Рейдер-2 - Павел Астахов

Утром было опознание с очной ставкой. Алла Фомичева пришла в сопровождении Гречко. На ней были солнцезащитные очки. Она села боком, в сторону Павлова не смотрела и, судя по мелкой дрожи в руках, сильно нервничала. В отличие от Артема, который свободно развалился в кресле. Закинув ногу на ногу, он пристально смотрел на своего обвинителя. Девушка говорила быстро и отрывисто, на вопросы отвечала односложно. По версии «потерпевшей», Павлов подобрал Фомичеву где-то в центре, в районе улицы Маросейки, после чего внезапно набросился на нее, пытаясь изнасиловать.

– У подозреваемого есть вопросы?

– Конечно. Скажите, госпожа Фомичева, сколько вам заплатили?

Девушка фальшиво кашлянула, словно желая потянуть время.

– Я не совсем понимаю…

– Вопрос не по существу, – перебил ее Акимов. – Если нет других вопросов, очная ставка считается законченной.

Фомичева расписалась в протоколе и быстро вышла из кабинета. Гречко последовал за ней.

– Вон она. Точно говорю, – сказала Полина. Она сидела в машине Шамиля и, осторожно выглянув наружу, сделала пару кадров, запечатлев момент, как девушка беседовала с Гречко. Никто из них не заметил, что их фотографируют.

Затем Фомичева забралась в сверкающий «Лендкрузер», Гречко сел за руль.

– Гляди, какие машинки себе наши полицейские покупают, – сказала Полина. – Я поеду за ней, – вдруг решила она. – А вы пообщайтесь с начальством, Шамиль Ренатович.

Саффиров недовольно скривился – эта идея ему пришлась не по вкусу.

– Не женское это дело – шпионить, – проворчал татарин. – Напортите что-нибудь.

– Шпионить – моя работа, – хладнокровно возразила журналистка. – Я вам позвоню.

С этими словами она выскочила из машины и рванула к своему автомобилю, который был припаркован в переулке. Джип Гречко уже выруливал с территории полицейского отдела, и Полина торопилась.

Тем временем Олег Еремин отвез жалобы Артема в приемную МВД, после чего поехал в Генпрокуратуру. Затем он наведался в офис Артема и договорился с начальником безопасности о сохранении видеозаписей с прошлого вечера на магнитные носители, тот дал указание сделать все незамедлительно.

Между тем в Интернете уже стала появляться информация о происшедшем со ссылкой на различные информагентства. Благодаря усилиям Полины сведения не носили изобличающий характер; наоборот, все СМИ в один голос утверждали, что случай с адвокатом Павловым попахивает элементарным «заказом», который связан с его работой по банку «Сатурн».

…Полина в этот момент ехала вслед за автомобилем, в котором находилась та, которую, по версии следствия, пытался изнасиловать Артем. Невесть откуда взявшаяся Алла Фомичева словно с луны свалилась. Полине хотелось получить ответы на многие вопросы в этой истории, причем немедленно, поэтому она, сжав зубы, не отставала от своей цели.

Учитывая плотный поток машин, бесчисленное количество светофоров и пробок, следовать за джипом и оставаться при этом незамеченной было чрезвычайно сложно, но Полина умудрялась держаться в тени и одновременно не выпускать из виду объект своей слежки. Наконец автомобиль остановился на улице Профсоюзной у торгового центра. Гречко с Фомичевой вышли из машины и свернули во двор. Полина быстро сделала еще несколько кадров, затем поспешила за ними, для себя решая, как она поступит, если не успеет добежать до подъезда. А если и добежит, то что она будет делать дальше?

Эх, была не была.

Дверь в подъезд уже готова была закрыться, как Полина проскользнула внутрь. Гречко окинул журналистку подозрительным взглядом, и у девушки на мгновенье упало сердце – а вдруг ее узнают? Она появлялась на экранах телевизоров не так уж редко. Правда, тогда на ней была несколько другая одежда и макияж с прической соответствующие, но тем не менее…

Однако ее не узнали. Гречко с Фомичевой стали подниматься по лестнице, а Полина вызвала лифт.

«Если они пошли по лестнице, значит, идти им на второй или, максимум, третий этаж», – лихорадочно соображала девушка. Лифт остановился, она вошла внутрь и вдруг услышала бряцанье ключей. Второй этаж.

Она нажала кнопку третьего этажа, и, когда лифт остановился, затаив дыхание, на цыпочках вышла на лестничную площадку. Снизу раздавался быстрый топот. Девушка посмотрела в окно – Гречко удалялся от подъезда.

Полина перевела дух и осторожно спустилась на второй этаж. Четыре квартиры, в какой-то из них прячут Фомичеву. Она прислонила ухо к одной из них и тут же отпрянула – оттуда слышался злобный лай. Из другой квартиры доносились детский смех и строгие окрики, по-видимому, матери. Здесь тоже, скорее всего, ловить нечего. У третьей двери она услышала женский плач и, не раздумывая, нажала кнопку звонка. Плач мгновенно прекратился. Полина позвонила снова. Когда ей не ответили и в этот раз, она решила идти ва-банк:

– Алла, откройте, – сказала она.

– Кто там? – сквозь всхлипывания услышала она.

– Откройте, пожалуйста. Я вам не враг и хочу помочь.

– Я не могу. Меня закрыли, – уныло проговорила Фомичева. В этот момент в подъезд кто-то вошел, и Полина замерла. Кто-то, мужчина или женщина, поднимался на второй этаж. Девушка попыталась вжаться в стену и чуть не крикнула, увидев Гречко.

– О, – без особых эмоций сказал полицейский. В одной руке он держал пакет, в котором, судя по очертаниям, находились бутылки и продукты, в другой – ключ. – Ты кто, киска?

– Откройте дверь и выпустите ее, – сказала Полина спокойно, хотя нервы ее были натянуты, как струны. Ее левая рука незаметно скользнула в задний карман, откуда она вытащила газовый баллончик.