Дом кривых стен - Содзи Симада

– А мне кажется, потолок надо бы проверить, – решил вставить свое слово Окума. – И еще этот шнурок… Зачем его к ножу привязали?

У всех в этом доме на одиннадцать часов есть алиби. Кроме мужа и жены Канаи. Но у них нет мотива. Если убийца – один из тех, кто провел в этом доме прошлую ночь, то у нас выходит как в мистическом триллере. Кто-то заранее подстроил все так, что в одиннадцать часов нож вонзился в спину Кикуоки. Других объяснений нет. Или есть?

– Такую возможность тоже надо иметь в виду, – согласился Усикоси.

– Правильно. А если так, значит, подозрительное место – потолок. Потому что есть шнурок. Что, если кто-то подвесил нож, чтобы в одиннадцать часов тот упал на кровать?

– Значит, потолок? Но там самые обыкновенные панели. Мы их простучали до сантиметра. Там нет ни щелей, ни следов вскрытия. Никаких намеков на какой-то фокус, – возразил ему Одзаки. – И потом, эта версия… Есть как минимум две причины, почему она кажется мне невозможной. Во-первых, высота потолка. Нож вошел в спину Кикуоки по самую рукоять. Он не воткнулся бы так глубоко, если б был подвешен к потолку и падал оттуда. Не факт, что он вообще мог нанести серьезное ранение. Так, что-то вроде укуса пчелы. А мог и плашмя упасть… Мог ли убийца метнуть нож с большей высоты? Но, Окума-сан! Над четырнадцатым номером как раз ваша комната. Для того чтобы нож воткнулся так глубоко, нужно хотя бы два этажа высоты. Хотя и при таком раскладе неизвестно, сколь глубоко он вошел бы в тело. Так или иначе, факт есть факт: с высоты потолка нож не мог проникнуть на такую глубину.

– Да-а… Пожалуй, вы правы, – согласился Окума.

– Вторая причина – одеяло, – продолжал Одзаки. – Нож должен был пробить одеяло. И удар пришелся бы не в спину, а в грудь.

– А если он спал на животе?

– Что ж, такое тоже возможно.

– Я знаю, что эта версия малоубедительна, но ничего другого в голову не приходит. Где-то в этом доме есть еще один человек, некто, кто прячется и кого никто из нас не видел. Иного быть не может, так ведь? Ведь как ни смотри, мы не можем ничего предъявить никому из этой компании!

– Но как такое возможно? – спросил Усикоси. – Мы осмотрели всё, в том числе единственную комнату, где никто не живет. Хотите сказать, кто-то прячет у себя неизвестного?

– Ну не знаю.

– Хм-м. Тогда, наверное, нужно собрать всех здесь и проверить все комнаты в доме. Однако…

– Я считаю, так и надо сделать, – сказал Окума. – В таком доме вполне может найтись потайной уголок, где и прячется этот человек. Вот на чем мы должны сосредоточить поиски. В этом и заключается секрет. От странного дома, где все запутано, можно ожидать чего угодно.

– Из ваших слов, – прервал его Одзаки, – вытекает, что хозяева дома – и Кодзабуро Хамамото, и Эйко – вступили в преступный сговор. Однако если брать в расчет мотивы, то мы в первую очередь должны исключить из подозреваемых Хамамото, его дочь, а также Кусаку и Тогая. Это касается обоих убийств – и Уэды, и Кикуоки.

Когда мы занимались убийством Уэды, выяснилось, что Кодзабуро Хамамото и Эйкити Кикуока отнюдь не старые приятели. Во всяком случае, с детства они точно не дружили. Познакомились, когда стали хозяевами собственных фирм. Отношения начались чисто на деловой основе, между «Кикуока беаринг» и «Хаммер дизель». Было это лет четырнадцать-пятнадцать назад. Особой дружбы между ними не было, каких-либо серьезных трений между их компаниями – тоже. За все время они встречались раз десять, а то и меньше. Приглашать Кикуоку в гости Кодзабуро стал недавно – как построил свою дачу. То есть не такие у них были отношения, чтобы могло дойти до убийства.

– И родились они в разных местах?

– Совершенно верно. Хамамото – в Токио, Кикуока – в Кансае. Люди из их окружения подтверждают, что до того, как их компании начали преуспевать, эти двое не были знакомы.

– Эйко тоже с Кикуокой не встречалась?

– Естественно. Она видела его всего дважды. Первый раз летом, когда он к ним приезжал.

– Хм-м.

– Кикуока бывал в этом доме только два раза. Это подтверждают Кусака и Тогай, а также Ёсихико Хамамото и Харуо Кадзивара. Все говорят одно и то же: сейчас они видели Кикуоку второй раз. С какой стороны ни посмотри, времени слишком мало, чтобы могла возникнуть такая вражда, что дело кончилось убийством.

– Н-да. С точки зрения здравого смысла, с точки зрения мотивов всех вышеперечисленных надо исключать из подозреваемых.

– Что касается мотивов, то конечно.

– И все же во всех убойных делах, которыми нам приходилось до этого заниматься, обязательно присутствовали мотивы, за исключением случаев, когда убийства совершали ненормальные или выродки.

– Это так.

– Есть множество жалких и пошлых причин – зависть, кража, ревность, вспышки гнева, похоть, жажда денег…

– Мы не назвали лишь секретаршу Кикуоки и его протеже с женой. И еще прислуга – муж и жена Хаякава. Как насчет них?

– До вчерашнего дня у нас не было информации о них, но теперь нам кое-что стало известно. У них есть дочь двадцати лет. Этим летом она встречалась с Кикуокой, когда тот приезжал сюда отдохнуть.

– Ого! – Глаза у Усикоси и Окумы загорелись.

– Такая обаяшка – пухленькая, светлокожая, мужикам такие нравятся… Фотографии еще нет. Если нужно, можно попросить у Хаякавы.

– Понял. И что?

– Она работала в Токио, в баре под названием «Химико». Это Асакуса-баси, район Тайто. В августе приезжала сюда. Возможно, Кикуоку девушка заинтересовала. Он был большой любитель поволочиться за женским полом. Все, кто его знал, так говорят.

– Он что, холостяк?

– Кабы так… Жена, двое детей – парень уже в старших классах и девочка классе в шестом.

– Серьезно? Жизнерадостный мужчина…

– Кикуока производил впечатление широкой, открытой натуры, но при этом был человеком довольно хитрым и двуличным. Есть такой тип начальников. Если кто-то в его фирме не сдержит слова или не выполнит обещания, он на людях только посмеется, но потом обязательно все припомнит провинившемуся.

– Ну, что ж поделаешь… Такова уж участь мелких сошек.

– Их дочь зовут Ёсиэ. С ней именно это и произошло. Здесь, на глазах у родителей, Кикуока ничего такого не показывал, но вернувшись в Токио, видимо, стал захаживать в «Химико». Это место, где любит тусоваться молодежь. Устроено все там по-модерновому и при этом недорого. Работали всего двое – хозяйка, завсегдатаи зовут ее мама-сан, и Ёсиэ. И вот президент «Кикуока беаринг», большой человек, стал ходить туда каждый день. Как-то это все неловко выглядело.

– Для таких заведений слюнявые пердуны с деньгами и положением – беда. Хуже бывают только грязные копы, которые занимаются вымогательством.

– У него, похоже, был жизненный принцип: на баб денег не жалеть.