Черное платье - Мария Шкатулова

Оставался пустырь, где часто собирались Сережины одноклассники, но и там, кроме нескольких собачников, не было никого. Наташа побродила еще около часа по окрестным переулкам и без сил вернулась домой.

Опять потянулись мучительные часы ожидания. Она то прислушивалась к каждому шороху, доносящемуся с лестничной клетки, то подбегала к окну, услышав голоса поздних прохожих, то без сил ложилась на постель. В какие-то моменты ей, как ни странно, удавалось ненадолго заснуть, и каждый раз, просыпаясь, она смотрела на часы, и ей казалось, что замедлился обычный ход времени, потому что утро не наступало. Или наоборот, она вскакивала в холодном поту, с ужасом представляя себе новый день со всеми его проблемами, которые через несколько часов неизбежно обрушатся на нее.

"Почему я решила, что Сережа появится утром, как тогда? И что я буду делать, если он не придет?"

Она снова ложилась, натягивала на себя одеяло и, закрыв глаза, молилась: "Сделай так, чтобы он вернулся. Сделай так, чтобы он вернулся". И проваливалась в зыбкий тревожный сон.

Утро было таким же, как всегда, если не считать того, что не было Сережи, и поэтому мир в ее сознании не склеивался в единую картину.

Она в оцепенении сидела на кушетке, спрятав лицо в ладонях и покачиваясь взад и вперед, будто собираясь с силами. "Надо встать, встать, встать", — стучало у нее в голове, но страх опутывал ее своей липкой паутиной, сковывал движения, туманил мозг. Вдруг она услышала резкий звонок. Она вскочила и как безумная бросилась к двери.

* * *

Это был не Сережа — перед ней стоял незнакомый мужчина лет тридцати пяти, и только сейчас она заметила, что на ней ночная рубашка.

— Извините, я сейчас…

Она бросилась в ванную и натянула на себя Сережин халат, который первым попался ей под руку.

— Это вы меня извините, — сказал мужчина. — Я, наверное, слишком рано? Боялся вас не застать.

Он вытащил из внутреннего кармана маленькую красную книжечку, раскрыл ее и показал Наташе.

— Капитан милиции Григорьев. А вы, если я правильно понимаю, Лиевина Наталья Владимировна?

Она почувствовала, как от страха у нее похолодели руки.

— Что с Сережей?

— С Сережей? Это ваш сын?

— Да. Что с ним?

— А с ним что-нибудь должно случиться? Откровенно говоря, я пришел по совершенно другому поводу.

— По какому? — спросила Наташа и в ту же секунду поняла, зачем он пришел.

"Хороший момент он выбрал для такого разговора, — подумала она. — Разве я способна сейчас что-нибудь сообразить? И что ему сказать? Давно надо было все продумать, давно".

Она провела его в комнату, усадила в кресло, а сама осталась на ногах.

— Наталья Владимировна, я пришел, чтобы поговорить о вашем бывшем муже, Павловском.

— Со мной? — она попыталась изобразить удивление.

— Когда вы видели его в последний раз?

— Не помню, несколько дней назад…

— Точнее.

— Послушайте, я сейчас совершенно не в состоянии говорить о своем муже… и вообще о чем бы то ни было. У меня вчера пропал сын.

— Как это — "пропал"?

Наташа рассказала.

— Вы пробовали его искать? Вы знаете, где он бывает?

— Да. По крайней мере, здесь, в нашем квартале.

— Друзьям, приятелям звонили?

Наташа покачала головой.

— Никто не знает, где он…

— У вас самой есть какие-нибудь предположения по поводу его исчезновения?

Наташа помолчала.

— Может, вы все-таки сядете?

Наташа опустилась на стул и перевела дыхание. Сердце у нее отчаянно билось.

— Некоторое время назад я узнала, что он… пробует наркотики. Он украл у меня из сумки все деньги… и исчез. Его не было всю ночь. Утром он вернулся… ему было очень плохо, и я… я побежала за врачом, в диспансер, и он… помог ему… А потом…

— Потом вы заперли его дома.

Наташа вздрогнула.

— Откуда вы знаете?

— От него самого. Я к вам заходил…

— К нам? Когда?

— Разве Сережа вам ничего не сказал?

— Нет, я ничего не знаю… Зачем? Когда это было? — Наташа смотрела на него почти с ужасом.

— Дней десять назад. Сережа объяснил, что вы его заперли и что ключ у соседки. Она и пустила меня в квартиру… Она вам тоже ничего не рассказывала? Странно…

— Меня все это время не было дома: моя мама лежит в больнице с инфарктом, и я…

— Это я тоже знаю. Наталья Владимировна, я пришел к вам по совершенно определенному делу, и мне нужно, чтобы вы ответили мне на несколько вопросов. Без этого я просто не имею права от вас уйти. А потом я постараюсь вам помочь в поисках сына. Договорились?

— Спрашивайте.

— Когда вы в последний раз видели вашего бывшего мужа?

Наташа немного подумала.

— В ночь с девятого на десятое мая.

— В ночь?

— Девятого вечером я вернулась в Москву и…

— Вы куда-то уезжали?

— Да, в Париж.

— Надо же, в Париж! Так, и что же?

— Он позвонил, когда я уже спала… Было часа два или три. Он попросил отдать ему то, что я привезла…

— И… что вы ему привезли? Если не секрет?

— Какой-то конверт.

— Конверт? Вы уверены, что это был именно конверт?

— Конечно, уверена. Обычный конверт.

— Вас не удивило, что он приехал к вам ночью?

— Удивило… Но он сказал, что только что вернулся из какой-то поездки.

— Вам, очевидно, известно, от кого было это письмо?

— Почему вы думаете, что мне это известно?

— Но ведь вам его кто-то передал, там, в Париже?

— Какой-то человек подошел ко мне в аэропорту и попросил передать. Больше я ничего не знаю.

— Человек, говорите? И вы опять не удивились?

— Чему я должна была удивляться?

— Тому, например, что он вас знает.

— Дело в том…

— Да?

— Мы с ним уже виделись, когда я прилетела в Париж.

— С какой целью?

— Павловский попросил меня передать посылку человеку, который ко мне подойдет…

— Что за посылка?

— Не знаю. Маленький сверток.

— Насколько маленький?

— Вот такой, — Наташа показала.

— Вы получили его от мужа?