Жар небес - Сандра Браун

Когда Кен вышел из «Гэтор-Лаунч», в голове его приятно гудело. Он не шатался, но был достаточно пьян, чтобы неловким движением выронить ключи от машины. Они упали на гравий. Он нагнулся, но в этот момент блестящий черный ботинок, возникший ниоткуда, наступил на связку, едва не раздавив его руку. Рука замерла в сантиметре от искомой вещицы.

— Привет, Кенни!

Кен медленно выпрямился. Глянув через плечо, он убедился в верности своей догадки. Обладатель дорогих ботинок был не один. Подобные типы всегда ходят парой, как монахини. Только цели у них далеко не святые.

Кен нервно хихикнул, беспомощно пожав плечами и жалко поднимая руки вверх.

— Прежде всего я хочу предупредить, что у меня с собой нетде…

Каменный кулак прервал его жалкие излияния ударом в живот. Он согнулся пополам, прикрываясь руками. Стоявший позади схватил его за волосы и поставил вертикально. Кен взвизгнул от боли, но вокруг никого не было. Площадка для автомашин, озаренная рубиновым светом рекламы, была пустынна. Но если бы кто-то и слышал его вопль, то все равно не стал бы вмешиваться. Эти двое могли убить. Первый подошел к Хоуэлу очень близко, нос к носу, и сказал:

— Я уже очень зол. Ты три дня обещаешь отдать мне долг, Кенни. — Его голос был мрачен и презрителен. — Я не люблю, когда мне врут. — Он приложил к груди ладонь с бриллиантом на пальце и повторил:

— Меня глубоко ранит, когда мне врут.

— Ничего не могу поделать, — вздохнул Кен. — Денег нет. Мне пришлось платить по больничным счетам за старика.

— Кенни, Кенни, ты разбиваешь мне сердце. — Мрачная физиономия стала зловещей. — Ты только подумай, до чего ты докатился. Ты не только врун, ты — неудачник. Вспомни, как ты проигрался на собачьих боях на прошлой неделе. — Он плюнул в лицо Кену. — Ты вшивый неудачник. Ненавижу неудачников.

Кен покрылся испариной.

— Ладно, парень, дай мне немного времени, и я… Тяжелое колено ударило его в пах. Он издал крик смертельной боли.

— Мне надоели твои паршивые объяснения. Они не годятся для покрытия моих расходов. Мне нужны деньги! Когда я получу их?

— Я достану деньги, — промямлил Кен в паническом страхе. — Только дайте мне еще время.

— Твое время вышло, Кенни. — Он приложил нож к «молнии» на брюках Кена.

— Нет, нет, ради всего святого, нет! Я принесу всю сумму, я достану деньги.

— Всю сумму?

— Всю до последнего цента!

— Когда?

— Через месяц.

Пальцы, державшие его волосы, разжались, и Кен, потеряв равновесие, едва не свалился на нож.

— Две недели, — почти беззвучно произнес он. Медленно, движением, тошнотворно похожим на операцию, которую он только что грозился совершить, вымогатель убрал нож.

— Ладно, я согласен — две недели. Он широко осклабился, но тут же сменил ухмылку на свирепую гримасу.

— Не трудись разыскивать нас, мы будем у тебя на хвосте, как мухи на куче дерьма, Кенни.

И крокодилья улыбка снова ощерила его рот, обнажив такие отвратительные зубы, что Кен отшатнулся. Затем оба вышли из светового пятна и исчезли в тем ноте.

В полном изнеможении Кен рухнул на колени.