Лестница страха - Михаил Ежов

Священник взял фотографию и секунд десять рассматривал.

— Да, эта женщина довольно часто приходила в церковь. Она что… умерла?

— Да, — коротко ответил Казимов. — А как насчет вот этой? — Он протянул снимок Растоповой.

— Нет, эту не припоминаю. Можно спросить служек, если хотите.

— Давайте.

— Сейчас вернусь. — Священник удалился.

Вернулся он минут через пять.

— Сегодня не все здесь, — сказал он. — Но из присутствующих никто ее не вспомнил.

— А можно узнать, приходила ли первая, — с этими словами Казимов вернул священнику карточку Мироновой, а фотографию Растоповой спрятал в карман, — к отцу Севастьяну?

— Я спрошу. Сам я ее не видел, но кто-то должен был. Если она, конечно, приходила.

Забрав снимок, отец Андрей снова удалился. На этот раз его не было почти четверть часа. Казимов успел купить три свечки и поставить их Богородице, Целителю Пантелеймону и Николаю Чудотворцу.

Когда священник вернулся, дознаватель рассматривал иконостас.

— Ну что? — спросил он, заметив отца Андрея.

— Не хотел прерывать вашу молитву, — проговорил тот.

— Я не молился.

— Хм. Эта женщина приходила три дня назад. Исповедовалась у отца Севастьяна.

— Кто-нибудь слышал, о чем она говорила?

— Что? Нет, конечно!

— Ясно. — Казимов забрал у священника снимок Мироновой. — Теперь я хочу спросить: у отца Севастьяна был ноутбук или компьютер?

— Нет, вы же были в его комнате.

— А возможность отправлять сообщения или писать письма? Я имею в виду, в церкви вообще есть Интернет?

— А, вы об этом! Да, конечно. У нас есть ноутбук, но его забрали ваши коллеги.

— Какие? — Казимов несколько опешил.

— Криминалисты. Сказали, должны проверить, не отправлял ли отец Севастьян с него писем. Вы тоже это хотите посмотреть?

— Ну да.

— Поторопите, пожалуйста, своих коллег. Ноутбук нам нужен для работы.

— Вы знаете пароль от электронного ящика отца Севастьяна?

— У нас общий ящик. Пароль я дал вашим коллегам. Вам он тоже нужен?

— Запишите на всякий случай.

Казимов протянул священнику блокнот и ручку. Тот аккуратно вывел электронный адрес и пароль.

— Пожалуйста.

— Вы уверены, что у отца Севастьяна не было личного ящика?

— Если и был, я об этом не знаю.

— Что ж, спасибо за помощь.

— Всегда пожалуйста.

Попрощавшись со священником, Казимов вышел из церкви и прежде, чем сесть в машину, позвонил Ратникову.

— Валер, привет. Твои ребята забрали из церкви ноутбук?

— Да, мои.

— Нашли в нем что-нибудь?

Криминалист замялся.

— Видишь ли, — проговорил он наконец, — с ноутом вышла заминка.

— Что еще за заминка?

— Кто-то отправил им на почтовый ящик мощный вирус.

— И что? — спросил Казимов, уже предчувствуя, что услышит в ответ.

— Все стерто. Начисто. Невосстановимо.

— Точно?

— Точнее некуда.

Казимов понимал, что Ратников имеет в виду. Даже если информацию удаляют, она все равно остается на диске, только пользователю не видна. При помощи специальной программы можно восстановить все. Но не в этот раз.

— А ящик вы посмотрели? — спросил он.

— Да, зашли с другого компьютера. Обнаружили то самое письмо, в котором был вирус. Открывать, сам понимаешь, не стали.

— В остальных было что-нибудь полезное?

Нет.

— Ясно. Верните ноут в церковь, он им нужен.

— Да, вернем. То-то они обрадуются.

— Ну вы же не виноваты.

— Попробуй объясни.

— Ладно, давай.

— Пока.

Казимов сел в машину и завел мотор.

Вирус, конечно, попал в ноутбук не случайно. В такие совпадения он не верил. Но что поделаешь? Информация стерта, причем надежно. Работал профессионал.

Казимов вывел машину на дорогу и направился к отделу. По дороге позвонил Павлов.

— Алик, я тут собрал информацию на школу. Когда будешь в отделе, зайди забери.

— Ладно, спасибо. Сейчас приеду.

— Я все оставлю на своем столе.

— Давай.

Когда Казимов приехал в отдел и поднялся в кабинет оперативника, то сразу увидел прозрачную папку с листками. Усевшись за стол, он придвинул пепельницу и достал распечатки. Закурив, принялся изучать. Через полчаса поднялся и, прихватив папку, отправился к Смирнову.

Следователь сидел за столом и жевал пирожок.

— Здорово, — сказал он, поднимая глаза на Казимова. — Садись. Как успехи?

— Мне тут Павлов собрал материал на школу. Вот, изучал.

— И как успехи? Нарыл что-нибудь полезное?

— Как сказать. Вообще, кое-что есть.

— Ну давай. Выкладывай.

Казимов сел и положил папку на стол.

— За последние шесть лет в этой школе не поменялся ни один учитель.

— В смысле?

— Никто не увольнялся, и никто не поступал на работу. Нулевая текучка кадров.

Смирнов пожал плечами:

— Ну, это скорее плюс.

— Для сравнения: в соседней школе за два года уволились четверо учителей, пришли трое новых.

— И что это, по-твоему, значит?

— Понятия не имею.

Смирнов положил в рот последний кусок пирожка, вытер пальцы салфеткой и выбросил ее в урну под столом.

— Ладно, что еще? — поинтересовался он.

— Школа побеждает во всех спортивных соревнованиях. В районе и в городе. Только первые места. А вот с предметными олимпиадами и конкурсами дела обстоят неважно. Максимум третьи места, да и то редко.

— Что поделаешь, такой уклон.

— Теперь насчет директрисы. Ты что-нибудь узнавал про нее?

— Нет. Вроде незачем было.

— Необычная биография. Для сотрудника учебного заведения, я имею в виду. Закончила ВОЕНМЕХ, затем три года служила. Где — неизвестно. На гражданке работала в администрации ярославской больницы, была переведена в Ленинград. Что делала здесь — опять же неизвестно. Одиннадцать лет назад стала директором школы, вытащила ее практически из руин. На хорошем счету в районе и в городе.