Рассказы - Роберт Альберт Блох

— Вы можете убираться отсюда, — предлагает менеджер.

Джо выходит из отеля. Менеджер смеется. Но через минуту менеджер уже не смеется, а дрожит. Дрожь превращается в ужасную тряску. Затем раздается грохот, встряска, здание, кажется, поднимается в воздух, и все кружится вокруг. Когда менеджер снова открывает глаза, все кажется в порядке. Он бросается к двери и выглядывает наружу, чтобы узнать о землетрясении. Он оглядывается и почти падает в обморок.

— Я не на той улице! — шепчет он.

Объяснение, конечно, простое. Джо Блоу хочет комнату хорошим видом. Поэтому он просто выходит на улицу, поднимает здание и поворачивает его, пока его комната не поворачивает на нужный вид, на юг. Затем он ставит здание обратно, пробивает дыру в стене своей комнаты в качестве окна и улетает.

— Это дурацкое дело улажено, — думает он про себя, приземляясь на тротуаре напротив редакции. Он начинает переходить улицу. Из-за угла выскакивает машина, едва не сбивая его. Жесткий, но грубый голос орет: «Смотри, куда идешь, а? Хочешь остановить движение?»

Обычно Джо Блоу съеживается, когда кто-то кричит на него. Но теперь он кричит в ответ.

— Да, я хочу остановить движение, — говорит он.

Он подхватывает машину на руки и поднимает ее. Он ставит ее на крышу и спокойно переходит улицу. Грубиян затыкается. Джо Блоу марширует в редакцию. Он направляется прямо к главному офису, где болтается редактор. Обычно он не осмеливается вторгаться в его личную жизнь, но сегодня он идет прямо во внутренний офис и садится. Редактор поднимает глаза.

— Так вот ты где, а, Блоу? Что, черт возьми, тебя задержало? — рычит он.

— У меня сегодня выходной.

— Выходной? Выходной? У тебя был свободный день на прошлой неделе, когда лопнул твой аппендикс.

— Знаю, но…

— Слушай, Блоу, — рычит редактор. — Пока ты отдыхаешь, по всему городу ходят слухи. Я получил сообщение о каком-то психе, который летает над городом. Ты выяснил что-нибудь? Нет!

— Я могу объяснить…

— Заткнись! Затем менеджер отеля в конце улице звонит и сообщает о землетрясении. Его отель был приподнят и повернут прямо на фундаменте. Ты написал об этой истории? Нет!

— Но послушайте, сэр…

— Ты знаешь, что я собираюсь сделать? — кричит редактор, вставая и хватая Блоу за шиворот. — Я тебя выгоню.

И он пытается ударить Блоу ногой.

— Ой! — стонет редактор, подпрыгивая и хватаясь за ногу. — У тебя свинец в штанах?

Джо Блоу толкает редактора обратно на стул и улыбается.

— Теперь послушай меня, — говорит он.

Редактор сидит очень тихо. Он так тих, что можно услышать, как выскакивают его глаза, когда Джо Блоу демонстрирует свою новую личность — Оцепеневшего.

— Мне надоело твое начальство, — говорит Блоу. — Вот уже десять лет я работаю здесь на ежедневной пайке без прибавки. Думаю, тебе пора удвоить мою зарплату.

— Что…

— Сидеть! — рявкает Блоу. — Я тебя больше не боюсь, ты, большой кусок жира. Ты не такой крутой, каким кажешься. Какое-то время я думал, что ты сильный парень, но теперь я знаю твой секрет. Я получу прибавку или сказать всем репортерам, что ты носишь корсет?

— Корсет? — кричит редактор. — Откуда ты это знаешь, ты что, дьявол?

— Нет, — говорит Джо Блоу. — Но мои глаза говорят мне, что под твоим жилетом корсет.

Редактор краснеет. Он яростно трясет головой.

— Не расстраивайся, — добавляет Блоу. — А то соскользнет твой парик.

Редактор сглатывает.

— Мы все знаем, что ты носишь парик, — говорит ему Блоу. — Что касается этого факта, мой суперслух говорит мне, что некоторые репортеры во внешнем офисе говорят об этом прямо сейчас. Они задаются вопросом, смогут ли когда-нибудь найти яйца в этом птичьем гнезде у тебя на голове.

Редактор слишком ошеломлен, чтобы что-либо предпринять. Он просто сидит на своем месте.

— Откуда у тебя такой прекрасный слух и зрение? — спрашивает он. — Не говоря уже о твоей физической форме?

— Неважно, — бросает Джо Блоу. — Отныне я больше не буду получать пинков, я буду их раздавать. И ты всегда будешь первым в моем списке.

Блоу усмехается.

— Пока, сэр, — говорит он. — У меня есть глубоко укоренившаяся привязанность к вам и…

Именно тогда открывается дверь, и супер-зрение и супер-слух Блоу подвергаются настоящему испытанию. В комнату входит его подруга Эффи Финк. Эта девица действительно довольно глазастая и жизнерадостная. На самом же деле она довольно нескладная и нервная.

У Джо Блоу отвисает челюсть, и он забывает все о своих способностях Оцепеневшего. Эффи Финк игнорирует его и подскакивает к редактору.

— Кажется, я напала на след стройки в метро, — объявляет она. — У «Дэйли-Бульб» будет завтра материал, если ваша маленькая девочка-репортер узнает что-нибудь об этом.

— Отлично, — говорит редактор. — Мы должны раскрыть это дело. Мы должны выяснить, что задерживает строительство метро.

— Я иду по горячим следам, — говорит Эффи. — Надеюсь, я не обожгу нос.

Джо Блоу сидит там, сглатывая, и надеясь, что Эффи Финк заметит его, но она этого не делает.

— Э — э — привет, Эффи, — мямлит он.

Эффи поворачивается и смотрит на него леденящим взглядом.

— А, это ты, — замечает она.

— Конечно, — говорит Джо. — Ты не заметила меня, когда вошла?

— Нет, — отвечает девушка-репортер. — И до сих пор не замечаю.

— Как насчет того, чтобы погулять со мной сегодня вечером?

Эффи смеется.

— Прости, но у меня уже назначена встреча, слава богу! Я гость мистера Каттера.

— Имеешь в виду того головореза и рэкетира? — вздыхает Джо.

— Не обращай внимания на вульгарные прозвища. Мистер Каттер, насколько мне известно, джентльмен, и я буду тебе благодарна, если ты не станешь клеветать на него.

— Я хотел бы использовать нечто большее, чем клевета, для этого большого бабуина! — бормочет Блоу.

Девица смеется.

— Ты? У тебя не хватает сил даже проголосовать, — хихикает она. — Но я не могу терять время. Я уже еду.

Эффи Финк выпархивает, захлопнув дверь за спиной. Редактор смотрит на Джо Блоу, который сидит и пытается поднять лицо с пола, когда оно начинает падать.

— Хью! — ворчит редактор. — Ты и твое супер-зрение, супер-слух и супер-сила! Почему бы тебе не самоутвердиться с ней, ты, супермен?

Джо Блоу качает головой.

— Ты не понимаешь, — говорит он. — Когда я вижу ее, то забываю про себя. Я все забываю. Я боготворю землю, по которой ступают ее туфли с открытыми носками! Кроме того, я не хочу, чтобы она знала о моей силе. Я хочу, чтобы она любила меня таким какой я есть.

Редактор немного смягчается.

— Не расстраивайся, Джо, — советует он. — Я случайно узнал, что ей не нравится этот головорез, с которым она в последнее время тусуется. Просто она подозревает его в