Я убью тебя, менеджер! - Евгений Зубарев

– Сам ты мистер Хрен! Живу я тут, – грубо оборвал его я, но бармен в ответ лишь довольно рассмеялся. Он быстро отмерил мне две водки, включил кофейную машину, а потом наклонился через стойку:

– Короче, слушай анекдот в тему. Заходят в бар блондинка, негр, адвокат, лесбиянка и гомосексуалист, подходят к стойке, одновременно садятся и смотрят на бармена. Бармен: «Блин, ну и кто из вас первым прочтет мне лекцию о политкорректности?»

Я устало улыбнулся, положил на стойку пятисотенную бумажку и забрал водку. Сдачи мне там полагалось меньше полтинника, так что я без сожалений решил оставить ее веселому бармену.

Николай принял стакан с водкой благосклонным кивком, а когда я уселся напротив, негромко сказал мне:

– Ты ведь про чукчу узнать хотел? Как его там звали…

Я достал из кармана блокнот и прочитал вслух:

– Семен Эргерон, уроженец города Анадырь. Насильно увезен неизвестными из номера гостиницы ЛДМ в пятницу, около 23.00.

– Ага. Так вот, я в ту пятницу не работал. Я в тот вечер дома сидел, телик смотрел. – Николай одним большим глотком отхлебнул всю водку из стакана, положил свой выбритый до синевы подбородок на руки и принялся задумчиво хрустеть льдом, слегка наклонив набок стриженую голову, как будто прислушиваясь к смачному хрусту собственных зубов.

Я помалкивал, пока еще ничем не выдавая своего раздражения. Николай с интересом посмотрел на мое лицо, потом проглотил наконец свой лед, поднял голову и с некоторой долей возмущения спросил:

– А где мой кофе? Ты что, не заказывал?

Я повернулся к стойке, и оттуда немедленно раздался голос бармена:

– Да несу уже, несу.

Бармен действительно принес чашку кофе и пару пакетиков сахара, а уходя, заговорщически подмигнул охраннику и забрал у него пустой стакан из-под водки.

Николай вскрыл оба пакетика с сахаром, высыпал их в чашку и принялся молча мешать.

Я устал молчать, поэтому решил спросить его прямо:

– Ты что, вообще ничего не можешь рассказать о похищении?

Николай торопливо отпил большой глоток кофе, зашипел, обжигаясь, отставил чашку в сторону и наконец ответил:

– Был бы ты белым, хрен бы я чего тебе сказал. Но меня еще в пионерах так задолбали угнетенными американскими неграми, что я до сих пор вашего брата жалею. Да и скучно здесь ужасно. Зато, бывало, сидишь в дежурке, смотришь телик, пиво пьешь и все такое, а тут звонок по телефону. Типа, супруга интересуется: «Ты не забыл, что завтра к теще диван перевозить? А помнишь, что ребенку кимоно срочно нужно? Продукты еще купи, Вася, завтра тетка из Воронежа приезжает!» А ты не Вася, ты Коля! И на душе сразу такой праздник начинается!

Я совершенно растерялся, потерял нить беседы и вообще забыл, зачем пришел в эту третьеразрядную захудалую гостиницу. Николай все прочел на моем лице и предупредительно поднял руку:

– Да ладно, не трепыхайся, все пучком. Короче, давай так: ты нам поможешь, а мы – тебе. Согласен?

В ожидании очередного подвоха я только и смог выдавить из себя ни к чему не обязывающее «ну?», и тогда Николай вытащил из-за пазухи ксерокопии каких-то документов, яростно бросил их на стол, после чего начал свой рассказ:

– У нас ЧОП, скромненький, двадцать человек в штате. Знаешь, что такое ЧОП? Частное охранное предприятие. Брательник мой в этом ЧОПе директор, а я, как видишь, под ним работаю. И так мы жили не тужили с момента основания конторы десять лет назад. Но в прошлом году у кого-то там в Москве с головой случилась беда. Из МВД нам сюда, в Питер, приказ спустили – половину оружия, какое частные охранники используют в работе, заменить на игрушечное. А у нас под охраной, кроме этого клоповника, еще два серьезных склада – там и видеоаппаратура, и компьютеры, и кофе в зернах, и еще кое-что, недешевое. И грабят лихие людишки такие склады с автоматами в руках, так что нам их охранять безоружными никак нельзя. Понимаешь проблему, да?

Я оживился, потому что это было то, что у любого профессионала называется «темой». Это была моя тема, и, приготовившись работать, я вытащил блокнот и диктофон.

– Ты погоди писать, торопыга, – сказал Николай, бросив неодобрительный взгляд на диктофон. – Мы ту проблему кое-как пережили.

– А как ее можно пережить? И что значит «игрушечное оружие»? – У меня было много вопросов, но я замолк, увидев раздражение на лице охранника.

– «Игрушечное» – значит, игрушечное, – процедил он сквозь зубы, потом сунул вдруг руку за пазуху и вытащил пистолет Макарова.

Я опешил, но Николай отрицательно покачал головой и сунул пистолет мне в руки:

– Бери, не ссы. Это ж игрушка.

Я положил тяжелую вещь на ладонь и внимательно осмотрел. Так и есть – это был не «Макаров», а известная пародия на пистолет, так называемое «травматическое изделие», миллионы собратьев которого продавались в стране за немаленькие деньги под видом легального оружия самообороны.

– Впрочем, да и ладно, пусть бы им, – тут же спохватился он. – Мы, говорю, стерпели все это, просто в наряд по объекту стали заходить не меньше чем по двое – один с оружием, второй – с игрушкой. Стремно, конечно, но от одной помпухи хоть какая-то защита есть. Но на прошлой неделе у них в Москве опять заскок случился. Смотри, какую они нам бумагу прислали. Что теперь будет, никто не понимает. И по телику молчок, как будто ничего не происходит.

Он подвинул по столу ко мне мятые листы, и я начал их читать.

Методические рекомендации по осуществлению контроля за оборотом оружия в негосударственных (частных) охранных предприятиях. Подготовлены на основании приказов Министерства внутренних дел Российской Федерации и постановлений Правительства Российской Федерации.

В связи с тем, что группы вооруженных частных охранников, инкассирующих банки и коммерческие организации, а также охраняющих склады и другие помещения, вызывают у значительной части российских граждан обоснованное беспокойство своим видом, напоминая им террористические группы, обязать все частные охранные структуры перекрасить имеющееся у них оружие из черного в светло-розовый цвет.

Покраска должна производиться в соответствии с требованиями ГОСТа только в сертифицированном учреждении ООО „Оружейник Зураб и компаньоны“, расположенном в городе Москва по адресу: улица Стремянная, офис 1 „а“. Стоимость услуги определяется исполнителем. ЧОПы, не исполнившие приказ Управления по приведению оружия в сертифицированный вид, не допускаются к исполнению своих обязанностей и лишаются лицензии.

Начальник Управления

по контролю за оборотом оружия

– Круто, – только и смог сказать я, но Николай показал глазами на другие листы:

– Ты еще не видел, сколько это стоит.

Я посмотрел и поразился еще раз. Согласно прилагаемым к приказу копиям счетов, стоимость покраски у Зураба и его компаньонов составляла 300 долларов за экземпляр оружия, правда, без учета стоимости пересылки и хранения.