Операция «Вариант» (Как закрывается «Ящик Пандоры») - Андрей Шестаков

цен на нефть и стремлением руководства СССР не допустить снижения и без того катастрофически низкого жизненного уровня трудящихся. На Западе, разумеется, понимали эту ситуацию и год от года ужесточали кредитные условия для нашей страны. Судя по данным Минфина в 1985 году долг СССР составлял 28 миллиардов долларов. С 1986 года с каждым новым кварталом все большая доля выручки от экспорта нефти и газа уходит на обслуживания внешнего долга.

Все это время СССР по нарастающей дотировал братские восточноевропейские страны…

Соболев, сам писал эту лекцию, поэтому отвлекся и вспомнил, как накануне Степной был против того, чтобы излагать аналитикам эти, как он выражался «провокационные» материалы. Полковник все-таки отстоял свое мнение и, чтобы зам проникся «нужностью» этого доклада, попросил его прочитать эту лекцию. Сейчас, убедившись, что Степной вошел в роль античного педагога, изрекающего неведомые студиозусам истины, Соболев, сделав знак докладчику, чтобы он продолжал лекцию, тихо извинился и вышел.

21 марта 1988 года (понедельник) — 12.45. Москва КГБ СССР

Самым сложным в подготовке старшего лейтенанта Тоболина к операции «Вариант», стал фактор его психологической неготовности к выполнению ключевого момента задания — подбросить образцы земли с полигона американскому специалисту.

"Омега" был высоконравственным и хорошо воспитанным человеком, тонким, ранимым и думающим, и надо было убедить его в правоте задуманного, чтобы он в решающий момент действовал жестко и решительно, не задаваясь вопросами этического характера. Дополнительная сложность подготовки заключалась в том, что, старлей сразу после школы КГБ попал в аналитическое подразделение и оперативную работу знал только в теории.

Полковник Соболев терпеливо и настойчиво убеждал «Омегу», что оперативник, когда наступает решающая фаза реализации любой операции должен действовать быстро и эффективно. Но Тоболин не собирался быть бездушным роботом — исполнителем, и задавал правильные по своей сути вопросы. Соболев каждый раз приводил все новые и новые примеры негативных сторон в деятельности различных спецслужб мира. При этом полковник часто мысленно задавался вопросом каким образом старлею удалось с отличием окончить Высшую школу КГБ СССР?

И вот когда в течение последних двух дней, все вопросы и нюансы операции «Вариант» были проработаны по всем составляющим, включая самые неожиданные "вводные", Тоболин задал очередной "убийственный" вопрос:

— А разве это законно подбрасывать запрещенные предметы честному человеку только потому, что мы боремся с ЦРУ? Нас учили, что высшее искусство контрразведчика переиграть противника, а мы пытаемся достичь результата ценой прямого обмана, подставляем невиновного человека.

— А тебе не говорили в детстве, что подглядывать, подслушивать, читать чужие письма, рыться в чужих вещах — нехорошо? — сорвался на повышенный тон раздраженный "наивным" вопросом Соболев.

— Говорили…

— Ну так вот, спецслужбы всего мира, и КГБ в том числе, только этим и занимаются. Значит, по-твоему, получается, что у нас служат люди сплошь безнравственные и беспринципные? — задал вопрос полковник, и не дожидаясь ответа продолжил. — Нет! И еще раз нет! У нас работают глубоко порядочные люди! Настоящие патриоты своей Родины! Нам поручено обеспечивать государственную безопасность страны и миллионов советских граждан. И если ради спокойной жизни наших людей надо будет следить (или по твоему кодексу подглядывать) за каким-нибудь террористом, то мы обязаны это делать день и ночь, везде и всегда. Ты это понимаешь?

— Понимаю…, — неуверенно ответил Тоболин, и через паузу настойчиво продолжил. — А этот американский ученый, которого я выберу и "подставлю". что с ним дальше будет?

— А если ЦРУ сорвет проведение САИ и продолжится безудержная гонка ядерных вооружений, которая может закончиться ядерной войной и всемирной катастрофой? — неожиданно совершенно спокойно вопросом на вопрос, ответил Соболев. — Тебе будет легче сознавать, что ты мог все это предотвратить, но ничего не сделал?

Спецслужбы — это государственный институт, который будет всегда, при любых условиях, выполнять работу для которой создан — добывать информацию, вербовать агентов влияния, проводить "специальные акции" и делать многое другое, что не вписывается в рамки всеобщей морали и нравственности. И все это делается ради спокойствия миллионов людей, чтобы они могли счастливо жить, любить, играть свадьбы, растить детей.

Наши противники, в данном случае ВПК США преследует другие цели, которые заключаются в получении дополнительных прибылей. Ради этого они готовы пойти на любые преступления вплоть до организации вооруженных конфликтов, а если понадобится даже развязать войну. Для этого они содержат и используют свои спецслужбы. И поэтому против агрессивных замыслов ЦРУ, мы, советские контрразведчики, должны действовать решительно и бескомпромиссно. Мы не всегда знаем, что готовит против нас противник, но ни при каких обстоятельствах не должны допустить нанесения вреда нашей стране, поэтому вынуждены прибегать к таким же радикальным методам и мерам, которые применяют против нас.

— Я все понял, — твердо сказал Тоболин.

— Тогда подведем итоги, — устало сказал полковник. — В результате анализа сложившейся на сегодняшний день ситуации я уверен, что ЦРУ по заданию ВПК США готовится сорвать САИ. В Семипалатинске у них последний шанс это сделать, поэтому они будут готовы на все. Я полагаю, что они пойдут даже на убийство. Одна из возможностей, чтобы это предотвратить наша операция «Вариант».

Чтобы не произошло в Семипалатинске, тебя это не касается. По сигналу «Эгида» ты начинаешь действовать. Это кодовое слово во время разговора по телефону произнесу я или кто-то из нашей аналитической группы: подполковник Степной, подполковник Еркенов, капитан Рязанцев. Они не знают, что это слово означает. Но передадут тебе в нужное время, если у меня не будет возможности сделать это лично. Получив сигнал, ты немедленно приступаешь к выполнению операции. Все детали мы уже обговорили. И запомни, Олег Алексеевич, сентиментальность и сердобольность в нашей работе плохие помощники, они губят контрразведчика. Мы действуем во благо своей страны. И это главное. Твое задание исключительно важное. Это будет последняя возможность, чтобы спасти САИ. Иди, подумай и сделай, когда придет время все как надо.

29 марта 1988 года (вторник) — 10.00. Москва, КГБ СССР

Генерал-лейтенант Туманов, вернувшись из очередной командировки в Азербайджан, вызвал начальника 1 отдела на доклад.

Соболев бодро, как любит начальник, отрапортовал о ходе операции «Паритет».

— Значит все пока по плану? — задумчиво как бы у самого себя спросил генерал. — В Женеве тоже все идет нормально. Мне с утра товарищ из ЦэКа звонил. Вот видишь, а ты полковник мне голову морочил своими догадками о заговорах в ЦРУ.

Сказав последнюю фразу Туманов, изучающе посмотрел на Соболева, и сделал неожиданное предложение:

— А давай мы эту твою группу аналитиков в ЦэКа передадим пусть по Закавказью поработают. Там они сейчас будут нужнее.

Полковник понимал, что генерал не сейчас придумал этот