Искатель, 2005 №2 - Андрей Ивахненко

— Почему у «нашего» Тропинина?

— Почему? Да потому что он почти всю республику под себя подмял.

Мулько затушил сигарету и поднялся.

— Спасибо, Вадим, что уделил мне время, — сказал он. — Но еще одна просьба: нужен компьютер, чтобы просмотреть одну «компашку». Наверняка в школе есть кабинет информатики.

— Поздно уже, — посмотрев на часы, ответил Храмов. — Закрыт он. Но компьютер есть у меня дома, поэтому давайте-ка пойдемте ко мне. Кстати, вы ужинали сегодня?

— Я сегодня даже не обедал, — усмехнулся Мулько…

На ужин Мулько и Храмов получили миску овощного салата, по тарелке пельменей, по куску хлеба и по стакану компота из сушеных яблок. Поставив все это на стол, рыжая хозяюшка вопросительно взглянула на брата.

— Еще что-нибудь? — поинтересовалась она.

— Выкладывай, коли есть что. А хлеба-то чего пожалела?

— А вы его купили, Вадим Семенович? — Ехидная улыбка сделала огненные кудряшки их обладательницы еще ярче. — Я же тебе сегодня в школе напоминала. А ты?

Виновато вздохнув, Храмов полез в карман.

— А я забыл, принцесса ты моя. На вот, сходи сама, магазин еще открыт, — он протянул ей деньги.

— Этого мало, братик. Нет, на хлеб, конечно, хватит, а вот на мороженое…

Мужчины не смогли удержаться от смеха.

— Вы одни живете? — спросил Мулько, когда девочка ушла.

Вадим кивнул.

— Отец летчиком-испытателем служил. Погиб, когда Юльке только-только годик исполнился. Мать и раньше-то не пренебрегала стаканчиком-другим красненького, а тут взялась за это дело всерьез. Пила много и подолгу, могла месяцами из запоя не выходить. Через несколько лет деградировала полностью, из дома распродала все, что можно было продать. Сначала я ее жалел, потом терпел, но в итоге мне ее выходки надоели, и я подал заявление о лишении нашей мамаши родительских прав. — Вадим помолчал немного. — А в «наказание» за это она решила нас с Юлькой оставить. Ушла из дома как была — в халате и тапочках, и где она сейчас, мы с сестричкой понятия не имеем. — Тут Вадим спохватился: — Да что это я! Вы ешьте, Александр Иванович, ешьте. Остынет все.

Едва заметно кивнув, Мулько взял в руки ложку…

На раскаленный город надвигались душные сумерки. В открытую форточку доносился гомон детворы и приглушенный рев автомашин с улицы.

Вернулась из магазина Юлька. Положив пакет с хлебом на холодильник, хозяйским взглядом окинула стол, за которым сидели мужчины. Спросила брата:

— Хлеб отрежешь сам или мне отрезать?

— Уж будьте любезны, барышня, поухаживайте, — отозвался Вадим.

Выполнив его просьбу, она ушла в комнату, негромко включила телевизор.

— А где их, Александр Иванович?.. — спросил Храмов. — Я про Сережку с Ларисой…

— Прямо в центре, на площади Тукая. Заряд был такой силы, что снесло навес над входом в гостиницу и повыбивало стекла на этажах. Их… — Мулько запнулся, — их тел я не видел: приехал туда слишком поздно. Да и смотреть там было бы не на что, больше чем уверен.

— Взрыв как-то связан с ее работой у денежного мешка?

— Есть некоторые предположения, но о них я тебе расскажу, когда тщательно проверю факты. Не ранее.

Храмов отправил в рот последнюю ложку, сделал несколько глотков из стакана.

— В моем сознании это до сих пор не укладывается, — он покачал головой. — Ну, хорошо, пусть эти сволочи решили убить женщину. Но мальчишку-то зачем?! Чем ребенок им помешал, гнидам этим?

— Думаю, что знаю чем, но об этом, Вадим, тоже потом.

Храмов залпом осушил стакан компота, поднялся, налил себе еще. Снова сев за стол, скорбно покачал головой.

— Какой парень рос! Умница, отличник, физкультурник заядлый. Он ведь каждое утро на пробежку выходил, Александр Иванович. Снег, град — ему все нипочем. А машину как водил! От роду восемь лет-то было всего.

— Она давала ему водить?

— Да. То есть не в городе, конечно. Мы регулярно на природу выезжали, в лесопарк под Ясноволжском, там Лариса и сажала Сережу за руль. А рулил он в одиночку, самостоятельно, пока мы с ней полянку накрывали под «бычьим сердцем».

— Под чем, под чем? — сдвинул брови Мулько.

— Место у нас там было. Наше место. «Бычьим сердцем» она называла дерево — искалеченную сосну. Ствол у этой сосны делился надвое, расходился в стороны, и выше эти две половинки срастались вновь. А там, где ствол раздваивался, — дупло. Если смотреть издалека, сосна эта — вылитое сердечко, правда перевернутое. Ну, а бычье… Наверное, потому, что могучее оно, огромное.

Мулько отлично знал это «бычье сердце». Мало того, он был знаком с этим деревом с детства и однажды сам придумал ему имя. А потом познакомил с сосной Ларису. Та поляна была ИХ местом, Храмов опоздал на целую жизнь. Только… Только он ничего не будет говорить учителю, бедняге и так сегодня досталось…

— А примерно за месяц до того, как она ушла, — продолжал Вадим, — я почему-то сейчас вспомнил, — мы стали чаще бывать на нашей поляне. Сережка просто светился от счастья, ведь в каждый приезд туда он брал в руки руль. И каждый раз Лариса просила меня присматривать в машине за мальчишкой, чего никогда раньше не делала, а на мои попытки выяснить причину отвечала, что просто хочет посидеть одна… Мне кажется она уже тогда решила, что нам не быть вместе…

— В ее квартире собрана целая библиотека. Давно она увлеклась чтением детективов?

— Давно. Когда мы познакомились, на книжных полках уже не было свободного пространства.

Храмов замолчал, майор тоже сидел молча. Сумерки становились гуще, за окном настойчиво плакала сигнализация. В комнате приглушенно работал телевизор, в трубах под мойкой булькала вода.

Мулько достал из кармана рубашки мобильный, набрал номер.

— Как дела, Тарасов? Где ты сейчас?

— Отъезжаю от виллы Тропинина, Александр Иванович. Объект сегодня почти не покидал офиса и только что приехал домой… Товарищ майор, меня затребовал полковник. Сказал, чтобы я срочно прибыл на Дачу, раз уж все равно без дела слоняюсь. Говорит, есть у него для меня срочное поручение часа на два… Где мы с вами увидимся?

— На квартире, тезка. Все, отбой…

Мулько убрал мобильный и достал компакт-диск.

— Как с компьютером, Вадим?

— Пойдемте, — поднялся Храмов.

Они прошли через зал, поблагодарили Юльку и удалились в кабинет учителя.

Глядя, как ловко его пальцы бегают по клавиатуре, Мулько поинтересовался:

— Где ты с этой техникой управляться научился?

— Я факультет ВМК оканчивал, — ответил Вадим. — Здесь, в нашем университете.

— А если вдруг придется пароль взломать, сможешь?

— Это смотря что за пароль. Кое-какие легко вскрываю, над иными потеть приходится, ну,