Ассирийское наследство - Наталья Александрова

В дверь номера постучали. Макс крикнул:

— Войдите, — и на пороге появилась симпатичнаякраснощекая горничная в униформе и с подносом.

Поставив этот поднос на столик, она начала разливать кофе изкофейника в две коричневые чашки с позолотой. Макс чуть заметным движениемтолкнул ее под локоть, и кофе пролился на колени Лангману.

Страховщик вскочил с криком:

— Швайне хунд!

«Ага! — злорадно подумал Макс. — Оказывается, тытоже можешь выйти из себя!»

Горничная перепугалась, что испачкала костюм важномуиностранцу, стала, путая слова из разных языков, многословно извиняться ипотащила его в ванную комнату, чтобы отмыть пятно на брюках. Лангман, ужаснозлой, пытался отделаться от нее и отправить вон из номера, но девушка плохо егопонимала и настойчиво тащила в ванную. Он сдался наконец, отчаявшись прогнатьнавязчивую девицу.

Как только Лангман и девушка скрылись и в ванной зашумелавода, Макс бросился к злополучному чемодану, расстегнул «молнию» и вывалилсодержимое на ковер. К счастью, там были сложены рубашки и свитера, так чтоперебрать их не составило большого труда. Прощупав вещи и не найдя ничегоподозрительного, Макс расстегнул кожаный несессер с бритвеннымипринадлежностями.

На первый взгляд все было как обычно — бритва, зеркальце,щеточки, пилочки и прочие мелочи, но кожаная стенка несессера показалась емуслишком толстой и тяжелой.

Вытащив зеркальце, Макс увидел засунутую за него меднуюпластинку с чеканным изображением крылатого быка. Тихо выругавшись, он положилпечать в карман — ассирийское происхождение пластинки не вызывало у негосомнений.

Макс хотел уже сложить вещи обратно, поскольку Лангман влюбую секунду мог появиться на пороге комнаты, но обострившаяся в последнее времяинтуиция его остановила. Похлопав по дну чемодана, он заметил отчетливоетвердое утолщение сбоку.

Проверил подкладку и увидел, что в одном месте онаподпорота, причем сделано это так явно, что не заметить было невозможно.

Засунув руку в шов, Макс нащупал твердый предмет и вытащилего наружу. В его руке оказалась глиняная табличка с клинописными значками ирельефным изображением воинов, шагающих попарно навстречу неизвестному врагу.Быстро засунув табличку в карман, Макс запихал вещи на место и застегнул «молнию»,стараясь, чтобы все выглядело как раньше.

Из ванной по-прежнему были слышны шум воды, недовольныйголос Лангмана и многословные извинения горничной. Пользуясь тем, что было ещенесколько секунд, Макс огляделся — он хотел немедленно избавиться от ассирийскихтабличек, потому что через карман они буквально жгли ему кожу. Идея, как всегдав стрессовой ситуации, возникла мгновенно: он завернул обе таблички в носовойплаток, открыл окно и положил опасный сверток снаружи на подоконник. Быстрозатворив окно, Макс плюхнулся на прежнее место, всеми силами изображая полноеспокойствие и молясь в глубине души о том, чтобы в других чемоданах не былотаких же сюрпризов.

Наконец из ванной вышли вконец разозленный Лангман изаплаканная горничная.

— До чего у вас, в России, навязчивый сервис! —возмущенно прошипел Лангман.

— Увы, за теперешнюю Россию я не несуответственности, — Макс пожал плечами, — в мое время сервис здесь былкрайне ненавязчив.

Горничная, всхлипнув напоследок, вышла из номера. Лангманпосмотрел на Макса и сказал:

— Ну что ж. Вы обещали мне предъявить содержимое своегобагажа.

Макс неторопливо встал, открыл твердый «самсонайтовский»чемодан и со страдальческой миной на лице разворотил его содержимое. Лангман непроявил интереса, взглянул для порядка и почти сразу же разрешил убрать вещиобратно. То же самое было и с большой спортивной сумкой. Но когда Макс взялсяза кожаный чемодан, Лангман встал, подошел вплотную и внимательно следил закаждым его движением.

«Однако, — сообразил Макс, аккуратно выкладывая нажурнальный столик рубашки, — наводка-то была очень точная! Слава Богу, язаметил, что в чемодан залезали!»

Когда очередь дошла до несессера, Лангман буквально выхватилего у Макса из рук и тщательно осмотрел. Вернул с нескрываемым разочарованиемна лице, но ничего не сказал и продолжал наблюдать за последующими действиями.Когда чемодан опустел, Лангман наклонился и тщательно ощупал его стенки. Макс вэто время усиленно прятал злорадную улыбку.

Распрямившись, Лангман кивнул:

— Спасибо за сотрудничество, господин Белофф. Можетесложить вещи обратно.

— Да я уж лучше переложу их в шкаф, — Макс пожалплечами, — все никак руки не доходили разобрать багаж. Но, герр Лангман,теперь вы, может быть, объясните, что вы хотели найти в моих чемоданах?

— У нас была некоторая информация, — с явнойнеохотой произнес Лангман. — Сообщить о характере и источниках этойинформации я не могу, в интересах следствия. Эта информация, к счастью для вас,не подтвердилась. Впрочем, — тут же добавил Лангман с неприкрытымзлорадством в голосе, — это ничего не значит. У вас было достаточновремени для того, чтобы спрятать... то, о чем нас информировали. К сожалению, яне успел ознакомиться с вашим багажом сразу по прибытии, у меня было слишкоммного дел.

— Видимо, у вас и сейчас много дел, — подхватилМакс последнюю реплику, — так что не смею вас задерживать.

— Надеюсь и в дальнейшем на ваше сотрудничество. —Лангман поднялся и слегка склонил голову. — Если мне понадобитсяпоговорить с вами, у меня есть номер вашего мобильного телефона. И я оченьрассчитываю на то, что вы немедленно сообщите мне, если вам удастся что-нибудьузнать о пропавших экспонатах. В конце концов, у нас с вами общие интересы.

— Да-да, — пробормотал Макс, провожая Лангмана кдверям и чуть ли не выталкивая его.

Ему хотелось остаться одному и обдумать свое положение.

Дверь за страховщиком закрылась. Макс вернулся к столу изадумался. Его явно подставляют, причем подставляет кто-то из своих — никтопосторонний не мог залезть к нему в чемодан и подложить ассирийские таблички.Значит, кто-то из группы, сопровождающей выставку, связан с похитителями итеперь хочет, чтобы отвести от себя подозрения, сделать подозреваемым его,Макса. Он — как нельзя более удобная фигура. Выходит, ни на кого нельзя положиться,нужно выпутываться в одиночку. Есть, правда, местное сыскное агентство, котороеему на всякий случай рекомендовали в Мюнхене. Барон тоже хорошо о немотзывался.

Макс достал визитную карточку, набрал номер.

— Детективное агентство «Альтернатива», — раздалсяв трубке мелодичный женский голос.

Макс назвал себя и спросил, когда он мог бы встретиться сруководителем агентства.

— Да, мы ждали вашего звонка, — ответила девушка икак бы оборвала себя на полуслове.