Застенчивый убийца - Лейф Г. В. Перссон

– А тебе не кажется, что данный вопрос надо обсудить с ним? Речь ведь идет всего лишь о нескольких месяцах.

– Я не собираюсь даже пытаться, – ответила Пия.

– В таком случае его придется возить туда и обратно, – сказала Ульрика Стенхольм. – Кроме того, за ним надо присматривать. Транспортные услуги ему предоставят, но я сомневаюсь относительно помощи на дому в достаточном объеме. Особенно сейчас, летом, в период отпусков.

– Сообщи мне, в какое время и с кем он должен встречаться, и я все организую, – сказала Пия.

– Ну, есть еще ряд альтернатив приватного характера, – не сдавалась Ульрика Стенхольм. – Не надо обижаться на меня, Пия, но это то, что я могу предложить.

– Я не обижаюсь, – ответила Пия. – Меня просто взбесила твоя идея поместить его в интернат. Он твой пациент уже несколько недель. Но ты, похоже, так и не поняла, из какого он теста.

– Извини, – сказала Ульрика Стенхольм. – У меня и мысли не было расстроить тебя.

– Я ни капельки не расстроена, – ответила Пия. – Сообщи мне, в какое время и с кем он должен встречаться, и я все устрою.

Когда Пия разговаривала с мужем, она ни словом не обмолвилась о наиболее неприятной части разговора с его лечащим врачом.

– Я общалась с твоим доктором Ульрикой Стенхольм. Она передала, что ты при желании можешь оставаться ее пациентом. В противном случае я могу договориться с кем-то другим. В клинике Софиахеммет хватает хороших специалистов. Мы пользуемся их услугами в нашем банке.

– И с чего бы это? – спросил Юханссон удивленно. – Что не так со Стенхольм?

«Вдобавок у нас с ней есть одно общее дело», – подумал он.

– В таком случае ты должен явиться к ней на прием в понедельник.

– Хорошо, – сказал Юханссон.

«Интересно, какая кошка между ними пробежала?»

– Тебе также необходима помощь днем, – продолжила Пия. – Это я уже устроила. Наш банк сотрудничает с одной частной фирмой, занимающейся уходом на дому, и мы используем ее в ситуациях вроде той, которая случилась с тобой.

– Приятно слышать, что вы заботитесь обо всех ваших кассиршах.

– Само собой, – сказала Пия. – Знаешь, – добавила она, наклонилась и взяла его за руку. И улыбнулась ему.

– Нет, – сказал Юханссон. – Что?

– Ты начинаешь говорить точно как мой муж, – сказала она.

– Я стану лучше, чем он, после такого пятизвездочного обслуживания, – сказал Юханссон.

– Я разговаривала с девушкой, которая будет помогать тебе. Ее зовут Матильда, кстати. Но она называет себя Тильдой. И придет завтра рано утром. Я тоже собиралась присутствовать.

– Ага, – сказал Юханссон. – И что с ней не так?

– С ней все нормально, – ответила Пия. – Ей двадцать три года, миленькая, шустрая, веселая и позитивно настроенная. Получила подготовку по уходу за больными в гимназии. Плюс закончила соответствующие курсы.

– Подожди, – сказал Юханссон. – Что с ней не так?

– Она выглядит как все молодые в наше время. У нее татуировки на руках и еще всякое.

– А именно?

– Кольца в ушах и так далее.

– Черт, на кой молодым надо разрисовывать себя таким образом, – проворчал Юханссон. – В мое время только преступники и моряки имели татуировки. Плюс датский король, чье имя я забыл.

– Но в остальном она кажется очень приятной девочкой… Юханссон, похоже, не слушал жену.

– Если малышка Алисия появилась бы в таком виде и выглядела словно брюссельский ковер и словно она собирается повесить занавеску на лицо, я бы высказался от души.

– Такая уж молодежь в наше время, – сказала Пия уклончиво, поскольку она парилась в бане вместе со старшей внучкой Юханссона и знала о ней больше, чем ее дед. – Кстати, о другом…

– Да, – сказал Юханссон.

– Чем это вы с Бу занимаетесь тайком? Каким-то старым делом?

– Да, – подтвердил Юханссон. – Одним древним убийством. Нераскрытым. Старым полицейским, вроде нас, трудно выбросить это из головы.

– Боже, как интересно! – Пия, судя по ее виду, была абсолютно искренна в своих словах. – А ты не мог бы рассказать, о чем речь? Это одно из твоих старых дел?

– Нет, – ответил Юханссон. – Что касается моих старых дел, они обычно были раскрыты, когда уходили от меня.

– Извини, – сказала Пия. – Ты устал и хочешь спать.

– Нет, – возразил Юханссон. – Я хочу опробовать мою новую кровать.

Потом он спал. Гипнос поманил его к себе. Он дружелюбно улыбнулся Юханссону, вложил зеленую маковую головку в его здоровую руку, прежде чем взял за нее и увлек Юханссона за собой в темноту.