Менеджер по чудесам - Марина Серова

— Ну да, я хотел только его попугать, — закивал головой Сенкевич, начав, видно, понимать, что лучше поскорее покончить со всем этим и уносить ноги.

— Теперь дальше: бомба в машине. Для того чтобы ее туда поместить, никакими компьютерными данными пользоваться не нужно — на чем я езжу, преступники знали давно. Да и выманивать меня также не требовалось, рано или поздно я бы все равно сел в машину. А создание бомбы не из области программирования, тут нужны специальные знания, каковых у этого малого нет и быть не может. Что касается письма, то если бы оно попало в руки врагов, те бы знали, где примерно искать мою жену. А они, скорее всего, просто следили за нами.

— Ну да, тот мотоциклист, — припомнила я недавние события. — Он вел нас до главной трассы, а там уж сворачивать было особенно некуда.

— А нападение в театре? Нас вычислили посредством «жучка». Это техника не его уровня, да и в институт Виктор вряд ли мог попасть.

— О чем вы вообще говорите? — то ли действительно не понимал сути нашего разговора, то ли только делал вид, что не понимает, Виктор.

— Ну, не знаю, — развела руками я. — Сложно определить, что дело его рук, а что нет. А если парень врет?

— Вы же видите, что нет, — вновь подал голос Вячеслав. — Виктор хоть и мразь редкая, но дабы доказать свое превосходство, убивать бы меня не стал — с психикой у него все в порядке. Дальше шуток он не мог пойти.

— Да объясните наконец, чего вы тут плетете? — не сдержавшись, взорвался Сенкевич. — Я ни черта не понимаю. Какие взрывы, какие покушения? Я ничего не знаю.

— Это еще проверить надо, — и не подумала поверить парню на слово я. — Но этим займется милиция. Только позже, а пока мы поговорим с тобой наедине. Вика, Вячеслав Евгеньевич, выйдите, пожалуйста, на пару минут и вызовите сюда милицию. А мы пока поговорим, по-своему…

— Вы снова станете его бить? — пожалела парня Виктория.

— Вы что-то имеете против? — сверкнув взглядом в ее сторону, спросила я. — По-моему, это была ваша задача. Но раз вы не желаете руки пачкать… — я жестом указала на дверь.

— Я остаюсь. Не позволю вам издеваться над мальчиком, — решительно заявил Конышев.

— Издеваться? — Я не находила слов. — Да это кто еще над кем издевается?! Из-за него мы чуть на том чертовом поле не остались, пошутил он, видите ли. Или, может, вы готовы ему все простить? Извините, но я привыкла не доверять таким тварям, как он. Выйдите, или вам придется при всем присутствовать лично.

— Вы не посмеете, — грозно заметил Вячеслав.

— Да, вы не посмеете, — испуганно поддержал его Сенкевич.

— Что, боишься? — повернулась я к мальчишке. — Правильно делаешь, потому что Конышев тебе не поможет. Он даже тебя не видит, потому что в результате одного такого взрыва лишился зрения. Только ведь тебе на это плевать. Зато я твою ухмыляющуюся рожу вижу отлично и не собираюсь мириться с тем, как ты радуешься чужой беде. И знаешь, что… — Я не договорила, заехав парню в челюсть кулаком.

— Дура-а, ты мне… — парень сплюнул в сторону, — зуб выбила. Вы-ы, сделайте же что-нибудь? — обратился он за помощью к бывшему преподавателю, но как-то неуважительно. Пришлось еще раз применить силу, но теперь просто толкнув стул, на котором парень сидел, назад. Стул качнулся, и вот уже Сенкевич приземлился головой на пол, застонав.

— Да что вы над ним издеваетесь! — воскликнула, не сдержавшись, Вика и поспешила оказать парню помощь.

— Уйди, — прорычала я.

Затем сама вернула стул в исходное положение и, глядя парню прямо в глаза, произнесла:

— Я буду мучить тебя до бесконечности. И если ты думаешь, что убедил меня в том, что ты ни к чему не причастен, то сильно ошибаешься. Я не верю, что бандиты не вычислили твое мошенничество и даже не поняли, что кто-то мешается у них под ногами. Они умнее тебя, гораздо умнее.

— Да прекратите же вы, — топнула ногой Вика. — Я не могу больше видеть, как вы над ним издеваетесь, он же сказал, что ничего не знает.

— А ну марш отсюда, — недолго думая, прикрикнула я. — Иначе выведу силой. Или молчи, или убирайся.

— Евгения, вы переходите все границы, — подал голос и Вячеслав, выходя из себя. — Я буду вынужден заявить об этом в соответствующие органы и…

— Валяйте, я прекрасно знаю, что делаю, — равнодушно откликнулась я. — И для вашей же безопасности советовала бы мне не мешать. Меня нанимал Кононов, и, уверена, он поймет. Ну так что? — Я снова вернулась к парню, все еще испуганно глядящему на меня. — Ты будешь говорить по-хорошему, или же мне тебя еще немного повоспитывать? Восполнить то, что не удалось бывшему преподу.

— Все, я звоню Кононову. Вика… Вика, — нервно позвал Вячеслав. — Дай мне телефон.

— Не думай, что кто-то успеет прибыть и спасти тебя, — не обращая никакого внимания на Конышева, продолжила я психофизическое воздействие на Сенкевича. — Милиция у нас, как всегда, опаздывает. И потом, те тоже вряд ли поверят тебе, как поверил Вячеслав. Он просто слишком добрый человек, сейчас уже таких нет. У тебя есть минута на то, чтобы подумать.

Минута пролетела для Сенкевича очень быстро. Он, похоже, и подумать-то толком не успел, но мне было все равно. Выждав минуту, но так и не услышав признания, я схватила его за шевелюру и сильно дернула его голову назад, причинив пареньку немыслимую боль.

— Ладно, ладно, не надо больше, я все скажу, — поспешил остановить меня Сенкевич.

Вячеслав и Вика тоже услышали эти слова и, замерев, даже забыли о том, что на связи находится отделение милиции. Они повернули головы в нашу сторону и, раскрыв рты, замерли в ожидании.

Я слегка ослабила напор. Виктор поднял голову и, заметавшись глазами по сторонам, со вздохом признался:

— Вы угадали, мерзавцы меня сами нашли. Я не знаю, как им удалось, но случилось это после того, как я отправил вам… — Виктор старался не смотреть на Вячеслава, — то письмо. Может, они его тоже перехватили, не знаю, но вечером ко мне ввалилась целая бригада в масках. Даже звонком не ошиблись, я им сам дверь открыл, ну и… В общем, они сказали, что я неплохой хакер, похвалили за проделанную работу, дали денег, много денег. Столько мне и за год не заработать. А потом велели, чтобы не мешался у них под ногами и больше ничего не делал.

— Прямо так и велели? — не поверила я. — Ты ж им Вячеслава Евгеньевича, считай, на блюдечке преподнес. А ну давай выкладывай все до конца, что еще заставили тебя делать?

Уличенный во лжи Сенкевич опустил глаза в пол, некоторое время помолчал, а затем произнес:

— Они заставляли меня напроситься к вам в гости, якобы для того, чтобы вы мне кое-что подсказали по предмету программирования…

— А на самом деле?

— Чтобы я незаметно оставил в квартире одну штучку, — Виктор кивнул мне на ящик стола, и я поняла, где ее нужно искать.

Выдвинув ящик, я увидела в нем небольшого размера гладкий круглый шарик и осторожно взяла его в руки.