Девушка из низшего общества - Алексей Макеев

На улице стояла замечательная весенняя погода. Дул теплый ветерок, по небу плыли рваные кипенно-белые облака, а когда время от времени солнце проглядывало сквозь них, освещая город, все вокруг казалось нарядным и праздничным. Я отправился домой, рассчитывая пообедать, а потом в тишине на досуге подумать о сложившейся ситуации и решить, что дальше делать. Пообедать мне удалось, а вот подумать нет, потому что в дверь раздался звонок. Я подошел к двери, приложил глаз к глазку. На лестничной площадке стоял искаженный увеличительным стеклом мужчина лет под пятьдесят, мешковатый, с папкой под мышкой. Я открыл дверь. У мужчины было широкое лицо, пуговки-глазки, нос кнопкой, пухлые губы, румяные щеки. На нем был темный костюм, белая рубашка, темные туфли.

– Игорь Степанович Гладышев? – спросил он официальным тоном.

Я почему-то ответил по-военному:

– Так точно.

– Я следователь из следственного комитета, – объявил пришедший. – Константин Владимирович Клементьев.

Я не стал говорить, что мне очень приятно познакомиться со следователем, спросил лишь, чем могу быть полезен.

– У меня к вам несколько вопросов. – Следователь Клементьев вытер о половичок ноги, давая понять, что собирается войти.

Не держать же полицейского в подъезде. Я распахнул дверь.

– Входите.

– Один живете? – поинтересовался следователь, переступая порог моего дома и окидывая комнату таким взглядом, словно рассчитывал подселить кого-нибудь ко мне или сам подселиться.

– Ваш вопрос имеет какое-то отношение к цели вашего визита? – спросил я, сразу давая понять следователю, кто в доме хозяин, а кто гость.

Полицейский чуть смутился:

– Да нет, просто так спросил.

– Я холостяк, живу один, – признался я.

– А я вот ехал мимо на автомобиле, зашел, – объявил следователь.

– Как в таких случаях говорит один мой хороший знакомый: «Будете мимо проезжать, проезжайте»…

– Ха-ха, – принужденно рассмеялся следователь Клементьев. – Велик и могуч русский язык. А еще шутниками богата Россия, чего только не придумают люди.

Я закрыл двери и прошел следом за Клементьевым в гостиную.

– Вы ведь находитесь под следствием, Игорь Степанович. С вас взята подписка о невыезде.

Теперь следователь дал мне понять, что хоть хозяином квартиры являюсь я, то он является хозяином положения. Он сел в кресло, папочку устроил на коленях.

– Смотрю, дома находитесь, соблюдаете данное обязательство не выезжать за пределы города.

– Как видите, – развел я руками и сел на диван. – Открылись какие-либо обстоятельства в деле убийства Арсеньевой Татьяны?

– Пока нет, но надеемся найти преступника. Кстати, меня интересует вопрос, зачем вы сегодня ходили к Клавдии Павловне Никитиной?

Вопрос застал меня врасплох.

– Кто это? – спросил я, стараясь выгадать время, чтобы собраться с мыслями.

– Это женщина, которая живет в одном подъезде с погибшей девушкой. Отпираться бесполезно, Игорь Степанович. Клавдия Павловна звонила мне, сказала, что приходил какой-то подозрительный полицейский. Показывал удостоверение. По описанию на вас похож. Если хотите, можем очную ставку устроить.

– Не стоит, – покачал я головой.

– Ваши деяния аферизмом попахивают. Вы так не считаете?

Я закинул ногу на ногу и скрестил на груди руки.

– Ну, было дело, ходил к Клавдии Павловне, думал, может быть, у нее узнаю что-нибудь интересное об убийстве.

– И что, узнали что-нибудь? – с интересом спросил Константин Владимирович.

Всем своим видом я показал свое разочарование.

– Да нет, особо ничего и не узнал. Разве что у той погибшей девушки, Татьяны Арсеньевой, была домработница, которая убиралась в ее съемной квартире и готовила ей пищу. Вы, кстати, с ней не беседовали?

– Беседовали, – признался следователь, – но ничего особенного этот разговор не дал.

– А не могли бы вы подсказать мне адресок домработницы Арсеньевой?

– Это еще зачем? – искренне удивился следователь.

– Ну, возможно, я узнал бы что-нибудь у нее.

– Я уже с нею беседовал, – махнул пухлой рукой следователь.

– Кто знает, вдруг для вас кое-какие обстоятельства не имеют в деле никакого значения…

– Но зачем вам лезть в это дело? – спросил следователь, барабаня пальцами по папке, лежавшей у него на коленях.

Странный человек. Его бы на мое место, да обвинить в убийстве молодой женщины.

– Ну, во-первых, я занимаюсь частным сыском, а во-вторых, нахожусь под следствием и очень хочу помочь полиции изобличить настоящего преступника, а самому реабилитироваться.

Клементьев выпятил губы, выражая таким образом сожаление.

– Я не могу дать вам адрес этой женщины, потому что это относится к тайне следствия.

– Господь с вами, Константин Владимирович, какая тайна следствия! – поднял я на смех следователя. – Я же все равно узнаю адрес, просто вы усложняете мне задачу. Мне придется потратить какое-то время на выяснение нужного мне адреса. Давайте так, я вам сообщу в обмен на адрес домработницы Арсеньевой кое-какую информацию, касающуюся еще одного преступления, которое, как я думаю, относится непосредственно к смерти Татьяны Арсеньевой.