Мыс Грома - Джек Хиггинс

— Все образуется, девочка, милая, так всегда бывает, это единственное в нашей проклятой жизни, в чем не приходится сомневаться. А теперь ешь сандвич, это тебе не повредит.

Крематорий находился в Хампстеде. Это было здание из красного кирпича, весь вид которого достаточно красноречиво свидетельствовал о его предназначении, однако вокруг него простирался радовавший глаз парк. Повсюду виднелись тополя, клумбы роз и других цветов всех мыслимых расцветок и сортов. Когда подъехал «даймлер-бенц», Диллон сидел впереди, рядом с водителем, а Фергюсон, Трэверс и девушка разместились сзади. Старик Кокс ждал их на верхней ступеньке лестницы. На нем был строгий черный костюм.

— Поскольку вы просили, чтобы никакой церковной службы не было, я распорядился, чтобы гроб внесли внутрь, — сказал он Фергюсону. — Вероятно, леди хотела бы в последний раз взглянуть на покойника?

— Благодарю вас, — сказала Дженни.

Она последовала за ним, поддерживаемая под руку Траверсом. Фергюсон и Диллон замыкали шествие. Часовня была обставлена очень просто — несколько рядов стульев, аналой, распятие на стене. Гроб стоял на задрапированном бархатом помосте, обращенном к стене, в которой за занавесом скрывался проем. Чуть слышно играла музыка, доносившаяся из некоего скрытого магнитофона, заунывная, монотонная мелодия. Общее впечатление было угнетающим.

— Не хотели бы вы снова увидеть покойника? — спросил Кокс Дженни.

— Нет, благодарю вас. Я просто хотела с ним попрощаться. А теперь начинайте.

Ее глаза были совершенно сухи, когда Кокс нажал на кнопку ящика на стене. Гроб плавно двинулся вперед, раздвинул занавес и исчез.

— А что там? — спросила она.

— Кремационный зал. — Кокс, похоже, смутился. — Там находятся печи.

— Когда я смогу получить его прах?

— Сегодня, во второй половине дня. А как вы намереваетесь им распорядиться? Разумеется, одни предпочитают развеять его в нашем прекрасном саду, но у нас есть и колумбарий, где можно будет поставить урну, сопроводив ее соответствующей табличкой.

— Нет, я заберу прах с собой.

— Прямо сейчас это не представляется возможным. — На это потребуется время.

— Может, вы распорядитесь, чтобы прах был доставлен ко мне домой на улицу Лорда Норта в каком-нибудь подходящем сосуде, — смущенно сказал Трэверс.

— Конечно, — ответил Кокс. Он повернулся к Дженни. — Наверное, мисс Грант, вы намерены вернуться обратно домой на остров в Карибском бассейне? У нас есть подходящий контейнер для транспортировки праха.

— Благодарю вас. Теперь мы можем идти? — спросила она, обращаясь к Фергюсону.

Трэверс и Дженни сели в «даймлер-бенц». Диллон задержался, стоя на верхней ступеньке лестницы. У въезда на центральную аллею была припаркована машина, рядышком с ней стоял Смит и смотрел на них. Диллон сразу его узнал, но в этот момент Смит вскочил в машину, и она тут же умчалась.

Когда Фергюсон вышел из часовни, Диллон сказал:

— Один из тех двоих мужчин, которых я встретил на опознании у коронера, мгновение назад стоял вон там. Он только что уехал.

— В самом деле? Вы успели заметить номер?

— Разглядеть его не было возможности, машина стояла под слишком тупым углом ко мне. По-моему, «рено» голубого цвета. Похоже, вы не слишком этим обеспокоены.

— А с какой стати мне беспокоиться, ведь у меня есть вы, разве не так? А теперь садитесь в машину, вот так. — Когда машина тронулась, он потрепал Дженни по руке. — С вами все в порядке, дорогая?

— Да, все нормально, не беспокойтесь.

— Я вот о чем подумал, — сказал, обращаясь к ней, Фергюсон. — Если Генри не рассказал вам о точном местоположении подводной лодки, то, возможно, он рассказал об этом кому-нибудь другому? Что вы на это скажете?

— Нет, — твердо ответила она. — Если он не рассказал мне, то другим и подавно.

— Вы хотите сказать — никому из других ныряльщиков. У него, наверное, были друзья, которые, как и он, занимаются нырянием, или кто-то из ныряльщиков, кто мог бы ему помочь.

— Разве что Боб Карни. Он знает все Виргинские острова как свои пять пальцев.

— А он занимается нырянием?

— Он учил Генри. Он дока в этом деле. Служил в морской пехоте во Вьетнаме, затем работал ныряльщиком на нефтяных буровых установках. На Сент-Джоне он живет уже несколько лет.

— Иными словами, если бы Генри понадобилась помощь, то он, скорее всего, обратился бы к нему?

— Думаю, что да, но я не стала бы рассчитывать на это. Там воды на всех хватит.

Свернув на улицу Лорда Норта, «даймлер-бенц» остановился. Трэверс вылез из машины первым и подал руку Дженни.

— У нас с Диллоном еще есть дела, — сказал Фергюсон. — Увидимся позднее.

Диллон удивленно обернулся.

— Что еще стряслось?

— У меня назначена встреча с заместителем директора Управления безопасности Саймоном Картером и одним из замов министра Фрэнсисом Пэймером на террасе парламента. Мне нужно будет проинформировать их о своих планах, и я подумал, что мы от души повеселимся, если я возьму вас с собой. В конце концов, Диллон, Саймон Картер годы потратил на то, чтобы изловить вас.

— Пресвятая Богородица! Какой же вы злой, бригадный генерал.

Взяв трубку телефона в салоне автомобиля, Фергюсон набрал номер Лейна в Министерстве обороны.

— Джек, американец, зовут Боб Карни, живет на острове Сент-Джон, в настоящее время занимается нырянием, раньше служил в морской пехоте во Вьетнаме. Все, что сможешь раскопать. ЦРУ должно нам помочь.

Он положил трубку.

— А что вы теперь замышляете, старый лис? — спросил Диллон.

Но Фергюсон промолчал и, скрестив руки на груди, прикрыл глаза.