Стальной десерт (сборник) - Алексей Макеев

– Когда Кирилл сообщил вам, что намерен порвать с вами?

Крячко взял с дивана плед и накинул его на плечи женщины. Минут пять она молча сидела, покачиваясь из стороны в сторону, как китайский болванчик.

– Вчера. – Ее ответ прозвучал глухо и устало. – Почти сразу, как мы с Олегом приехали.

– Он объяснил, почему так поступает?

– Он никогда никому ничего не объяснял. Поступал так, как считал нужным. В этот раз тоже. Просто поставил меня перед фактом. Я пыталась поговорить с ним, весь день и вечер ловила момент, чтобы остаться с Кириллом наедине и все выяснить.

– Вы были в его кабинете незадолго до убийства, когда Кирилл решил уединиться. Не так ли? – поинтересовался Гуров.

– Была. – Глаза Светланы снова сверкнули.

Одно настроение быстро сменялось другим. От подавленности до агрессии.

– И что с того? Мне скрывать нечего. Я была в его кабинете до этой сучки. И до Олега. Как минимум два человека видели Кирилла живым после меня.

– Вам удалось с ним поговорить?

– Нет. Не удалось. Он отмахнулся от меня. Был занят куда более важными вещами, чем я. А именно раздумывал, как трахнуть новую шлюху.

– Зинаиду?

– А кого же еще? Конечно, эту самую Зинаиду. Он как раз обсуждал этот вопрос с Андрюшей, а я им, видите ли, помешала. Кирилл прогнал меня как собачонку. – Он был в кабинете с Андреем, когда вы пришли?

– Да.

– Вы слышали, о чем они говорили?

Этот вопрос на мгновение обескуражил Светлану. Похоже, она совсем не ожидала, что беседа отклонится в русло, не касающееся напрямую ее персоны.

– О чем они говорили? – переспросила женщина. – О шлюшке. Кирилл сказал, что спишет Андрею какую-то часть долга, если тот подарит ему эту девку. Андрюша еще торговался. – По губам Светланы скользнула злорадная усмешка. – Он просил списать весь последний долг, а не часть. Но Кирилл сказал, что эта шлюха столько не стоит. За весь долг Андрею придется привезти ему десяток таких красоток. Или помочь решить вопрос в пятницу с боем. Напрямую. Тогда процент со ставки плюс шлюха закроют весь его недавний долг.

– Что еще за бой в пятницу? – насторожился полковник.

– А я знаю? Так сказал Кирилл. Я дословно передаю вам его слова. Ну, или почти так. А о чем именно шла речь, я без понятия. Я не боксер, не бизнесмен, такими делами не интересуюсь. Меня больше волновала Зиночка. Я видела, что для Кирилла тут не просто прихоть. Это могло перерасти во что-то куда более серьезное. Он, похоже, запал на нее. Я из-за этого оказывалась не удел. Как отработанное сырье.

Яков вернулся с охапкой дров и аккуратно сложил их возле камина.

– Сейчас сделаем тепло, парни. Как в Африке будет, – пообещал он. – Я не помешал?

– Разжигайте, Яша. – Гуров поднялся со стула. – Мы продолжим в другом месте, а потом вернемся греться. Идемте, Светлана.

– Куда? – В глазах женщины снова плеснулся страх.

– Мы подыщем вам свободную комнату, где вы будете находиться под арестом до окончания расследования.

– Нет! – вскрикнула она. – Я могу стать следующей! Не хочу! Везите меня лучше к вам! В отделение, в «обезьянник». Или куда вы там сажаете?.. Не оставляйте меня здесь! Я не хочу стать новой жертвой.

– Этого не случится, – спокойно проговорил Гуров. – Обещаю вам.

11 часов 58 минут

Они нашли Андрея на кухне. Он сидел спиной к окну и шумно потягивал зеленый чай из огромного белого бокала с зодиакальным Скорпионом. Вид у Доронина был изрядно помятый. Алкогольное опьянение не отпустило его до конца, но ясно было, что он отчаянно борется с его пагубным действием. Тяжелые мешки под глазами свидетельствовали о напряженности этой битвы. Мокрые жиденькие волосы были зализаны на косой пробор.

Сыщики подсели к столу слева и справа от Андрея, взяли его таким вот образом в импровизированные тиски.

Доронин неприязненно поморщился. На его лице читалась тревога, скрыть которую ему не очень-то удавалось.

– Я снова в чем-то провинился? – спросил он, обхватил бокал ладонями и сделал очередной глоток чая.

– Вы уже слышали о новом происшествии? – приступил к допросу Гуров.

– О каком происшествии? Честно говоря, я только что проснулся. – Андрей наморщил лоб. – Сон сморил меня прямо тут, на кухне. Как вырубило просто.

– Убит Олег Роточков.

– Что?! Как это? Что значит убит?

– Отравлен.

– Кто это сделал? – Тревога откровенно заполыхала в глазах Андрея. Он еще крепче вцепился в бокал с чаем, словно видел на его дне свое спасение. – Вы думаете, что я?.. Вы для этого пришли? Подозреваете меня?

– Что вы подарили Кириллу на день рождения, Андрей? – спросил Гуров.

Крячко закурил сигарету и придвинул к себе глубокую хрустальную пепельницу с двумя обнаженными русалками по бокам. Подбитый глаз Станислава закрылся наполовину. Веко окрасилось темно-синим цветом.

– При чем тут мой подарок? – Вопрос полковника явно сбил Андрея с толку.

Он собирался сделать очередной глоток из бокала, но передумал, с опаской покосился на Крячко, особенно на его синяк, неизвестно откуда появившийся.

– Если спрашиваем, значит, это важно. – Гуров был предельно сух и подчеркнуто отстранен.

– Я привез цветы и подборку его любимых фильмов на диске. Исторических. Железобетонно. Преимущественно про Оте-чественную войну двенадцатого года. Кирилл любил историю. Я не располагал серьезными финансами, чтобы поднести ему что-то более существенное. Да он никогда и не загонялся особо насчет подарков. Что можно вручить человеку, у которого и так все есть? При желании он мог сам купить себе все, что ему было угодно.

– А к столу что-то привозили? Водку? Шампанское? Коньяк?

– Нет. Я должен был делать шашлык. Я уже говорил вам об этом. Это моя прерогатива, так сказать, вклад. Постойте! – Андрей встрепенулся. – Это имеет какое-то отношение к убийству Олега? Вы сказали, он был отравлен. Я прав? Железобетонно?

– В некотором роде, – ушел от прямого ответа сыщик и тут же продолжил: – Но давайте мы с вами лучше вернемся к вашим взаимоотношениям с Кириллом. Касательно ваших долгов. Мы говорили об этом чуть ранее. Припоминаете?

– Да, конечно. Я вам все объяснил. Я говорил, что…

Гуров не дал Доронину закончить предложение. Клиент находился сейчас как раз в том самом тревожном, депрессивном состоянии, когда его следовало активно дожимать, что называется, брать тепленьким.

– Один из свидетелей слышал ваш разговор с Кириллом в его кабинете незадолго до убийства. Речь шла о каком-то последнем долге и условиях, на которых Кирилл мог бы его списать, считать оплаченным.

Андрей нервно сглотнул и машинально потянулся к вороту мятой рубашки, по-видимому, намереваясь расстегнуть верхнюю пуговицу. Но в этом не было необходимости. Все пуговицы его рубашки были уже давно расстегнуты. Вплоть до самой нижней. Так что ему ничего не оставалось делать, кроме как потереть кадык двумя пальцами.