Синяя рука - Эдгар Уоллес

«Пелеагу» качало всё сильнее, и Ева с трудом удерживала равновесие. Она взяла два кресла, которые не были привинчены к полу, и приставила их к двери. Затем обыскала все ящики шкафов, надеясь найти там какой-нибудь острый инструмент. Но нашла только щётку для волос, изящно покрытую золотом. Видно её забыл Махилья. Спать она боялась. Сидела в кресле с мрачным предчувствием беды и смотрела на дверь. Шли минуты, но никто не делал попытки ворваться к ней. Она не знала, что Дигби было сейчас не до неё. Он читал новые телеграммы. «Капитанам и старшим офицерам всех судов его Величества, всем мировым судьям и полицейским властям Великобритании и Ирландии. Задержите и арестуйте Дигби Гроута. Рост один метр семьдесят сантиметров, сложения крепкого, тёмный цвет лица, небольшие чёрные усы, но они могут быть сбриты. Говорит по-испански, по-португальски, по-французски. Имеет диплом врача. Вероятнее всего находится на борту яхты „Пелеага“. Этот человек преследуется за убийство и предводительство шайкой грабителей. Адвокат мистер Солтер объявил вознаграждение в 5000 фунтов тому, кто задержит преступника. Есть предположение, что он держит в заточении Доротею Дентон возраста двадцати двух лет. Гроут опасен, при себе имеет огнестрельное оружие».

— Поймите меня правильно, сэр, — сказал капитан, изучающе рассматривая побледневшее лицо Гроута. — Я попал в скверное положение.

— Говорите откровенно, что вы хотите сделать?

— Это зависит от того, как вы будете себя вести. Я не предатель и готов оказать вам всяческие услуги. Но здесь история, связанная с убийством. А я не хотел бы быть вашим пособником.

— А я не убийца. Зарубите это себе на носу. И вы — мой подчинённый. Не забывайте об этом.

В руках Дигби блеснул револьвер:

— Вы будете исполнять все мои приказания.

На капитана яхты эти угрозы не возымели действия. Он продолжал спокойно созерцать пепел своей сигары.

— Сэр, мне не первый раз угрожают револьвером, — сказал он холодно. — Я испугался только раз, когда был очень молод. А теперь у меня большая семья в Бразилии, которая мне стоит много денег. Если бы я был богат, то не исполнял бы прихоти своих работодателей. Если бы у меня было, скажем, сто тысяч фунтов, я купил бы на родине плантацию и провёл на ней остаток своей жизни спокойно и молчаливо.

Он подчеркнул особенно последнее слово.

— А могли бы вы выражаться пояснее? Насколько я понял, вы готовы доставить меня в Бразилию за сто тысяч фунтов, а иначе передаёте меня властям?

— Я ничего такого не говорил, сеньор. Ведь ваша милость хочет жениться на прекрасной сеньоре, которая очень богата. И вы хотите счастливо жить в Бразилии, и я тоже. Мне кажется, если бы я обратился с таким предложением к вашей спутнице, она приняла бы его.

— Хорошо. Я вам заплачу.

— Погодите, есть ещё один вариант. Предположим, что я её друг и потому высаживаю вас на берег в следующем порту. Тогда мы могли бы поделиться вознаграждением.

— Я никогда от неё не откажусь.

— Как хотите. Только постарайтесь завтра принести деньги ко мне в каюту.

Дигби понимал, что круг сужается. Но у него оставались ещё две надежды. Во-первых, трудно настигнуть яхту при её теперешнем курсе, а во-вторых, никто не докажет, что он убил Фуэнтеса. Тем более, что Ева здесь. А кроме нее никто не видел сцены убийства. Впрочем, об этом с ней стоит поговорить.

Но войти в комнату Евы ему помешал смуглый великан, который, вежливо его приветствуя, не сдвинулся с места.

— А ну прочь с дороги, черномазина!

— Не позволено, — бесстрастно парировал матрос.

— Кто вам приказал тут стоять? — Гроут побагровел от гнева.

— Капитан, сэр.

Дигби поднялся наверх, чтобы выслушать объяснения капитана. Он застал того на мостике. Капитан всматривался в морскую даль, где то и дело вспыхивал тонкий луч прожектора.

— Почти в нашем кильватере следует военный корабль. Не знаю, может он проводит манёвры, а может преследует нас.

Капитан отдал приказание, и на яхте мгновенно потухли огни. «Пелеага» повернула вправо и стала описывать полукруг. Перед лицом опасности Дигби позабыл о неприятной сцене у двери каюты. Лучи прожектора плясали по волнам, постепенно отдаляясь от яхты.

— Попытаемся проскочить между ирландским берегом и этим судном, — объяснил суть манёвра капитан.

— Но мы теряем драгоценное время.

— Лучше потерять время, чем свободу. — Против этого мнения Дигби нечего было возразить. Когда опасность миновала, он поинтересовался, почему у каюты дамы выставлен часовой.

— Судьба этой сеньоры всецело связана с исполнением вашего обещания, — сказал он корректно. — Но я же дал слово…

— Но пока не сдержали его.

Да, с этим человеком спорить было трудно. Пришло время подумать о себе. А его судьба всецело зависела от действий капитана. Здесь нельзя было продешевить. Дигби отсчитал четыреста тысяч долларов и передал их капитану. Тот молча проверил сумму и остался доволен.

— Ваше превосходительство очень щедры.

— И уберите часового.