Бровастик» мог претендовать разве что покойный генсек, а вероятность его появления в игорном клубе не стоила выеденной фиги.

– Да ни фига, не замели его! – Рыжий энергично помотал головой, вынудив меня зажмуриться: за пламенной шевелюрой в воздухе оставался трассирующий огненный след. – Утек Бровастик! А фигли ему? Кому он, на фиг, нужен?

«Мне», – подумала я, но ничего не сказала. Пиво сделало моего собеседника красноречивым, так что мне достаточно было молчать и слушать, пропуская фиговые словоформы сквозь дешифратор лингвистического чутья.

– Хотя, фигня, не фиг, кому-то, на фиг, да! – После длинного глотка Рыжий опроверг свое же предыдущее заявление.

– Впрочем, нет: сказав, что этот пожилой человек никому не нужен, я ошибся, – поднапрягшись, выдал вероятный литературный перевод мой внутренний голос.

– Он же к бабе пофигачил, – сказал Рыжий.

– К какой бабе? – живо спросила я.

– А фиг ее знает, к какой. Какая ему маякнула.

– Минуточку! – Я вскинула руки, как пленный фашист в кино про войну.

Для точности перевода требовалось досконально выяснить значение глагола.

– «Маякнула» – это что значит? Подмигнула, намекнула, посигналила?

– Да фигли! Звякнула!

– Чем, фигли, звякнула?! Колокольчиком на шее?! – вызверилась я, некстати вспомнив неотвязную корову, чтоб ей стать колбасой! – Шпорой на сапоге?! Рюмкой? Вилкой? Бутылкой?!

– Офигела? – укоризненно молвил Рыжий, при слове «бутылка» ассоциативно посмотрев на мое едва початое «Потемкинское темное». – Какой, на фиг, сапог? На мобилу она ему звякнула!

– Итак, «маякнуть» в данном контексте означает «позвонить по телефону»! – не упустил случай поумничать мой внутренний голос.

Я же раздраженно подумала, что для продолжения разговора неплохо было бы составить толковый словарик многочисленных производных от «фиги»! Бесконечные «на фиг», «не фиг», «ни фига», «фигня», «фиговина», «фигли» и «офигеть» превращали речь Рыжего в затейливое произведение орнаментального искусства. Переводить его тексты на нормальный русский язык было труднее, чем клинопись, – я даже вспотела.

Добытая в результате информация свелась к пониманию того, что мой верный поклонник без отрыва от поклонения мне, своему недосягаемому кумиру, основательно обаял какую-то более доступную даму. Я-то, конечно, знала, что у Макса полно обожательниц, но полагала, что его влюблености поверхностны и скоротечны. А тут, видите, какая-то подруга нетерпеливо назначила Смеловскому рандеву в неурочный час – на рассвете, и он побежал на свидание… Кстати, побежал или поехал?

– Не, машин ни фига не было, – ответил на этот мой вопрос разговорчивый Рыжий. – Бровастик пешком двинул. В ту сторону!

Я посмотрела в дальний конец улицы, припомнила план города и приблизительно определила целью движения Смеловского северо-западный район. Окраина, но очень уютная, и место престижное. Там клетка за клеткой тянутся кварталы частных домов, и старые хаты начала прошлого века почти полностью вытеснены солидными особняками-новоделами. Видать, подружка Макса не оборванка!

– Стало быть, она найдет возможность позаботиться о судьбе своего любимого! – сделал вывод мой внутренний голос.

И, поскольку мне лично заботиться о благополучии неверного поклонника расхотелось, я решила переложить ответственность за его судьбу на свою преемницу – новую пассию Максима Смеловского. Мне что, больше позаботиться не о чем?

– Неплохо было бы пообедать! – подсказал внутренний голос.

Я тепло попрощалась с Рыжим и ушла, завещав ему свое недопитое пиво, каковой ценный дар он принял весьма охотно.