Вечер в городе соблазнов - Антон Леонтьев

– Босс, а мы ведь здесь не одни!

Ну вот, доигралась. Вернее, дочихалась. И что теперь сделают с нами? Одно ясно – ничего хорошего! И никто, абсолютно никто не сможет нам помочь! На Пташука надежды нет – бородач явно весьма труслив и далеко не в самой спортивной форме. А значит...

Что сие значит, мне даже не хотелось представлять! Безжалостные спецслужбисты разыскивают нас, и лучшее, на что можно рассчитывать, так прямо сразу оказаться на ферме старого Марчелло и познакомиться с его свинками.

Свет погас, и босс сурово произнес:

– А ну, выходите поодиночке! Учтите, это ваш последний шанс, потому что если сами не сдадитесь и нам придется вас искать, то пощады не будет!

Пощады не будет в любом случае, знала я. Все рассказы про благородные спецслужбы – ерунда на постном масле. Да уж, рыцари без страха и упрека… радетели за человеческое счастье в белых перчатках... Меня передернуло от отвращения. И от жалости к самой себе. И кто теперь обо мне позаботится...

– Вот, смотрите, босс, наша старая знакомая! – раздался голос.

Снова вспыхнул свет, и я увидела извивающуюся Таечку – один из типов держал ее за волосы. Босс стоял ко мне спиной, и я не могла разглядеть его лица.

– Отпустите, пожалуйста, мне очень больно! – простонала Таечка.

Босс с угрозой заметил:

– И может быть еще больнее! Вот, оказывается, ты где! А госпожа Винокурова тоже здесь? Небось спряталась в олигархическом сортире? Эй, фотомодель, выходи! Мы с тобой еще не все обсудили!

– Ну до чего настырные бабы... – констатировал один из помощников главаря. – Впрочем, бабы всегда настырные. За ними нужен глаз да глаз!

– И что вы здесь делаете, Таисия Викторовна Максюта? – спросил вкрадчиво босс.

Таечка смело ответила:

– Разве вы забыли? Это дом моего отца! И я имею полное право находиться в нем! Потому что я – его единственная наследница! А вот что вы здесь делаете? Я немедленно приказываю вам покинуть мой особняк!

– Ого! – изумился босс. – Кто бы мог подумать, что в этой пигалице так много энергии! Ну, говори, где прячется Винокурова?!

Теперь босс схватил Таечку за волосы. Я закрыла глаза, не желая смотреть, как он издевается над несчастной. Самое время выйти и положить конец ее мучениям, но ведь тогда я попаду в плен к садистам... Ах, Таечка, мне очень жаль тебя, но себя мне жаль еще больше!

– Я здесь одна! – выкрикнула Таечка. И в тот же момент раздался приглушенный голос:

– Уберите от нее лапы, мерзавец!

На сцене появился еще один персонаж трагикомедии – господин Пташук собственной персоной. Он пришел на выручку свой Таечке. Что ж, благородно, вне всяких сомнений, но еще – гораздо более глупо. Того же мнения придерживался и босс, который вскричал:

– О, какие люди! Вас я не имею чести знать, но, уверен, мы получим обоюдное удовольствие от общения! Вы же и есть тот самый гад, который вывел из строя двух моих людей и помог сбежать двум дамам, приговоренным мною к смерти?

Разлепив веки, я увидела Пташука в коленопреклоненной позе – один из типов заламывал ему руку, а частный детектив кряхтел, как столетний дед. Вот к чему приводит благородство, помноженное на безрассудство! Вместо того чтобы притаиться и дожидаться возможности исподтишка напасть на негодяев-садистов, Пташук вылез из своего убежища с идиотским требованием отпустить Таечку. И к чему привел его порыв? Только к тому, что теперь и он оказался в руках спецслужбистов! Нет, решительно у мужчин совершенно нет мозгов!

– Значит, сегодня вы решили обойтись без компании вашей супермодельки? – спросил босс, ударяя Пташука в живот. – Ну, говори правду, ты, жалкое отродье! Она здесь?

На выручку мне пришла Таечка, заявившая:

– Арина нас бросила, она... Она поехала в Рим... да, в Рим... Во всяком случае, так нам сказала... У нее там имеется знакомый модельер или кто-то в таком роде... У него она и спрячется...

– Ага, русская красавица сбежала? – заметил удовлетворенно босс. – Ну, ничего другого я от безголовой мартышки и не ожидал!

Он что, меня называет безголовой мартышкой? Нет, вы только подумайте! Не ожидал, видите ли, от меня ничего другого! Получается, для всех я – воплощение себялюбия и праздности?

Ну ладно, придется соответствовать этому клише. Я осторожно выползла из-за двери и потихоньку, на карачках, направилась к выходу. Да, я трусливая, жадная и эгоистичная. В общем, человек человеком. А чего они от меня хотят? Чтобы я тоже бросилась грудью на амбразуру, желая защитить двух своих... двух своих друзей?

Да нет же, ни Таечка, ни тем более Пташук мне вовсе не друзья. А так, сопровождающие лица... свита... никчемные личности... Какая мне разница, что с ними произойдет? У меня и так предостаточно неприятностей, хватит и того, что подозревают в убийствах!

Поэтому, стараясь заглушить тонкие возражения своей совести, я выползла, никем не замеченная, из кабинета в коридор. Как же все просто! Пташук и Таечка останутся в руках злодеев, и даже если несчастные под пытками сознаются, что я тоже была на вилле Вити, к тому времени, когда спецслужбисты ринутся за мной в погоню, я буду далеко отсюда. Надо сматывать удочки как можно быстрее! Прочь из Бертрана куда глаза глядят! Затаюсь в провинциальном отеле где-нибудь в Шварцвальде или Лигурии, запрусь в комнате, накроюсь одеялом и попытаюсь заснуть... И забыть обо всем, что со мной произошло…

Только сумею ли я спокойно спать, зная, что обрекла на верную смерть двух, может, и не самых башковитых, но все же весьма приятных и, что важнее всего, преданных мне людей?

Да, сумею, заверила я себя и направилась к лестнице. Что поделать, как говорил покойный модельер Жан-Поль Годо. У каждого своя судьба, которая начертана Роком на нефритовых скрижалях Жизни. И судьба Таечки с Пташуком – оказаться пойманными спецслужбистами и окончить свои дни, вероятнее всего, в желудках свиней-людоедов. Ну, или на дне залива, в желудках рыб и крабов...

Я осторожно спустилась по лестнице на первый пролет и вдруг почувствовала себя отвратительно. Нет, я не такая! Я не могу бросить друзей в беде! Да, друзей, потому что они не выдали меня бандитам, позволили уйти… И тотчас постаралась убедить себя в обратном – не только такая, но и намного хуже. Я не только могу бросить, но и должна. Потому что своя рубашка всегда ближе к телу. Прости, Таечка, прости, Пташук! Я буду каждый день молиться за упокой ваших душ и ставить в церкви свечки!

Входная дверь оказалась прикрытой. До свободы оставалась всего пара метров. Ничего, я что-нибудь да придумаю... Вот выберусь отсюда и позвоню в полицию, сообщу измененным голосом, что в особняк Вити проникли грабители. Полиция приедет и задержит спецслужбистов. Да, как же все просто! Хотя я не была уверена, что смогу набрать нужный номер. Нет, лучше вообще обо всем забыть, как о страшном сне... Только смогу ли я забыть, как спасли мне жизнь Таечка и Пташук?